Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

— А ещё коробочки с дождевыми червями и короедами, — дополнил низенький очкастый парнишка. — И, главное, подсачники…

«Школьный класс — в полном составе — припёрся на рыбалку», — загрустила Исида. — «Сейчас начнётся самое натуральное шумовое светопреставление. Шум, гам, хиханьки да хаханьки. Как в такой легкомысленной обстановке можно вершить серьёзные дела? С трудом, понятное дело…. Остальные пять авто? На них, скорее всего, прибыли особо любящие и мнительные родители. Дабы, на всякий пожарный случай, неустанно присматривать за обожаемыми чадами. Кстати, может, и искомые фигуранты уже подъехали? Прибыли, да и затерялись в общей куче…»

Дети, оперативно разобрав удочки и прочие рыболовные снасти, направились — под предводительством усатого шофёра — к речному омуту. К мосту стали подтягиваться взрослые.

— Привет, красотка! — масляно щурясь, вальяжно поздоровался пузан средних лет, на голове которого красовался классически-белоснежный колониальный шлем. — Может, отведёшь меня к водопаду? Покажешь — что почём? За ценой не постою…

— Проходи мимо, индюк престарелый, — находясь в образе «суровой и гордой девушки», презрительно процедила Исидора. — Пока в глаз не получил. Ну, кому сказано? Брысь! — добавила для пущего эффекта парочку тематических фраз по-испански.

Толстячок, расстроено вобрав голову — вместе с белоснежным колониальным шлемом — в жирные плечи, благоразумно ретировался.

К мосту браво подкатил и, резко затормозив, остановился старенький, видавший виды «Хаммер — H1». Из машины вылезли четверо: два щуплых черноволосых паренька ростом в пределах метра шестидесяти пяти сантиметров, и две блондинки — высокие, статные, широкоплечие.

«Опять не те. Извращенцы какие-то, на этот раз, пожаловали», — огорчился непосредственный внутренний голос. — «Хотя, как говорится, возможны варианты…. Помнишь, Исидушка, что прошлой ночью говорил русский старец Амвросий? Мол: — „Плохо, когда приметная внешность беглецов известна полиции. Будем, ребятушки, гримироваться….“. Похоже, что именно это они и сделали. То бишь, загримировались. Неплохо, надо признать, получилось. По высшему разряду…. Так, теперь предстоит выяснить — кто есть кто. Широкоплечие девицы нам ни к чему, с ними, как раз, всё ясно-понятно. Два низкорослых парнишки. Слегка похожи друг на друга, да и одеты практически одинаково. Только глаза разные: у одного — тёмно-зелёные, живые и наглые, у второго — светло-голубые, равнодушные и высокомерные…».

Молодые люди и девушки, о чём-то тихонько переговариваясь между собой, принялись восторженно глазеть на белые буруны водопада.

— Эй, пацан, — демонстративно сплёвывая под ноги, негромко окликнула Исида. — К тебе обращаюсь, зеленоглазый. Разговор есть. Отойдём-ка в сторонку…

— Ну, чего надо, деревенская красотка в модном платочке? — оказавшись на другом берегу ручья и насторожённо поглядывая по сторонам, спросил парнишка. — Пикантная расцветка у твоего платка, ничего не скажешь. Из серии: — «У меня трусы в горошек. Хороши, ох, хороши. Пристают ко мне мальчишки — покажи, да покажи…». И почему ты, типичная училка младших классов, регулярно сплёвываешь сквозь зубы? Словно бродяжка затрапезная? Типа — так презираешь весь окружающий Мир?

— Разве, Аль, тебя отче Амвросий не предупреждал, что я являюсь девицей гордой, своевольной и взбалмошной? Хочу, на мотоцикле гоняю. Хочу, летаю на мотодельтаплане. Хочу, благовоспитанную барышню-ботаника изображаю из себя. Хочу, плююсь, не спрашивая на это ни у кого разрешения.

— Предупреждал, не без этого, — согласилась Алина, после чего выдала длинную фразу на незнакомом языке.

«В очередной раз, вредина недоверчивая, пробивает на вшивость», — понятливо хмыкнул хладнокровный внутренний голос. — «Мол, девушка, выросшая в старообрядческом российском поселении, просто обязана понимать-говорить по-русски…».

— Ай-яй-яй, — неодобрительно покачала головой Исидора. — Зачем же инструкции нарушать? А? Ведь, говорено было, мол: — «Для пущей конспирации болтаем-общаемся — в ближайшее время — только на английском языке…». Было — говорено?

— Было, — слегка засмущавшись, подтвердила Аль.

— Вот, а ты, отроковица, нарушаешь. Зачем? А ещё генеральшей хочешь стать…

— Не генеральшей, а генералом. Это, как принято говорить в одном весёлом южном городе, две большие разницы. А генералам, как известно, всякие там инструкции — не указ. Они сами их составляют, утверждают, а когда захотят, то и нарушают.

— Ну-ну, — высокомерно сплюнула под ноги Исида. — Наглость голоштанная, пропитанная самоуверенностью. Ладно, проехали…. Интересуешься, значит, как я узнала, что именно ты являешься — «Алиной Наумовой»?

— Интересуюсь, ежики колючие.

— В смысле?

— Если в глубинном смысле, то ежики — колючие, кенгуру — сумчатые, а мужики — мужиковатые и мужланистые. Доходчиво объясняю? Понимающе хихикаем? Тогда, стало быть, споёмся…. Как ты узнала, что я — это я?

— По глазам.

— По цвету? — уточнила Аль.

— Очень надо…. Сугубо по их выражению. Начнём с твоей напарницы, находящейся на данный момент в мальчишеском облике. Такие глаза бывают у следователей-карьеристов. У продажных политиканов. У Окружных прокуроров, влюблённых, до щенячьего визга, в свою непростую работу…. Продолжить перечисление?

— Спасибо, достаточно.

— И я о том же толкую, — криво улыбнулась Исидора. — Теперь, юная мадмуазель Наумова, несколько слов по твоей, далеко-нескромной персоне. Взгляд — бойкий, насмешливый, беспокойный, наглый, язвительный, живой и так далее, по бесконечному списку. Именно люди с такими глазами и становятся — со временем — боевыми заслуженными генералами. Если, понятное дело, уберегутся от меткой пули, находясь, к примеру, в капитанском звании…. Ну, знакомство состоялось?

— Состоялась, уважаемая Варвара. Польщена и всё такое прочее. Надеюсь, что наше сотрудничество будет полезным и взаимовыгодным…. Кстати, а тебе, действительно, так нравится гонять на мотоцикле по австралийскому бездорожью?

— Очень нравится. А ещё больше — летать над ним на мотодельтаплане…. Ну, сели в машину и поехали? Зачем терять драгоценное время?

— Это точно, — поддержала Алина. — Поехали. Время, как известно, не ждёт…

Возле «Хаммера» возникла-произошла лёгкая заминка.

— Я сяду за руль, — объявила Исида.

— Почему это? — заупрямилась Аль. — Ты, Варвара, девушка авторитетная. Спора нет. Но и я — не последний винтик в этой конструкции. То бишь, до сих пор являюсь официальным командиром группы.