Небесный суд - Стивен Хант

— Мне больше не понадобится абордажный пистолет, — ответил ему Оливер.

— Верно, не понадобится. А вот нож я бы советовал тебе оставить.

Я не помню, когда рассказывал вам…

— Тебе и не нужно было. Это хороший нож. Много лет назад я мог только мечтать о таком.

Оливер выглянул в окно. Зов ночи в эти минуты был гораздо сильнее прежнего.

— Спасибо вам за все.

— Надеюсь, что с твоей дикой кровью, мой мальчик, ты станешь лучшим из нас.

— Я спрячу нож в сапоге.

— Я бы на твоем месте сделал то же самое, — похвалил юношу старый священник.

Внизу, на первом этаже, почти полностью испарился след колдовства, который Гарри Стейв заметил в воздухе. Значит, он не напрасно потратил время, подслушивая старого греховодника. Что же там затеял священник? Явно какую-то пакость, в этом Ловец волков не сомневался. До сих пор его преподобие выполнял условия сделки и не путался под ногами. Сам будучи хранителем многих секретов, Гарри недолюбливал старика за то, что тот многое знал о нем самом. Не так он хотел играть в свою игру — уж если в Шакалии заваривается каша, то пусть уж лучше она заваривается руками Гарри Стейва.

Дни в Шэдоуклоке были безветренными, и воздухе постоянно стоял дым выхлопных труб. В этом город мало чем отличался от Миддлстила с его зловонным густым туманом. Здешний туман, порождаемый выхлопами рудничного оборудования, собирался по ночам, превращая своей завесой полную луну в узкий серебристый серпик.

Оливер смотрел на брусчатку узких крутых улиц и в висевшем над ней тумане не видел собственных сапог, чувствуя, какими неприятно влажными даже через кожу сапог делаются носки. Было слышно, как от высоких стен эхом отлетают голоса перекликающихся друг с другом стражников. Иногда в тумане возникал редкий огонек стеклянной лампы. Приходилось держаться подальше от полицейских или местных хулиганов, комитетских громил. Правда, последние приберегали свою бдительность для охраны крепостных стен города. Несмотря на свой массивный корпус, Стимсвайп, как оказалось, мог двигаться быстро и бесшумно, поворачивая во все стороны свою круглую голову. Решетка его голосового аппарата слегка вибрировала, когда он издавал звуки, высота которых превышала возможности человеческого слуха. Паровик поклялся, что сможет таким образом идти даже при сильном тумане, избегая комитетских громил и губернаторских стражников. Стимсвайп, по всей видимости, обладал навигаторским талантом, потому что ему до сих пор удавалось беспрепятственно провести своих спутников-людей через лабиринт городских улиц, не попавшись никому на глаза и ни на кого не наткнувшись. Он упрямо вел их вверх по холму в направлении личного губернаторского аэродрома.

Но кое-что Оливер не сказал своим друзьям: то, что он также ощущал присутствие этих самых громил и видел, как искусно рыцарь-паровик уводит троицу в сторону от вооруженных патрулей. Он чувствовал их всех, и они казались ему крошечными свечечками злобы, тускло светящимися в ночи. Впрочем, он обходил не только патрули, но и других — пьяного подонка, избивавшего свою жену, которая собственным телом пыталась прикрыть от него детей; вора-домушника с ножом за поясом, забравшегося в дом через окошко в застекленной крыше и шарящего по всей комнате в поисках ключа от запертого секретера; пьяного губернатора, в восторге хлопающего в ладоши от мерзкой картины — солдат, забивающих насмерть какого-то горняка. Каждая вспышка насилия яркой звездочкой вспыхивала в темноте.

— Оливер! — Гарри Стейв поднял юношу с колен. — Что с тобой? Ты заболел?

— Я все чувствую, Гарри!

— Что ты чувствуешь?

— Зло. Я чувствую в них зло.

— Ты весь вспотел, как будто ветрянку подхватил. А говоришь так, будто пытаешься напугать толпу народа во время спиритического сеанса.

— Тише! Мы должны идти дальше! — шикнул на них Стимсвайп. — В эту ночь из Шэдоуклока, возможно, отправится последний воздушный корабль с горняками.

— Со мной все в порядке, — быстро произнес Оливер. — Пот это ерунда, скоро высохнет.

На боку Лорда Уайрберна, привязанного к туловищу Стимсвайпа, зажегся ряд крошечных огоньков.

— Похоже, что сейчас тобой движут духи Лоа, мягкотелый Оливер. Но я не чувствую их присутствия здесь, я ощущаю лишь приближение великих событий. Странно.

— Я здесь, Хранитель Вечного Огня, — ответил Оливер. — Это всего лишь я. Стимсвайп прав, это наш последний шанс бесплатно прокатиться на воздушном корабле за губернаторский счет. Мы идем дальше.

Взлетно-посадочная полоса находилась на вершине горы, за стенами губернаторского особняка. Прямо перед ангаром на рельсах стоял воздушный корабль, приписанный к торговому флоту. В его корпусе не было пушечных амбразур или бомбовых люков. Таддиус или любой другой мальчишка его возраста из Хандред-Локс моментально бы определил его класс по одному лишь силуэту. Для Оливера же аэростат был совершенно неотличим от других кораблей, пролетавших над ними в небе Шэдоуклока. При помощи лебедки аэростат был подтянут как можно ниже к земле, к подбрюшью гондолы приставлен трап.

— Слишком открытое место. — Стимсвайп указал на ряд горящих фонарей, установленных на столбах по всей горе. — Слишком мало укрытий и слишком много народу толчется вокруг ангара.

Гарри сел, прислонившись спиной к стене.

— Я все сделаю, как надо. Двигаемся к большому детандеру, к люку в носовой части. Я помогу вам пробраться внутрь. Если нас кто-нибудь заметит, ты применишь против него свой голос.

— Мой голос? — удивился Стимсвайп.

— Только не надо изображать из себя святую невинность, старый паровик. Я своими глазами видел, как Мастер Резак своим голосовым аппаратом раскачал язык колокола, висевшего на дальней стене тренировочного зала. Так что на людей твой голос подействует как надо.

Молчание паровика Гарри воспринял как знак согласия и, скрестив ноги, забормотал что-то на языке уорлдсингеров. Вскоре возле них возникло облачко тумана, коконом окутавшее ноги. Оно подняло всю троицу над склоном горы, а затем и над взлетным полем. Оливер почувствовал, как завитки уорлдсонга подняли стремительно густеющий туман над землей. Вскоре вся гора завибрировала от мощной, рвущейся наружу энергии. Туман сделался еще гуще.

Переполнявшая Оливера энергия словно разъярилась при ощущении уорлдсонга. Теперь он мог заглянуть в глубины своей души, как будто с глаз упала повязка, и бесчисленные источники его собственной мощи, дарованной гиблым туманом, начали разворачиваться прямо у него на глазах. Это было примерно то же, что видеть, как могильные черви вылезают из бездыханного тела человека, которого вы когда-то горячо любили. Зрелище мучительное, но вместе с тем слишком притягательно-зловещее, чтобы от него можно было оторвать взгляд. Эти источники были частью его существа, но какой-то чужеродной частью, которой по идее не было места в сочетание плоти, воды и костей, которой не было места в этом трехмерном мире геометрических форм. Они энергично бурлили в юноше, и с трудом верилось, что он не замечал их раньше. Как с трудом верилось в то, что когда-то приходил на допросы к дознавателям ордена и инквизиторам, и был вынужден лгать им, утверждая, что нормален.

Туман, похоже, сгущался у ног Оливера намного быстрее, чем на земле рядом с ним, он спиралью закручивался вокруг его ног. Даже Гарри удивился тому, как быстро локализуется заклинание.

— Все в порядке, — заверил его Оливер. — Мне нравится туман.

— У нас есть прикрытие, — сообщил Стимсвайп.

Юноша посмотрел на аэростат — воздушный левиафан был окутан плотным туманом. Паровику не было нужды добавлять, что теперь на их стороне также и элемент внезапности. Большинство трудоспособных рабочих Шэдоуклока забились в самые глубокие щели, лишь бы избежать высылки из города на аэростате. Охранники наверняка рассчитывали на то, что разумные горняки будут держаться подальше от губернаторского дворца и комитетских бандитов. Как обычно, тропа вела их прямо в пасть опасности.

Стимсвайп сделал пять шагов назад и разбежался. Гарри подставил руки, и Оливер, опершись на них ногами, подтянулся и очутился на верху стены. Затем протянул руку Стейву и помог ему перелезть через стену. Через считанные секунды все трое нырнули в спасительную завесу тумана. Туман сильно искажал звуки, и до слуха людей доносились лишь обрывки разговоров техников, наземной службы, готовивших аэростат к полету. Хотя они стояли на другой стороне взлетного поля, трем авантюристам казалось, будто те разговаривают, стоя всего в паре метров от них.

— …балласт загружен.

— …отродясь не видел такого тумана.

— …и он велел поговорить с первым помощником. А я ему отвечаю, что если первому помощнику нужно, то пусть сам поговорит со мной.