Звездный танец - Спайдер Робинсон

— Но тысячи вещей могли сложиться вместе совсем по-другому и не дать совершиться ничему из этого.

— Сорок пять вещей сложилось, чтобы это все произошло. Супервещей.

Или вы думаете, что чужие случайно появились в этой системе в тот самый момент, когда Шера Драммон начала работать на Скайфэке? Что они случайно переместились к Сатурну, когда она прибыла танцевать на Скайфэк? Что они случайно оказались рядом со Скайфэком в тот момент, когда Шера должна была вернуться на Землю навсегда, в момент крушения планов? И прежде всего что все это путешествие к Сатурну случайно оказалось возможным? Что касается меня, мне непонятно, что они делали там, в направлении Нептуна, в первый раз, когда они появились. — Я обдумал эту мысль. — Придется отправиться посмотреть.

— Вы не понимаете, — резко сказал Чен, затем овладел собой. — Общественность не знает, но шесть лет назад наша планета чуть было не по— гибла в ядерной катастрофе. Случайность и удача спасли нас — никакие чужие не пришли нам на помощь. Заговорил Гарри:

— Знаете, что делает беременная крольчиха, если условия не благоприятны для рождения? Впитывает зародыши обратно в матку. Просто обращает процесс, заново использует ингредиенты и делает новую попытку, когда условия становятся лучше.

— Не понимаю.

— Вы когда-нибудь слышали об Атлантиде?

Лицо Чена приобрело цвет пенковой трубки, а остальные — кто замер с открытым ртом, у кого перехватило дыхание.

— Процесс идет циклами, — сказал я, — как родовые схватки, нарастающие к пику. Они происходят с интервалом минимум четыре-пять тысяч лет — столько времени назад были построены Пирамиды — и с максимальным интервалом в двадцать тысяч лет.

— Иногда схватки становятся довольно тяжелыми, — добавил Гарри. — Когда-то между Марсом и Юпитером была планета.

— Боже мой, — выдохнула Дмирова по-русски. — Пояс астероидов…

— А Венера наготове на тот случай, если наша раса окончательно потерпит неудачу, — согласился я. — Всего лишь уменьшить атмосферу, засеять во— дорослями и ждать. О Господи, ну у них и терпение должно быть.

Еще раз возникло продолжительное и ошеломленное молчание. Теперь они верили, они все, или начинали верить. Следовательно, им нужно было перераспределить в другом порядке буквально все, что они когда-либо знали, заново перестроить все существование в свете новой информации и попытаться определить, в связи со всей этой путаницей, кто же, собственно, есть они сами. Они много лет существовали исходя из аксиом, глубоко укоренившихся во времени, которые теперь надлежало пересмотреть, то, что они вообще оказались способны воспринять информацию и думать, явно говорило, что каждый из них обладал сильным и гибким умом. Вертхеймер сделал хороший выбор; ни один не был сломлен, не стал отрицать правды. И не впал в каталепсию, как мы. Конечно, они не находились при этом вовне, в открытом космосе, серьезно обдумывая, не снять ли р-костюм. Но, с другой стороны, на них лежала ответственность, которой не было на нас; они представляли планету.

— Значит, вы намерены, — медленно произнес Силвермен, — сделать это?

Шесть голосов ответили хором:

— Да.

— Без промедления, — добавил я.

— И вы уверены, что все, что вы сообщили нам, правда? Что чужие ни в чем не солгали, ничего не скрыли? — Силвермен осторожно отодвигался от остальных дипломатов.

— Мы уверены, — сказал я, снова напрягая тело.

— Но куда вы отправитесь? — вскричал Де Ла Торре. — Что вы будете делать?

— То, что делают все новорожденные. Мы будем исследовать нашу детскую. Солнечную систему.

Силвермен внезапно оттолкнулся от стенки и перелетел к пустой четвертой стенке.

— Мне очень жаль, — сказал он печально. — Ничего такого вы не сделаете. В руке у него была маленькая «беретта».

В другой руке у него был калькулятор. По крайней мере этот предмет выглядел как калькулятор. Но я с самого начала знал, что это, и боялся его больше, чем пистолета.

— Это, — сказал Силвермен, подтверждая мое предположение, — передатчик с коротким диапазоном. Если кто-то внезапно приблизится ко мне, я использую его, чтобы включить радиоуправляемые заряды, которые я разместил здесь во время полета. Они повредят компьютер корабля.

— Шелдон, — вскричал Де Ла Торре, — вы с ума сошли? Компьютер управляет жизнеобеспечением.

— Я бы не хотел разрушать его, — спокойно сказал Силвермен. — Но я полон решимости сделать так, чтобы информация, которую мы услышали, принадлежала исключительно Соединенным Штатам Америки — или никому.

Я внимательно наблюдал за дипломатами и солдатами, не проявят ли они признаков самоубийственной храбрости, и немного расслабился. Среди них не было идиотов того типа, которые бросаются с голыми руками на вооруженного; их общей реакцией было сильное отвращение. Отвращение к предательству Силвермена и отвращение к себе за то, что не ожидали этого.

Внимательнее всего я смотрел на Чен Тен Ли, который в отличие от остальных предвидел это и еще тогда обещал убить Силвермена собственными руками, но он был совершенно расслаблен, и в уголках его губ зарождалась легкая насмешливая улыбка. Интересно.

— Господин Силвермен, — сказала Сьюзен Па Сонг, — вы это не обдумали.

— Полковник, — ответил он иронически, — добрую часть года мне больше и заниматься-то было нечем.

— Однако вы кое-что упустили из виду, — настаивала она.

— Умоляю вас меня просветить.

— Если мы все сейчас на вас набросимся, — сказала она ровно, — вы, возможно, убьете двоих или троих, прежде чем будете подавлены. Если мы этого не сделаем, вы наверняка убьете нас всех. Или вы собираетесь держать нас под прицелом в течение двух лет?

— Если вы броситесь на меня, — пообещал Силвермен, — я уничтожу компьютер, и вы все равно все умрете.

— Значит, либо мы умрем и вы вернетесь на Землю со своим секретом, либо мы умрем все. — Она оперлась руками о стенку по обе стороны от себя.

— Нет, не так, — торопливо сказал Силвермен. — Я не собираюсь убивать вас всех. В этом нет необходимости. Я оставлю вас в этой комнате. Мой скафандр — так случилось — находится в соседнем помещении. Я надену его и дам команду компьютеру убрать воздух из всех помещений, смежных с этим. Я, конечно, отключу здешний терминал. Воздушное давление и предохранительные шлюзы не дадут вам открыть двери в вакуум: тюрьма с защитой от дурака. Я буду следить за вами, и пока буду видеть, что вы не предпринимаете попыток бежать, я дам возможность пищевой, воздушной и водной системам функционировать здесь. У меня есть необходимые ленты с программами, чтобы доставить нас обратно к Земле, где с вами будут обращаться как с военнопленными, согласно международным соглашениям.