Тэтэ - Владимир Буров

Фурцева умерла прямо в реанимации. А Эстэ дотерпел до самого конца. Говорят, во втором акте кончил семь раз.

— Семь раз? — как эхо переспросил Мелехов.

— Другие вообще бились в истерике, как потом на концертах Битлз. Ну ты представь, она на столе танцует Болеро, ноги поднимает и не опускает. Поднимает и не опускает!

— Как это?

— Ты думаешь, я знаю, как? — Слово на е с приставкой: Вы — весь зал. Точно тебе говорю. Они — слово на б — думали, что опять будет фуэтэ. Только фуэте. Фуэте и фуэте. А она на тебе! У многих челюсти так отвисли от радости, как будто они впервые — слово на х — увидели. Все кончили прямо в зале.

— Так не бывает.

— Что значит, не бывает?

— Ну так вообще не бывает, чтобы в зале уже кончали. Может быть, кто-нибудь один или двое.

— Ну ты, я вижу, совсем неграмотный парень, — сказал Полковник. — А как же Бетховен? Он же был сексуальный маньяк. Всех зрителей — слово на е — в хвост и в гриву.

— Ну хорошо, я понимаю про Бетховена. Он был мужик. А Плисецкая как трахала? Ведь она женщина? У нее нет члена.

— У нее — слово на п — больше любого члена. Я тебе точно говорю, она тогда — слово на е с приставкой: вы — весь зал.

— А вы там были?

— Был. И дело даже не в том, что бросаешься на нее и трахаешь ее, и трахаешь. Совершенно ясно, что это она уже тебя трахнула. В общем, полная иллюзия, что побывал в храме какой-нибудь древней языческой богини.

Врачи констатировали у Эстэ смерть от злокачественной опухоли, а он был просто беременным.

— От кого?

— То есть как, от кого? От Плисецкой, конечно. Все Бесполые забеременели тогда.

— Про Бесполых Василий уже знал, поэтому промолчал. Но он был удивлен, что уже тогда в сороковых годах это было известно.

— Рожать надо было, а у них зациклило. А ведь можно было догадаться, если бы не эти — слово на е — врачи. Не может быть, да не может быть! А как это не может быть? А Зевс? Забыли! А он рожал из бедра. Да из разных мест можно. Лишь бы в голове было понимание ЕСТЕСТВЕННОСТИ происходящего.

— А сейчас, значит, в Кремле правит… — Василий сделал глубокую затяжку, в надежде, что Полковник сам скажет, кто там правит.

И он сказал:

— Хрущев и Брежнев.

Василий задохнулся от дыма и закашлялся.

— Об… Об… Оба, что ли?!

— Да. А что тут такого удивительного?

Василий не нашелся сказать ничего другого, кроме:

— Ну разборки там разные. Один думает так, а другой по-другому.

— А кого это — слово на е? — Пусть думают, чего хотят. Они же Близнецы.

— Первый раз слышу, что Хрущев и Брежнев Братья-Близнецы! — не выдержал Василий.

— Да, срослись вместе, как сиамские близнецы.

Василий решил пока больше ничего не спрашивать. В русско-еврейских близнецов он не поверил. Ведь он всегда считал, что один из них еврей, а другой русский. Какие же они близнецы?

Итальянец совсем замерз в кузове. Он начал стучать по крыше кулаком. Полковник открыл окно.

— Ну чего?

— Сверни к Мотелю, я совсем замерз, — даже я услышал, как у Итальянца застучали зубы.

— Ладно, — сказал Полковник. — Он посмотрел на часы и добавил: — Но у нас мало времени.

— Выпьем кофе с кукурузными лепешками и поедем дальше, — сказал Итальянец.

Мотелем оказалась избушка на курьих ножках. Без окон, без дверей. Они залезли по приставной лестнице на чердак, и спустились в комнату. Итальянец смолол кофе, потом на кукурузомолке сделал муку для лепешек. Скоро они уже пили свежий дымящийся кофе с Хрущевками. Это такие простые лепешки, посыпанные сверху сахарной пудрой.

— А почему, — спросил я, — их называют Хрущевками?

— Ну как почему? — удивился Итальянец, — Хрущев засадил пол Сибири кукурузой. А из кукурузы делают кукурузную муку и пекут Хрущевки.

— Я так понимаю, наш друг спрашивал о другом, — сказал Полковник. — Если есть Хрущевки, должны быть и Брежневки? Я Вас правильно понял?

— Да, — ответил я, — именно это я и имел в виду.

— Есть и Брежневки, — сказал Полковник.

— И прямо перед нами, — сказал Итальянец.

— Вот это кофе, этот напиток, который мы пьем с таким удовольствием, называется Брежневка.

— А почему? Это просто кофе.

— Это не просто кофе, — сказал Итальянец.

— Это НАШ кофе. Хрущев сделал открытие по кукурузе, а Брежнев в долгу не остался, — Полковник поставил в горячий песок новую турочку. — Он приказал все окрестности озера Байкал засадить кофейными деревьями.

— Ну кукуруза — это еще туда-сюда, а кофе в русских широтах расти не может, — сказал я.

— Не веришь?

— Что-то не верится.

— Президент ВАСХНИЛ товарищ Лысенко придумал кур, которые сами собирают хлопок в Азербайджане, — сказал Итальянец. — В это вы верите?

— Нет, — ответил я. — И могу сказать почему.

— Почему?

— Потому что в Азербайджане хлопок давно не выращивают. А если не выращивают хлопок, зачем куры, сборщики хлопка? Логично? Товарищ Романов и его ребята давно гонят в Москву пустые вагоны. Они не хлопок везут в этих вагонах, а деньги.

— Вагоны денег? — ахнул Итальянец. — Не знал.

— Не вагоны денег, а за каждую тонну хлопка платят директорам фабрик по полторы штуки.

— Баксов?! — Итальянец открыл новую пачку Беломора.

— Баксов, — просто ответил я.

— А где же они их берут? — спросил Полковник.

— Что? Деньги? Этого я не знаю.

— Может, они их печатают? — спросил Итальянец.

— Да нет, я думаю, они гонят наркоту.

— Ошибаетесь, — сказал Полковник, — наркота полностью монополизирована государством. — Я одно время был здесь на спецзоне. Огромные плантации Коки.

— Да я сам работал целый на двух Кокаиновых Заводах. Они расположены в центре тайги.

— Удивляюсь, — сказал я, — как только здесь все уже не стали наркоманами?

— А здесь наркотики не продают, — сказал Полковник. — Все идет на экспорт. Основной покупатель Меделиновый Картель.

— В Колумбии?

— В Колумбии, — подтвердил Полковник.

— А говорят, у них своей наркоты завались.

— У кого чего завались это не важно, — сказал Полковник. — Здесь все закручено сложнее. Мы вон продаем свою Сибирскую пшеницу китайцам. А сами потом закупаем в Канаде. Спрашивается, зачем всю эту — слово на х с окончанием на: ю — крутить? А это называется Бизнес. Ведь кофе, который собираются собирать с Прибайкальских территорий все пойдет на экспорт. Своим ничего не достанется. Так если только в спецмагазины при Кремле.

— Я все-таки не понимаю, как может на Байкале расти кофе?