Город Голодных теней. Разносчик - Джиллиан

- Наташенька, здравствуй! - защебетала Лена, и девушка ещё больше насторожилась: слишком уж сладким был голосок эмпата. Не с Радимом ли что?

- Лена, говори сразу, что случилось. Я засыпаю! - Осмотрев скамейку, девушка присела, прислонившись к прохладной спинке.

- Ой, а ты где? - оживилась эмпат. - На пляже, небось? Ну, тогда не страшно. Расслабон - великое дело.

- Ле-ен!

- Всё-всё. В общем-то, ничего такого срочного, но... - Кажется, Лена собралась с духом, из-за чего Наташа затаила дыхание. - Хозяин Радима из окна выбросился. Больница. Пятый этаж. Его к терапевту водили. Он спокойный был, никто не ожидал. Прямо на стекло кинулся. Даже окна открывать не стал. Телом пробил. А стёкла там обыкновенные, не пластик. Ну и...

- Скатертью дорога, - пробормотала Наташа, выдыхая: "Фу-у..."

- Наташенька, я тебя не слишком сильно огорчила?

- Всё нормально, Лена. Я чувствую себя прекрасно.

- Да? Ну, слава Богу! Тогда пока! Отдыхай себе на песочке!

Сунув мобильник в карман рюкзачка, Наташа встала, вышла из-под крыши, и только тут до неё дошло, что остановка находится не рядом с деревней, на что она внутренне рассчитывала, собираясь в дорогу, а посреди бесконечных полей и лугов, кое-где пересечённых лесополосами. Выйдя на пустующую дорогу, она растерянно огляделась: через дорогу, далеко-далеко, виднеются дома деревни, но и за остановкой так же далеко - тоже крыши. Куда идти?

Кто-то еле слышно фыркнул рядом. Оглянувшись, Наташа с облегчением усмехнулась. Волчица! Девушка о ней и забыла в последние дни, оплакивая разлуку.

Зверь смотрел в ту сторону, откуда Наташа приехала. Девушка снова насторожилась. Что это значит? Что ей лучше вернуться?

- Ни за что! - мрачно сказала она волчице.

Та оглянулась и слегка приподняла губу, словно скалясь в насмешке. А Наташа резко подняла голову - и обрадовалась. К остановке торопился автобус. А вдруг он остановится, и среди пассажиров будет кто-нибудь из Радимовки? И начала ждать, отойдя в тень и мысленно заклиная: "Только остановись! Только пусть в автобусе будет человек, с которым я дойду до деревни!" Даже мелькнула мысль, не остановить ли сам автобус, если тот захочет проскочить, - лишь бы спросить, в какую сторону идти!

Но автобус солидно подкатился к остановке. Из его жаркого нутра с трудом вылез человек - Наташа с трудом приглушила смех: сама так вылезала! Пока он дошёл до остановки, внутри которой снова немедленно спряталась от пыли Наташа, автобус деловито рыча, помчался дальше.

Мужчина, лет сорока с небольшим, в джинсах и в пёстрой рубахе с коротким рукавом, с сумкой на длинном ремне, свисающей с плеча, огляделся, закрываясь ладонью от поднявшейся пыли, и быстро зашёл внутрь строения. Улыбнулся девушке, прищурив светло-зелёные глаза, и кивнул:

- Ну и пылища, да?

- Ага... - с готовностью согласилась Наташа. - А вы куда? Не в Радимовку?

- Туда. - Он немного поколебался, а потом сказал: - Вы туда же? Меня должны встретить на машине. Если хотите, поедем вместе.

- Ой, хочу! - искренне обрадовалась девушка. - А может, пойдём прямо сейчас, а потом по дороге нас подхватят? - И объяснила спешку: - Мне ещё бы вернуться успеть.

Мужчина посмотрел на дорогу среди лугов, наверное, прикинул, что на остановке даже при редком транспорте придётся дышать дорожной пылью, и кивнул. Когда они вышли из тени и зашагали за остановочный навес (ага, вот куда надо было!), Наташа вдруг подумала, что незнакомец говорит по-русски свободно, но в выговоре чувствуется какой-то акцент. А потом она вспомнила: когда она заговорила с ним и сказала про Радимовку, он слегка вздрогнул. А... случаем, это не дядя Радима? Тот самый, который за границей живёт? Фамилия у того должна быть Радимов. Вот и вздрогнул. Приглядываясь к спутнику, показалось, она теперь и в самом деле начала замечать в нём черты, роднящие его с любимым лицом.

Любимым... Она украдкой вздохнула. Теперь она может себе признаться в том, о чём никогда и не думала. Мгновения, когда Радим уходил в ночь, уходил из её жизни навсегда, чётко показали, что она... полюбила. И больно стало, когда поняла, что полюбила человека, который напрочь забыл её.

Однажды от неё в небытие ушёл один... Теперь - забыл другой.

Удержав слёзы, она грустно подумала: "Если бы на мне проклятие было, Алексеич бы сказал и помог, но ведь нет... Что за жизнь..."

Кажется, попутчик не испытывал неудобства, пока шёл с девушкой в молчании. Так что Наташа за время ходьбы успела успокоиться и выделить то, что собиралась конкретно сделать, когда оберётся до деревни. И решила, что надо исхитриться и посмотреть в глаза Радима. Хотелось увидеть его настоящее, истинное лицо.

- Наверное, это к нам, - прервал молчание спутник Наташи.

Навстречу и в самом деле неслась легковушка, вздымая за собой молочно-серые клубы пыли. Водителем оказался высоченный и широкоплечий русоголовый парень. Он быстро усадил своих пассажиров - и принялся болтать. Всю дорогу! Затаившись на заднем сиденье, Наташа слушала с жадностью. Он говорил о Радиме! Взахлёб рассказывал о том, как была взбудоражена вся деревня возвращением внука старого Кирилла! Живым-то его уже и не чаяли видеть! Думали - лет шесть назад убийцы всей колдунской семьи увезли парнишку, да где-нибудь грохнули. А теперь - ему дом строят, да как быстро и легко - все на "пОмочь" пришли! И все начальники понаехали, чтоб документы ему справить, а теперь вот и дядя приехал - какая-никакая, а всё ж родня! А ещё новости такие, что в Радимовку городские, свои деревенские бывшие, возвращаться надумали. Во ведь удумали как. Ладно хоть, время ещё есть - и картошку "садить" и что другое!..

Если сначала Наташа думала, не увезёт ли дядя Радима к себе, за границу, то теперь воспряла духом: нет, не увезёт! Сказал же Алексеич - земля Радима держит, не отпустит, и оказался прав, если водителя послушать. Значит... Девушка опустила глаза. Ничего не значит. Она, Наташа, вне игры. Есть факт, вот он: Радим не знает, кто она.

При въезде в деревню она чуть пригнулась на своём сиденье, чтобы водитель не спросил, где её оставить. Но парень, кажется, решил, что она либо с дядей Радима, либо сама скажет, когда надо её высадить, и продолжать болтать до самого бывшего пепелища.

А потом и вовсе про неё забыли.

Дом и в самом деле оказался слегка на отшибе - через два сада от предпоследнего дома. Машина остановилась, не доезжая до стройки совсем немного.

Первым выскочил водитель и сразу показал дяде Радима на новёхонький сруб.

- А вон он, наверху сидит. Ради-им! Встречай!

Прячась за машиной, Наташа скользнула глазами по верху сруба и застыла.

Радим сидел на какой-то толстой доске, прислонившись к другой. Полуголый, в одних джинсах. Кто-то дал ему светлую косынку, которую он использовал как бандану. Но узнать его в жилистом, дочерна загоревшем пирате можно было. Наташу поразило другое. Он сидел не один. Полулёжа, он обнимал прильнувшую к нему хорошенькую девушку, в шортах и маечке, и смеялся вместе с нею... Голова к голове.