Повороты судьбы - Кристина Французова

Накрыла на стол. Для чего я это делаю? После моих новостей глупая сервировка стола будет никому не интересна. Зато руки заняты мелкой моторикой, позволяя отвлечься хоть на время от тяжёлых дум. Уже вечерело, а Игоря до сих пор не было. Странно. Набираю его, но в ответ только длинные гудки, трубку никто не берёт. Я начала переживать. Стрелка часов приближалась к девяти вечера, а Игорь так и не вернулся, и не перезвонил, хотя по моим подсчётам он должен был вернуться не позже четырёх часов после полудня. Вновь и вновь набираю его номер телефона, но бесполезно. Заволновавшись не на шутку, раздумываю, стоит ли позвонить матери. Мнусь некоторое время, но все же панический страх за Игоря перевешивает.

Мама берет трубку почти сразу:

— Жанна что-то случилось? — и голос беспокойный.

— Привет мам. У меня всё нормально. Игорь у вас?

— Не-ет, — мама тянет удивлённо, — он ушёл давно, его Лиля провожала на улицу, но она давно вернулась. — Странно это, неужели что-то случилось. Господи, сердце сжимается от страха, наверно надо обзвонить больницы. Мало ли что…, шалопаев перед праздниками на улицах предостаточно.

— Хочешь позову её к телефону? — мама вырвала меня из задумчивости.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — если бы сестра что-то знала, то наверняка бы сразу сообщила матери.

— А на сотовый ты звонила?

— Конечно, мама, — моментально раздражаюсь, — он не берёт трубку, уже много раз звонила.

— А вы, — тут мама замялась, а моё сердце вновь сдавило тисками, — вы не ссорились сегодня?

— Да нет, — недовольно скривилась про себя, что за неоднозначный ответ, — не ссорились, — но однозначно собирались, добавила про себя. Тут я услышала звук входной двери и поспешила в прихожую.

— Подожди минутку, — бросила коротко маме.

В прихожей Игорь уже снимал куртку и обувь. Он не смотрел на меня и я, даже не глядя на его лицо, отчего-то поняла — произошло что-то плохое. От Игоря веяло напряжённостью, злостью и я не взялась бы утверждать, в отношении кого был этот негатив. В отношении меня или других людей.

— Мам всё в порядке. Игорь вернулся. Извини, что побеспокоила, — хочу поскорее завершить ставший неудобным разговор. Я почувствовала себя неловко перед мамой, что зря развела панику. Перед Игорем, что, не дождавшись, стала искать его, как надоевшая жена разыскивает неверного мужа. Игорь, услышав моё бормотание, тут же вскинул голову и окинул злым взглядом. Я застыла словно истукан, по позвоночнику пробежала ледяная змейка, предвещая крупные неприятности. Я гулко сглотнула, ставшую вязкой слюну. Мама что-то говорила в трубку, но я не слышала, что именно. Коротко бросила «Пока» и завершила звонок.

Игорь, больше не глядя в мою сторону, прошёл в душ. А я переступала с ноги на ногу, продолжая нерешительно мяться в прихожей. И что это было? Что могло разозлить Игоря на столько, что он не разговаривает со мной. И как мне поступить в такой ситуации? Я не знаю.

Ладно, война план покажет. Пойду разогревать ужин. Всё равно других идей у меня нет. Выйдя из ванной в домашних штанах Игорь, демонстративно игнорируя меня, сразу прошёл в комнату.

— Ужинать будешь? — кричу вдогонку. Но ожидаемо мне никто не ответил. Я понимаю — произошло нечто плохое и надо дать время парню, чтобы остыть. Сама такая же. Но что в это время делать мне, как себя вести? В такие моменты чувствую себя ненужной и бесполезной, и оттого крайне одинокой.

Что ж, я хотела разговора, я его — получу. Но очевидно, не на моих условиях. Делаю несколько глубоких вдохов и ныряю в глубину, без надежды выплыть.

— Расскажешь, что произошло? — захожу в комнату и сажусь на диван, интуитивно сохраняя дистанцию между нами.

Игорь сидит в кресле, упираясь локтями в колени и подпирая подбородок сцепленными в замок руками. Терпеливо жду в надежде на любую реакцию. Так как сложно говорить с тишиной. Пауза затянулась, напряжённая тишина стучит по ушам не хуже самых громких барабанов. Сердце стучит заполошно, поскольку я понимаю, что произошедшее — не просто плохо, а поистине ужасно. Обычно Игорь достаточно уравновешенный человек, и, если он не может начать со мной разговор, значит, это нечто ужасное касается напрямую меня.

Опрометчиво жалею, что не заварила себе горячий чай. Успокоить нервы не помешает, особенно мне. Моя психика представляется мне подвижней, чем хотелось бы, хоть я и стараюсь сдерживать свои нервные всплески. Но выходит не очень.

— Кто я для тебя Жанна? — хриплый потухший голос резанул по натянутым нервам. От неожиданности я вздрогнула. Непонятный вопрос. Пока я раздумывала над подходящим ответом, Игорь продолжил:

— Я, как мог, пытался наладить между нами то, что когда-то по собственной вине сломал. Я вывернул и перетряхнул перед тобой все свои чувства и душу. В конце концов, я сделал тебе предложение, — злая, язвительна усмешка, — и ты, как ни странно, согласилась…. Так кто я для тебя? Кем ты считаешь меня?

Я впервые вижу Игоря в таком состоянии. Злость, ярость, боль, обида, иногда мелькало презрение (буду надеяться, что последнее мне показалось) исходили от парня во все стороны удушающими волнами. Меня трясло не столько от напряжения, сколько от страха. Я не боюсь, что Игорь причинит мне физический вред, нет. Он на это не способен (ещё одно весомое положительное качество, теперь уже моего очевидно — «будущего бывшего парня»). Я боюсь за своё и его душевное состояние. Мне невыносимо видеть, как он страдает. Особенно если страдает из-за меня. В обычной жизни мы с лёгкостью и походя причиняем боль самым близким людям, и лишь некоторые из нас готовы руку свою отгрызть собственными зубами, чтобы принять чужую боль на себя. Сделать все возможное и невозможное, чтобы унять страдания любимого человека. С обречённой тоской понимаю, что Игорь как раз из таких людей. Он готов перевернуть целый мир, лишь бы я не страдала и была счастлива. И я тоже хочу стать таким человеком для него. Но не судьба….

Несомненно, после того, что поведает мне он, и что раскрою ему я — у нас не будет ни малейшего шанса сохранить отношения между нами. Истерически смеюсь про себя над своей глупой надеждой. Какие отношения Жанна? Этот зверь готов разорвать тебя на куски от ярости, но он любит тебя. Поэтому рвать он будет самого себя.

— Игорь, я не понимаю. Т-ты можешь объяснить? — неужели раздавшееся жалкое блеяние мой голос.

— Не понимаешь, ха-ха. Ты не понимаешь, — парень зло смеётся. Боже, дай мне сил пережить этот вечер. Обнимаю себя ледяными руками.