Невидимая битва - Сергей Мальцев

Попытка Братства оторвать ученых от экзекуций над лягушками и обратить их внимание на реальность духовного мира провалилась.

Это был один небольшой частный момент в неутомимой, самоотверженной деятельности Ордена Иезуитов. Наука, общество еще долго не будут посягать на знание духовных явлений и законов, которым владела Церковь. А чем меньше конкурентов, тем больше власти.

Работа Общества Иисуса (Ордена Иезуитов) имела очень широкий охват, поскольку орден противостоял могущественному врагу. Блаватская была только одним из сотрудников Братства, у других Братьев были другие задачи, и они не объявляли себя. Поэтому тайная сеть общества Вольных Каменщиков-просветителей была для тайной полиции Ватикана постоянной головной болью. Невозможно было проникнуть в тайну масонов, внедрить к ним своих агентов, повлиять изнутри на политику масонского братства, поскольку связи и руководство обществом тянулись далеко на Восток. И тогда руководители иезуитов применили один гениальный тактический ход. < Мальцев С. А., 2003 >

Вспомним, как они поступили с Калиостро — пустили слух, что он был членом их ордена, и после этого все засомневались в достоверности его заявлений, его знаний, званий, сведений. Если посмотреть на это с психологической точки зрения, то что мы можем сказать об образе мысли, о внутреннем состоянии, о побуждениях иезуитов?

Представим себе собрание «воинов Иисуса», рассуждающих о том, как поступить с графом Калиостро.

Он объявил себя сотрудником тайного Братства Посвященных и нашел уже в Европе многих влиятельных последователей. Он совершает удивительные феномены, доказывая существование Науки Посвященных. Этим он повсюду сеет сомнения в том, что Церковь — единственная обладательница высшей духовной истины. Что произойдет, если Калиостро будет и дальше столь же успешен, и возникнет какое-нибудь новое идейное течение, движение, которое захватит умы Европы и выбьет опору из-под духовной и экономической власти Ватикана? К тому же власть эта итак уже изрядно шатается, подточенная другими такими же масонами-вольнодумцами. И неужели и дальше можно терпеть выходки Калиостро и его открытый вызов церковному авторитету?

Такие соображения могли волновать умы иерархов Ватикана — папы и кардиналов. Но это еще не то. Сам метод, который был выбран для решения этой проблемы, говорит все-таки о других вопросах, которыми задавались те, кто его изобрели. Вопросах более глубоких, имеющих отношение к самой сути человеческой психологии, самой сути души.

Иезуиты решили: чтобы все начали считать Калиостро лжецом, наживающимся на доверчивости людей, пустим слух, что он — член нашего ордена, что он — один из нас.

Что из этого следует?

То, что они прекрасно понимали и отдавали себе отчет в том, что они — лжецы. Это во-первых.

Во-вторых, что они четко осознавали себя как организацию лиц, противопоставивших себя всем человеческим представлениям о духовной чистоте и высоте, о нравственности, о чем-то благородном и хорошем. У них не было никаких иллюзий относительно себя, своего духовного состояния.

Они те, кто считают полным бредом всякие там «десять заповедей», понятия добра, любви, сострадания, человечности, справедливости, чести, честности, порядочности.

Общество давно знает об этом, и для них ничего плохого в этом нет. Их совесть это нисколько не тревожит.

Они рассуждают так:

Все знают, что мы не имеем ничего общего с порядочностью и честностью. Все знают, что мы на другой — противоположной — стороне (только мало кто полностью, во всей глубине это осознает, и это хорошо.) Мы используем это представление общества о нас, эту правду, в наших целях. Раз Калиостро, как и его масонские собратья, говорит о справедливости, мудрости, Истине, раз он такой хороший, мы очень просто сделаем его плохим. Пустим слух — а это проще простого — о том, что он член нашего ордена. И тогда ему никто не позавидует. Отныне он познает, что такое презрение, брезгливость и чистоплюйство общества. Он хотел осчастливить их всех? Теперь же он увидит предательство своих последователей. Они вмиг забудут обо всех его заслугах и великих делах, о том, что он сделал для них, а вспомнят о нем справедливо и пустят слезу только тогда, когда он будет лежать в гробу.

И произошло именно так, как они рассуждали, прекрасно зная законы коллективной психологии.

Этот пример с Калиостро поможет теперь перейти к тому превращению, которое иезуиты совершили с масонством. Оно было основано тоже на знании психологии, но только психологии индивидуальной.

Чтобы эффективно противостоять всему братству масонов и самому Братству, иезуиты придумали виртуозный исторический ход: они создали свои братства Вольных Каменщиков — масонские, розенкрейцерские организации, и даже новый Орден Тамплиеров.

Тут тоже стоит остановиться, посидеть и вдуматься в гениальность этого плана.

Все давно знали, что история творится людьми, состоящими в тайных масонских организациях. Этот факт был известен, но неизвестны были его подробности, детали. В те времена от слова «масон» веяло духовной свободой и романтикой справедливой борьбы, подвигов, высоких идеалов верного братства. В Америке масоны Вашингтон, Лафайет, Нокс, Франклин, Джеферсон, Гамильтон боролись с тиранией Англии и создавали великое независимое государство Объединенных Штатов. В Европе Гроссмейстер масонской ложи Джузеппе Гарибальди объединял Италию; масоны Моцарт, Лист, Гайдн, Гете, Шиллер создавали бессмертные произведения искусства. В России масоны Суворов и Кутузов показывали примеры воинской доблести, честной и героической жизни. Масоны декабристы пытались избавить народ от рабства, работали над развитием и просвещением Сибири. Ими всеми двигали высокие человеческие качества и чувства, стремление к обновлению жизни, к поиску нового. Они работали, служили, действовали, ошибались и учились на ошибках. Ошибались, потому что не ошибаются только те, кто ничего не делают.

Эти «еретики» и «дьяволопоклонники» привели мир в движение, заставили думать, чувствовать, действовать, созидать. Искать истину и справедливость не в царстве небесном, а на земле. И, в отличие от тех, кто их клеймил и предавал проклятиям, никого не замучили в камерах пыток, никого не сожгли на костре.

Просвещенная Европа жила масонскими идеями преобразования. Стать масоном, приобщиться к масонству было мечтой многих энергичных молодых людей. Этим и воспользовались иезуиты:

Хотите быть масонами? Хотите войти в такое престижное сообщество? Хотите тешить себя членством в тайных обществах? Хотите быть поближе к королям и канцлерам, хотите быть посредниками в системе тайных рычагов власти? — Пожалуйста, вот вам тайное общество масонов, вот вам Орден Розенкрейцеров, и даже Орден Тамплиеров. Добро пожаловать! < Мальцев С. А., 2003 >

Только, конечно, новообращенным не говорили, куда, к кому тянутся нити руководства этими тайными обществами. Кому они при вступлении и произнесении клятвы верности становятся преданными слугами. Истинные руководители этого нового масонства — иезуиты — оставались в тени. И это было очень удобно. С помощью таких масонов можно было реализовать какую-нибудь интригу, а потом доказательно заявить, что это козни масонов.

Так в Европе получили «организационное оформление и наибольшее распространение» тайные общества масонов и розенкрейцеров, противостоящие масонам и розенкрейцерам. Так заваривалась та невообразимая каша, в которой — под одним названием — смешались масонство Пушкина, Гете и Гарибальди и масонство иезуита барона Хандта, принца Фридриха Вильгельма II и Гроссмейстера 33 Бенито Муссолини. Так в один исторический котел попали «идеи нравственного самоусовершенствования и … черная магия». Это была та невероятная «алхимия», которую удалось совершить с историей иезуитам.

Французский историк Жюль Мишле сказал об этом так: «Пятнадцать веков христианский мир находился в духовном ярме у Церкви… Но этого ярма им показалось мало; им захотелось, чтобы весь мир склонился под рукою одного хозяина»[205]

«Клонированные», выращенные под заботливым присмотром ордена иезуитов общества рыцарей масонов, розенкрейцеров, тамплиеров начали воспроизводить сами себя и свои многочисленные побочные ответвления, ритуалы, степени посвящения и звания. «Ритуал Авиньона», «Древний и Признанный Шотландский Ритуал», «Ритуал Ордена Храма», «Феслеровский Ритуал», «Верховный Совет Императоров Востока и Запада — Суверенных Принцев Масонов» и т. д. и т. п.

Иезуит барон Готтхельф фон Хандт заявил, что владеет секретными документами тамплиеров, доказывающими, что его орден, который он назвал Орденом Строгого Повиновения, является законным наследником дела тамплиеров.