Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

Агарья, отдав сапожки, метнула на Лариссу ревнивый взгляд. Ее терзали мрачные мысли. Ловкая Ларисса и дочь пристроила в госпожи, и сама поднялась из рабов в старшую над ними. Еще орк заявил, что они из рабов одного господина сделались рабами другого. А какая разница? Раб, он и есть раб. Ночью Агарья пробралась к часовым. Этих мужчин, бывших вольных охотников, она знала давно. Лечила их, они помогали ей со сбором трав на пастбищах.

— Агарья, ты чего не спишь? — негромко спросил бородатый и довольно крепкий еще мужичок. Он с напарником сидел в секрете лагах в пятидесяти от лагеря.

— Поговорить пришла. Вы знаете, что мы снова рабы?

— Рабы? Как рабы? — удивился бородатый и переглянулся с напарником.

— А вот так. Этот худосочный орк так и сказал, мы, мол, не свободные люди, а рабы какого-то графа, а Ларисса наша надсмотрщица.

— И что теперь делать? — спросил бородатый.

— Бежать надо! — прошептал второй.

— Куда бежать, Сутулый? У нас нет денег. Что скажем на границе? Нас арестуют как бродяг и сошлют на каторгу. Я знаю пограничников, за премию они нас продадут чиновнику, — горячо зашептала Агарья.

Оба часовых внимательно посмотрели на женщину, в темноте ее глаза казались черными, как сама ночь.

— У меня есть план, — произнесла заговорщически Агарья. — Надо дождаться удобного момента, когда орк будет отсутствовать, поговорим с остальными, кому можем доверять. Убьем эльфарку и недоноска, заберем их золото. Лариссу тоже придется кончить. С деньгами мы сойдем за купеческий караван. Проберемся в империю и разбежимся.

— Хороший план, — согласился бородатый. — Я поговорю еще с двумя ребятами. Нас четверых вполне хватит осуществить твой план. Остальные не рыпнутся.

— А чего разбегаться? — проговорил Сутулый. — И убивать не стоит. Мы их лучше продадим как рабов и заработаем еще. Даже лучше сделаем, всех, кто не с нами, превратим в рабов и продадим.

— Согласен! Ты, Сутулый, голова. Хорошо предложил.

Агарья следила за орком, он был странным, непохожим на других. Худой, внешне слабый. Не воин, не шаман, не пойми кто. С таким проблем не будет, решила она. Проблемы может доставить малыш. Но она подсыплет ему травки сонной. Спящего и спеленают. С девкой снежной тоже проблем не будет, дура дурой. Она видела, что орк постоянно поглядывает в небо, Агарья тоже заметила орла, и, когда караван сменил направление, поняла, что час освобождения близок.

Она залезла в повозку к бородатому:

— Репей, мы идем на дневную стоянку. Орк, скорее всего, уйдет на разведку, вот тогда и начнем. После ужина.

— Понял. Не сумлевайся, Агарья, сделаем все чисто. Ребята согласны. Только, — он кинул взгляд на женщину, — они хотят половину добычи.

— Скажи им, что я согласна.

Орк, как и ожидала Агарья, поговорил с Лариссой и скрылся. Костры развели в ямах и готовили кулеш из трав. Агарья подсыпала в котел, в котором готовился взвар, сон-травы и стала ждать. Она и четверо ее вооруженных сообщников взвар пить не стали, а вот бывших рабов после ужина стало клонить в сон.

Пора, решила Агарья и дала знать остальным заговорщикам.

Сутулый и Репей подошли к Лариссе.

— Вам чего, ребята? — недоуменно спросила женщина и тут же получила сильный удар ногой в грудь. Боль захлестнула ее. Она застонала и опрокинулась на спину.

— Репей, Сутулый, что происходит? — С земли стал подниматься молодой парень.

— Лежи тихо, козопас, — прошипел бородатый. — Мы себе; свободу отвоевываем.

Радзи-ил увидел, как упала мать его невесты. Он с трудом поднялся и, взяв в руки копье, направился к воинам. Голова кружилась, в глазах периодически темнело. Он пошатывался и, чтобы не упасть, опирался на копье.

— Что, глист, решил повоевать? — глумливо спросил Репей. — Ну иди сюда.

Он широко раскрыл глаза, выпустил из рук топор и опустился на колени. Постоял, недоуменно глядя перед собой, и повалился на живот. Из его спины торчал кинжал. Позади него стояла снежная эльфарка.

— Сучка! — воскликнул Сутулый. — Ты за Репья ответишь, тварь!

Он удобнее перехватил копье и стал медленно приближаться к девушке. Двое его сообщников стали обходить эльфарку с двух сторон.

— Мы не хотели тебя трогать, бледнолицая, но теперь ты удовлетворишь всех наших мужиков, и не один раз, перед тем как мы тебя продадим в рабство. — Сутулый засмеялся, показывая рот с выбитыми зубами.

Девушка презрительно поморщилась, выбросила вперед руку, и быстрый росчерк промелькнул между ней и Сутулым. Затем грудь мужчины взорвалась, и он, отброшенный в кусты, затих. Двое его сообщников замерли. Раздался свист, и третий заговорщик упал на землю лицом вниз. Из его спины торчало копье.

К четвертому подскочила Агарья и с размаха воткнула кинжал в спину. Тот оглянулся и прошептал:

— Агарья! Как же… так?

Второй удар в шею заставил его замолчать. Он выронил копье и, схватившись руками за рану, повалился навзничь.

К Агарье подошла, держась за грудь, Ларисса.

— Спасибо, Агарья, — с трудом проговорила она. — Я запомню, что ты для нас сделала.

Агарья убрала кинжал и молча кивнула.

ГЛАВА 8

Инферно, верхний слой. Астрал.

Шиза стала каждый день выходить на охоту. Но теперь она не передвигалась по слоям астрала, а искала на поверхности планеты хищников и дичь. В этих местах шла жестокая борьба за выживание. Схватки происходили каждый день десятками, и, побродив по первому слою, они с малышами всегда находили себе еду, с радостью поглощая духовные сущности мутантов, убитых во взаимной борьбе за пищу и жизнь. Сил при этом тратили много, так как приходилось далеко уходить от пещеры, но и голодными они не оставались.

Шиза заметила, что стала рассеянной. Выходя из пещеры, она останавливалась и просто смотрела на поверхность планеты, забыв, зачем вышла. Потом, собравшись с мыслями, вспоминала, что заставило ее покинуть убежище. Малыши просто стояли рядом. Они становились более равнодушными и апатичными, вопросов задавали меньше и, когда приходили в убежище, впадали в спячку.

Сегодня Шиза, также как и обычно, вышла из пещеры. Она не выспалась, болела голова. Малыши хныкали и сказали, что есть не хотят и пусть тетя идет одна. Шиза недовольно осмотрелась, к ней подступало раздражение. Вблизи убежища не было мутантов, и ей придется уходить в глубь пустыни. Голову прострелила боль. Может, это все от той пищи, что она употребляла в последнее время, духи мутантов — это не то что сладкие астральные духи. Она еще раз оглядела пространство и решила подняться на второй слой, попробовать поймать вампира.

Шиза поднялась на второй слой и, создав облачко, скрылась в нем. Такие облачка были обычным пейзажем этого слоя. Они не являлись местом убежища астральных духов, а вот ее облачко, внешне совершенно обычное, было обманным. Но отличить его от остальных было невозможно.

Шиза провела в засаде почти полдня, и после обеда ей улыбнулась удача. Прямо на нее плыл слабый астральный дух. Он был очень осторожным, часто останавливался и замирал. Его возмущения в астрале были почти не заметны. Шиза мелко задрожала в охотничьем азарте, словно собака, почуявшая дичь и замершая в стойке. Она уже хотела напасть, как более сильное возмущение коснулось ее органов чувств. Но астральный вампир был слишком молод, чтобы почувствовать изменение в астрале. Он продолжал тихо двигаться в ее сторону. Шиза тоже не проявляла активности. Она выжидала.

Вскоре случилось то, что и должно было случиться. На вампира упал с верхнего слоя большой паук. Он опутал духа сетью, сковав его движения, и, притянув к себе лапами, сладострастно впился в его мерцающую плоть.

Шиза изучала незнакомое ей существо. Она не могла его классифицировать и не решалась напасть. Но голод манил ее и звал на бой. Наконец она не выдержала и, создав свою сеть наподобие той, что выстрелил паук, швырнула ее на обоих существ. Сеть сжалась по ее команде, а сама она, отрастив еще пару рук, обхватила жрущее чудище и стала отрывать от него зубами огромные куски.