Замуж с осложнениями - 3 - Юлия Жукова

       Впрочем, как выясняется, демон со светским визитом — это не то мероприятие, которое можно пережить, не включая мозг.

       Остаток дня Кир спит, я вожусь по хозяйству, Азамат разбирает какие-то отчёты. Приезжает фермер, привозит свежих продуктов. Мы с мужем угрюмо молчим, думая каждый о своём. Хорошо, что ребёнок спит.

       Однако вот уже и стемнело, а демона всё нет.

       — Думаешь, он придёт? — спрашиваю нетерпеливо. — Может, спросонок ляпнул, а потом одумался? Я не хочу тут до утра сидеть, у меня там младенец с ума сходит.

       Азамат глядит на часы.

       — К ночному кормлению ты всё равно уже не успеешь, а потом Алэк до рассвета будет спать. Можем ещё подождать.

       — А чем мы демона кормить будем, если придёт? — продолжаю занудствовать я.

       — Сурчатиной, — пожимает плечами Азамат. — Они её любят. Конечно, можно предложить на выбор... Вряд ли он захочет жареного или варёного.

       — А пить он будет? В смысле, спиртное?

       — Вряд ли... Слушай, ты по поводу визита Ирлик-хона меньше переживала. В чём дело?

       — Я просто нервничаю, — сообщаю и для убедительности принимаюсь нарезать круги по кухне. — И хочу в столицу побыстрее. Тебя уже, небось, с собаками ищут.

       — Никто меня не ищет, я отзвонился ребятам, все знают, где я.

       — Ну, отлично, а я вот...

       — Тсс! Слышала?

       — Что? — я затыкаюсь и прислушиваюсь. Тишина.

       — Какой-то звук от двери был. Пошли посмотрим.

       Мы выходим в прихожую, причём я стараюсь держаться у Азамата за спиной. Он открывает дверь. В свете лампочки под козырьком видно удаляющийся хвост.

       — Э, куда? — вырывается у меня.

       Хвост останавливается, темнота за ним разворачивается, появляются горящие глаза. И начинают неторопливо приближаться. У меня шерсть дыбом встаёт от этого зрелища, хоть и понимаю, что чёрного зверя в темноте не видно.

       Перед самым порогом он преображается и неуверенно заходит в дом.

       — Здравствуй, — Азамат слегка кланяется. — Что же ты так робко стучишь? Мы едва услышали.

       Демон пожимает плечами.

       — Дёрнул дверь — заперто, — сипит он.

       — Люди обычно держат двери запертыми, — говорю. — Надо просто постучать или позвонить. Ну ладно, проходи на кухню, поешь...

       Демон хмурится. Он невысокий, только чуть-чуть выше меня, на лицо подросток, узкий, тощий, с большими руками и ногами. Из-за копны спутанных волос голова кажется слишком большой. Одет он по-прежнему в свои лохмотья, хуже даже, чем на Кире были.

       Азамат открывает дверь кухни и приглашает гостя пройти, но тот медлит, принюхивается и поводит ушами. Боится, что там ловушка, что ли? Ох уж мне эти обиженные дети.

       — Пойдём, — прохожу в кухню, маня лесного жителя за собой. Он следует за мной, хотя пару раз нервно оглядывается на Азамата.

       Стол уже накрыт, и запах в кухне ужасно аппетитный. Я выдвигаю для гостя стул, сама сажусь в торце, Азамат — напротив. Демон некоторое время изучает кухню и мебель, потом залезает на стул с ногами и усаживается в кошачью позу, пофыркивая носом. Из гостиной доносится жалобный скулёж напуганного Филина, а потом шорохи — видимо, Кир проснулся.

       — Ты предпочитаешь сырое или готовое? — вежливо интересуется Азамат у демона, а я иду проверять ребёнка.

       Он действительно только-только глаза открыл и теперь тоже принюхивается.

       — Уже ужин? — сонно спрашивает.

       — Да, — говорю, — и у нас в гостях лесной демон.

       Кир мгновенно просыпается.

       — Это ещё зачем?

       — Ну мы же его пригласили, — пожимаю плечами. — Не волнуйся, тебя в обиду не дадим.

       Ребёнок садится и сползает с дивана, явно утратив аппетит.

       — Часто он у вас бывает?

       — Дома впервые, но мы ему выставляем гостинцы каждый раз, как здесь ночуем.

       Из кухни доносится светский бубнёж Азамата, изредка перемежаемый хриплыми рваными репликами гостя.

       — Пойдём, — подбадриваю Кира. — Мне ужасно любопытно с ним поболтать. Тебе нет?

       Кир пожимает плечами и угрюмо топает на кухню, протирая глаза кулаком. Садится напротив демона, между мной и Азаматом.

       — Привет, — говорит он гостю безрадостно.

       — Сам привет, — фыркает демон, скривив губы набок. То ли Азамат его успокоил, то ли появление Кира так порадовало, но он больше не дёргается из-за каждого движения. Перед ним уже стоит пиала с бульоном и лежит сырой сурочий окорочок. Кир хмуро смотрит на меня и накладывает себе в пиалу три порции. Я только усмехаюсь.

       — Давайте все познакомимся, — говорю. — Я Лиза.

       Демон склоняет голову и смотрит на меня без выражения.

       — Азамат, — представляется муж, кивая.

       — Кир, — с набитым ртом бубнит ребёнок.

       Гость пару секунд думает, потом произносит:

       — Хос.

       — Очень приятно, — старательно изображаю светскую улыбку. — Ты давно тут живёшь?

       — Раньше вас, — уклончиво отвечает Хос.

       — А можно спросить, сколько тебе лет? — продолжаю я. Уж спрашивать, так всё.

       Демон долго думает, склонив голову набок, потом откусывает кусок мяса, не жуя проглатывает, запрокинув голову, и только потом, когда я уже решила, что он не понял вопроса, отвечает:

       — Десять вёсен.

       — Ого, так ты почти взрослый, — замечает Азамат, как будто разговаривает с племянником.

       Хос хмурится и кивает. Потом как-то странно урчит и вдруг говорит:

       — Через.

       Потом думает ещё и продолжает:

       — Две весны уйду.

       Мы с Азаматом отвечаем одновременно.

       — Уйдёшь из нашего леса? — уточняет Азамат.

       — Ты плохо знаешь человеческий язык? — спрашиваю я.

       Хос втягивает голову и трясёт ею.

       — Он ни фига не понял, — чавкает Кир.

       — Да, — соглашается демон.

       Азамат кивает мне, мол, уступаю. Я повторяю свой вопрос. Хос опять долго думает, потом отвечает по частям:

       — Редко. Говорю. Раньше. Людей не было, — он мучительно задумывается, даже помогает себе жестом, и наконец выдаёт: — здесь!

       — Клёво, — комментирует Кир. — Есть кто-то тупее меня.

       Не успеваю я его одёрнуть, как демон щёлкает по фасолине на блюде, и она прилетает точно Киру в нос.

       — Едой не играют! — возмущённо восклицает тот.

       — А гостей не оскорбляют, — нравоучительно добавляет Азамат.