Нерешенная задача - Елена Валентиновна Муравьева

кто появился ВСЛЕД за своим братом. (Я не нашла точного объяснения этому, нашла только предположение, что считалось, что тот, кто родился вторым, тот первым был зачат). Даже когда младенец выживал в результате родов, ему предстоял самый опасный (первый) год его жизни. Смертность детей до года в «высших» кругах Вены во второй половине 19 века составляла 10 % (а в бедных слоях населения до 25 %!). И даже когда ребенку исполнялся год, тоже не было никакой гарантии, что он достигнет взрослого возраста. Наибольшую опасность для детей представляли инфекционные заболевания. Большой ужас наводила на матерей дифтерия — одна из главных причин смерти маленьких детей. Дифтерия начиналась с температуры, вела к опуханию горла, затруднению дыхания и в большинстве случаев заканчивалась мучительной смертью ребенка. И только с изобретением сыворотки против дифтерии (Нобелевская премия по медицине 1901), матери вздохнули с облегчением.

Как прослеживается из корреспонденции аристократок 19 века, немало детей умирало от «детской холеры» (кишечной инфекции). Печальная реальность — смерть детей в 19 веке была частым явлением, независимо от положения семьи в обществе и толщины её кошелька.

Принято считать, что во времена, когда смерть детей была постоянным спутником, и горе могло случиться в любой момент, родители воспринимали эти удары судьбы более невозмутимо и стойко. Но источники (письма и дневники) говорят несколько другое… Смерть ребенка часто повергала мать в глубокую депрессию. Этикет строго запрещал аристократке демонстрировать свои чувства на людях, а что творилось в её сердце — об этом остается только догадываться…Записи в дневниках, и переписка с родными дают нам сейчас ценную информацию и явно говорят о том, что у многих матерей душевные раны были очень глубокими. Иные матери долго не могли оправиться от тяжелой утраты, это накладывало отпечаток на её отношения с остальными детьми, а также могло привести к отчуждению в отношениях с мужем. Анни готовилась стать медиком. Да, она окончила медицинский факультет Будапешского университета, но это еще не значит стать медиком. Но знала она о человеческом организме больше, чем простой смертный. Почему врачей часто судят и считают перестраховщиками? А это данность профессии. Они знают о болезнях больше, они и видят их чаще, поэтому перестраховываются уже чисто автоматически.

О, дева, Мария! По подсчетам, Анни родить должна была через две недели, и она стала бояться. Раньше, занимаясь больными в своей больнице, и затуманенная проблемами день ото дня, она не успевала подумать о возможно плохом исходе родов. А сейчас, когда кругом сновали врачи, и то и дело осматривали, мерили, проверяли, брали анализы, да и сама пациентка ничем не занималась, время стало тянутся медленно и утопичные мысли приходили в голову непроизвольно. Рядом был супруг, о котором можно только мечтать! Он растворился в ней. Он ей заменил и отца, и мать, и самого заботливого и галантного любовника. Конечно же, он был умудрен жизнью, рационален и продуман во всем. Ему порекомендовали еще на самых ранних месяцах беременности хранить воздержание, а на последних, вообще забыть о интимной жизни, и как самый послушный ученик граф соблюдал все требования. Как он называл свою молодую супругу «Светлячок». Ему доставляло наслаждение просто находиться рядом — вглядываться в её лучистые огромные глаза, проводить с ней вечера у камина с бокалом вина. Помогать ей разбирать с помощью своего мужского логического ума и житейского опыта возникающие затруднения в обыденной жизни, легкой печалью касаться воспоминаний о своей первой жене, так как Анни типаж человека был таким же. А главное, в его возрасте, пробудиться в надежде на большое и яркое будущее, снова начать строить планы и даже мечтать о чем-то! Однажды, вот так и было, присев у камина и облокотившись на его ноги, накрытые небрежно пледом, она и спросила его:

— Какая у него мечта в жизни?. Граф так был озадачен. А задумавшись, не смог и ответить сразу. Он, в суете, в постоянной работе и заботе о своем бизнесе, в проблемах с сыном — перестал просто думать об этом! А поэтому, только чуть усмехнувшись ответил:

— Светлячок. Ты забываешь сколько мне лет. Какие мечты? Мечты люди себе определяют в юности, а потом всю жизнь работают над их воплощением.

— А у тебя же была мечта в молодости?

— Конечно. Я родился в состоятельной семье, но все время хотел построить бизнес по-своему, как его вижу я. Отделиться от отца, иметь свою команду, с которой тебе комфортно и с которой ты куда-то все время движешься.

— И все!

— Для тебя это мало?

— Нет! Я в том смысле, только это или еще что-то хотелось?

— Ну, Анни, ты знаешь. Одна моя мечта исполнилась. Только она потом перестала быть мечтой. Как только у меня появился свой бизнес, начались самые трудные времена — вечная гонка, чтобы сохранить этот бизнес, расширить, приумножить, а затем, чтобы конкурировать с другими и каждый день как первый раз, новости, новости, непредвиденные обстоятельства, трудности, срывы, расторжение контрактов, нарушение договоренностей, обман и поиск, не останавливаемый ни на минуту новых заказчиков, новых возможностей и новый вариантов. А вторая мечта, как бы взяла и посмеялась мне в лицо. Ты же моего Томаса знаешь? И чья здесь вина? Может моя? Может жены, а может это просто карма? Тогда её нужно отработать! Но…но я не знаю как! Я не знаю, что сделать, чтобы он стал лучше?

Анни похлопала его по коленке. Она не хотела, чтобы он думал о грустном.

— Ну, ну, не надо. Ты просто не думай об этом. Вот смотри на огонь, он так умиротворяет!

— А если на огонь смотришь раздраженным, то он вовлекает просто в агрессию

— Вот, твоя карма, возможно, дает тебе второй шанс, ты не думал об этом. Из всего есть выход и все не навсегда!

— Да, светлячок. Этому малышу или малышке, я буду уделять все свое внимание! И это замечательно. Я где-то читал, что родители в возрасте рождают очень одаренных детей. Они, как бы передают им всю свою жизнью накопленную мудрость и знания, на генетическом уровне, а в молодости родители еще сами как дети, они более эгоистичны, больше думают о своих удобствах, в таком возрасте как я, мы уже думаем только о ком-то. Мы знаем, что выспимся, выспимся хорошо уже только в гробу!

Анни рассмеялась. Положила