Весь Хайнлайн. Число зверя - Роберт Хайнлайн

— Дити, пожалуйста, скажи Ае, чтобы разбудила нас, когда солнце встанет.

— Есть, капитан тетя.

— Зебби, ты говорил, что воздуха в машине хватит на четыре часа.

— Это в космосе. Сейчас воздухозаборники открыты.

— А к вам туда, назад, он попадает? Может, оставить люк открытым?

— Да нет, верхний воздухозаборник как раз у нас. А кабину проветривает нижний. Они будут открыты до тех пор, пока внутри не повысится давление.

— А не может кто-нибудь через них сюда проникнуть? Змеи там или еще кто?

— Хильда, дорогая, ты слишком много беспокоишься.

— Мой милый, дорогой второй пилот, будь добра, заткнись, пока я разговариваю с первым. Я много чего не знаю про эту машину, а ведь ответственность лежит на мне.

— В каждом воздухозаборнике, — ответил Зебби, — есть решетка, а на внутреннем конце — воздушный фильтр. Так что никто сюда не залезет. Время от времени их приходится прочищать — напомни мне, Дити.

— Я скажу Ае.

Так она и сделала — и почти в ту же секунду послышался звон металла. Я мгновенно села.

— Это что такое?

— Хильда, боюсь, это я нечаянно задел ногой посуду от ужина, — сказал мой муж. — Зеб, как тут зажигается свет?

— Нет, нет! Джейкоб, не надо ее искать. Никакого света до восхода солнца. Не беспокойтесь о посуде. Но что случилось? Я думала, она под приборной панелью.

— Я не смог туда дотянуться после того, как мы расстелили постель. А ящик, который у меня под ногами, немного выдвинут из-под сиденья. Я все на него и поставил.

— Ну, ничего. В пробном полете всегда случаются какие-нибудь неполадки.

— Да, должно быть.

— Обойдется. Джейкоб, ужин был замечательный.

— Спокойной ночи, болтуны! — крикнула Дити. — Мы хотим спать!

Она закрыла люк и завернула болты.

23. «ФАРС ОКОНЧЕН»

ДЖЕЙК:

Для меня лучшее снотворное — держать в объятиях Хильду. Я спал десять часов.

И проспал бы дольше, если бы не оглушительный звук горна: побудка! Мне почудилось, что я снова в казарме, я рванулся с койки — и стукнулся головой. Это умерило мое рвение: я сориентировался, увидел рядом с собой мою прелестную возлюбленную, которая очаровательно зевала, и осознал, что мы на Марсе.

МАРС! Даже не наш собственный Марс, а другая вселенная.

Ненавистный сигнал побудки зазвучал опять, притом громче.

Я постучал в переборку:

— Как выключается эта штука?

Прошло некоторое время, прежде чем ручка люка в переборке повернулась, а затем отворился и сам люк. Горн запел в третий раз, еще громче. Высунулся моргающий Зеб:

— Что-нибудь случилось?

Я его не расслышал, но догадался, что он говорит.

— КАК ОТКЛЮЧИТЬ ЭТУ ПАКОСТЬ?

— Это не проблема. — (Во всяком случае, мне показалось, что он так сказал.) — Доброе утро, Ая.

Сигнал зазвучал приглушенно.

— Доброе утро, босс.

— Я проснулся.

— А ты не заснешь опять?

— Нет, я уже не лягу. Честное слово.

— Знаю я тебя, голубчик, не в первый ведь раз. Если ты не выкатишься отсюда, пока не проснулась хозяйка, мне откажут от места. Того и гляди с полицией будут неприятности. Было бы ради чего. Таких как ты, на цент пять штук дают.

— Ты умница, Ая.

— Раз я умница, то возьму вот и найду себе другую работу.

— Спи дальше, Ая. Конец связи.

— Поняла, босс. Конец связи. — Наступила блаженная тишина.

Я обратился к своей дочери:

— Дити, как ты могла?

Ответил ее муж:

— Дити ни при чем, Джейк. Ей просто было сказано попросить Аю разбудить нас с восходом солнца. Она не знала, как Ая будит.

Я что-то проворчал и открыл правую дверцу. Благодаря затеянному Хильдой переустройству я выспался так сладко, как уже несколько дней не высыпался. Но когда в спортивной машине устроены две двойные постели, то, встав, деваться некуда: можно только выйти наружу.

Итак, я открыл дверцу, нащупал ногой подножку, задержался, чтобы попросить Хильду дать мне ботинки и одежду, — кое-что заметил и спокойно сказал:

— Хильда. Винтовку. Быстро!

В экстренной ситуации на мою драгоценную малышку всегда можно положиться: все ее кривляние не более чем личина. Очаровательная, кстати; самое худшее в этой комедии с избранием ее «капитаном» было то, что она перестала улыбаться. Я надеялся, что Зеб вскоре снова возьмет командование на себя. Нам нужно было преподать урок, но зачем же затягивать это надолго.

Не буду отвлекаться: я попросил винтовку, она тихо сказала: «Сейчас», и через мгновение винтовка уже была у меня в руках.

— На предохранителе, — сказала она. — Патрон в патроннике. Подожди, я позову Зеба.

Действительно, можно было и подождать. Стоя на подножке и будучи прикрыт с одной стороны отворенной дверцей машины, я мог не беспокоиться за тыл и должен был держать под прицелом лишь небольшой сектор. Винтовка у меня старого образца, но хорошая. Она досталась мне от старшего брата отца, который замотал ее, отслужив в морской пехоте.

Я снял ее с предохранителя, проверил, действительно ли патрон в патроннике.

— Что происходит? — негромко спросил Зеб у меня над ухом.

— Вон, смотри.

Хильда и Дити тоже высунулись в дверцу: Хильда с Дитиным дробовичком, Дити с полицейским специальным своего мужа.

— Эльфы, — сказал Зеб. — Может быть, они еще где-то здесь. Проверим. Прикроешь меня отсюда?

— Нет, Зеб. Ты направо, я налево, проверяем левый борт, встречаемся у кучи. Раз, два, и готово.

— Дай сигнал. Вы, девочки, будьте в машине, — сказал Зеб через плечо.

— Ну, Джейк?

— Пошел!

Мы рванулись как борзые, с ружьями наизготовку. Причина моей тревоги была проста: куча картонных коробок и оберточной бумаги сильно уменьшилась в размерах. Что-то разбросало ее на много метров, и мусора виднелось гораздо меньше, чем было в куче первоначально. Ветер? Зеб оставил крылья раскрытыми; самый легкий ветер разбудил бы нас, предупредил о перемене погоды. Ночью машину не качало; следовательно, ветра не было. Следовательно, ночные визитеры. И довольно крупные притом.

Я обежал машину слева, но не увидел ничего, только Зеба. Помахав ему, я побежал обратно к куче.

Когда я прибыл на место встречи, он был уже там.

— Я же сказал оставаться в машине! — Он был вне себя. Причина его гнева в лице обеих наших женщин находилась тут же.

Моя возлюбленная на это ответила:

— Первый пилот!

— Что? — спросил Зеб. — Шельма, перестань, сейчас не время, видишь же, нам грозит опасность. Девочки, немедленно в машину, пока я не…

— От-ста-вить!!!