Куда приводят благие намерения - Скоропадский

препирательства, а уж на них то молодая жена была вовсе не скупой.

— Я часто представляла, каково это, переступить реальные грани и всё же стать твоей женой. Ах, — его королева простонала в момент, когда твёрдый орган коснулся возбуждённых половых губ.

Сатана остановился.

— И что же?

— Но это не тот сценарий, который я придумала.

Демон вошёл до упора, наслаждаясь достаточно тугими стенками, что так сжимали член. Ладони накрыли упругие бёдра, совершая неторопливый толчок, получая в ответ сдавленный стон, который она спрятала, впившись зубами в нижнюю губу.

Совершив ещё несколько движений, мужчина услышал неразборчивую фразу, когда руки жены плотнее обхватили край балкона.

— Тебе придётся повторить ещё раз, если хочешь, чтобы я услышал.

Ответное проклятье не заставило себя долго ждать. Но, собравшись мыслями, уже чётче она повторила, избегая прямого контакта взглядов.

— Быстрее. — Казалось, девичье лицо залилось краской, такая реакция ему определённо нравилась.

— Что?

Нет, он насмехался. Словно нарочно замедлялся, усиливая без того болезненное напряжение.

— Быстрее, Сатана! — раздражение промелькнуло на её лице.

В глазах демона что-то промелькнуло. Новое и необузданно тёмное. Грубыми толчками он впился в неё. С высокой вероятностью уже через пару часов на бёдрах останутся яркие следы от его рук.

Но разве это волновало.

— Моё имя, меня не так зовут, Вики. — Демон облизнул женскую шею.

— Но я же вышла замуж за Сатану, и, вообще, к чему-ты? — задыхаясь, судорожно пролепетала.

— Не совсем так. Это скорее мой титул, у людей вошло в моду так полагать, не все демоны доподлинно знают, настоящее имя Самаэль.

— Вот это у нас откровения во время секса, — не ожидая от себя такой прямоты, произнесла девушка.

Мужчина хохотнул, сильнее прижав её к себе, наслаждаясь этим мгновением и беря от него всё, что предоставлялось возможным, проводя рукой по тёмным волосам.

— Имя, которым меня нарёк Шепфа, странная благодать, не правда ли? — Девушка подала плечами вверх, не зная, что ответить. — Всегда его избегал. Самаэль — первый ангел. Какое разочарование для верующих.

— Почему ты тогда хочешь, чтобы я к тебе именно так обращалась?

Но он промолчал, продолжая, вознося обоих на вершину удовольствия в своей изощрённой манере, переходя с темы, ответ на которую он и сам пока не был готов озвучивать.

——===⊰s⊱•===—•—

Виктория

С самого утра ворочалась в постели. Не могла уснуть, наблюдая через тонкую штору за тем, как медленно поднимается солнце, а небо укрывает первыми розовыми лучами, источниками света.

Совсем как в аду, не считая того, что я всё ещё не совсем понимала, когда именно начиналась переходящая грань от красного к розовому, означая день или утро.

Выползла из-под тяжёлой руки мужа.

Муж? Звучит необычно, не думала, что до этого дойдёт. Но вот уж как третий день я была в браке, и это было реальностью.

Спустившись из спальни на первый этаж, предварительно натянув на себя длинную рубашку Сатаны, вставила капсулу в кофемашину, слушая приятное кряхтение робота. Беспокойство, внутренняя тревога забили в колокола. Что-то не давало справиться с тревожностью.

Прокрутив кружку с эспрессо в ладонях, поставила её на мраморную столешницу. Сконцентрировавшись на родной энергии, вновь предприняла попытку почувствовать маму. Но ничего не вышло. Энергия просто не могла элементарно потянуться, улавливая хоть какие-то отголоски.

Глубже вздохнув, напряглась в попытке подумать и найти решение. Мозг работал прогрессивно. Шальная идея зародилась в голове. И как я раньше не додумалась связаться с отцом, если ещё, конечно, имело право его так звать.

Но, несмотря на всё, Вильям действительно заслуживал этого. Мы никогда не были до конца близки, но он всегда старался быть мне лучшим отцом, часто помогая и оберегая. Даже если что-то и знал, никогда не показывал и не относился с пренебрежительностью.

Энергия ангела мне сразу же отозвалась, ведь Вильям было именно тем, кто меня обучал этому тонкому искусству, потому наша связь была прочно укреплена. И мне ничего не стоило с ним построить ментальную сцепку — контакт.

— Папа, — глубоко вздохнула, пытаясь подобрать нужные слова, — где мама?

Как бы там не было, волновало лишь это. Мне было до изнеможения нужно почувствовать её, убедиться в её сохранности. Пусть не общается со мной до конца жизни, но я была обязана знать, что с ней все в порядке.

— Дочка, — почувствовала некий трепет его словах, возможно, он не знал всей правды, но так даже лучше, — где ты?

Поджала губы. Мне нужен был ответ. Слишком сильно.

— На Земле, — не стала лгать. — Где мама, отец?!

Он устало вздохнул. Моё отсутствие явно не сделало их жизнь проще и беззаботнее.

— Я не знаю, на днях пришел Эрагон с ангелами…забрал её для выяснения причин твоего исчезновения.

Сердце пропустило удар, ком подкатил к горлу. Холод осознания пронзил своим порывом каждую частичку тела.

Поверить не могу, что он так спокойно говорил мне это. Так спокойно утверждал и констатировал факты. Как будто его жену каждый день неизвестно куда забирали. Это было непохоже на него. Возможно, Эрагон успел промыть ему мозги.

А может я и сама всю жизнь что-то упускала, металась и убегала. Волочила своё существование на Земле, бесстрастно оттягивая момент, когда меня вызовут в столицу для высокого поста.

— Ты вышла замуж…

Послышалось на конце, но я не ответила и было поздно.

Гнев заполонил глаза, встав со стула, вышла к бассейну, закрывая за собой двери. Дальнейшее действие было очевидным.

То, что следовало сделать с самого начала, а не надеяться на чудо и благосклонность тогдашнего жениха.

— Где моя мама, Эрагон? — нетерпеливо прорычала.

Глаза загорелись, отражая огоньки в синеве воды. На секунду потеряла бдительность, не ожидая этого.

— Виктория, как мило, ты всё-таки нашла для меня время. — Даже на таком колоссальном расстоянии почувствовала его противную ухмылку. — Твоя мать за предательство и обман сидит в камере, дожидаясь суда!

Не став томить, выложил все свои козыри. Внутри разгорелся нешуточный пожар. Захотелось найти и разорвать грёбанного Серафима.

— Ты же знаешь, что это не так! Чего ты хочешь? Если брака, то ты опоздал с этим, женишок… дня на три так точно!

— Ребекка меня обманула, и теперь, когда её приговорят к смерти, это вопрос временный, — нахально и с издёвкой бросил.

Внутри всё сжалось в болезненный комок. Мама, нет, только не это. Она не готова была обрести одного родителя ценой другого. Не услышав ничего в ответ, Эрагон соизволил продолжить.

— Но ты можешь этому помешать, моя ненаглядная.

Захотелось плюнуть ему в лицо. До безобразия мне были неприятны он и его слова. Кем он себя считал?

— Как же?