Двойная жизнь - Олег Рой

– Так, девочка моя, слушай сюда. Нужно, чтобы ты кое-что сделала. Сядь.

Полина уселась напротив и уставилась на мать в некотором недоумении. Вообще-то они всегда неплохо ладили, ну, бывало, скандалили слегка – но не со зла, а так, понарошку, для разрядки. Но такой интонации она, пожалуй, никогда еще не слышала.

– Это из-за того инструктора? Который может оказаться… Ты хоть выяснила наконец, кто это?

– Полина! Оставь пока все это, ладно?

– Ну… ладно. Чего сделать-то надо?

– Когда все вернутся из бани, Егора и Машу позови к нам. Ну там поболтать или поиграть во что-нибудь.

– И? В смысле – долго болтать-то?

– Как можно дольше. Все остальные спать лягут, а Егора не выпускай.

– Да его-то как раз не проблема, а Машу эту… И как я узнаю, что остальные спать легли?

– Это моя печаль, твое дело – как можно дольше продержать здесь Егора. Сумеешь?

– Мах, а объяснить ты ничего не хочешь? А то, знаешь, как-то странно. Мне все-таки не пять лет, а? Ну и опять же, если я буду хоть слегка понимать происходящее, мне как-то легче будет соответствовать, тебе не кажется?

Ирен помотала головой:

– Не кажется. Более того, я абсолютно точно знаю, что нет. Чем меньше ты знаешь, тем естественнее будешь себя вести.

– Ты что, думаешь, я врать не умею?

Ирен подумала, что легче у далай-ламы интервью взять, чем с Полиной справиться. Она всегда была упрямой, а уж теперь, как почувствовала себя самостоятельной, и вовсе никакого сладу. Объясни ей, видите ли! У нее ж на лице все написано, этот чертов Виктор не полный идиот, наверняка что-нибудь заподозрит.

– Полли! – Ирен сжала ее руки.

– Эй, ты чего? Больно ведь! Ну вот, теперь синяки останутся. Мах, ты меня пугаешь, честное слово. Что происходит, а?

– Полинка, девочка моя, завтра! Завтра, клянусь, я все-все-все тебе объясню. Сейчас нельзя пока, понимаешь?

– Да ладно, чего там не понять? Сделаю. Только чем бы их тут задержать… О, может, в скрэббл зарубимся? Зря, что ли, я с собой коробку тащила?

– Отличная мысль! – Ирен вздохнула с облегчением. Скрэббл – это надолго. Полина – умница. Она поцеловала дочь и незаметно ее перекрестила. Не то чтобы Ирен была такой уж верующей, но, как говорил Нильс Бор, подкова приносит счастье независимо от того, веришь ты в это или нет. Неизвестно, следит ли за ними кто-нибудь с небес, но – хорошо бы, чтоб следил. Им сегодня никакая поддержка не помешает.

– Но ты точно утром мне расскажешь, что за кошмарики ты тут проворачиваешь?

– Честное пионерское! – Ирен вскинула ладонь в пионерском салюте. – А теперь иди в баню!

Ночной дозор: всем выйти из сумрака!

Когда окно в домике, куда заселили Егора и Виктора, наконец погасло, Ирен заглянула к себе. Полина исполнила все в лучшем виде: в скрэббл молодежь рубилась так отчаянно, что появления Ирен сперва никто и не заметил. Она немного постояла в дверях, понаблюдала за улыбками, восторженными и огорченными возгласами, блестящими глазами.

– Ой, мама! – Полина вдруг, должно быть, почувствовав ее взгляд, обернулась. – Не хочешь с нами сразиться? – Ирен покачала головой. – А то нас с Егором бьют по всем фронтам. Наша Маша – просто ходячая энциклопедия. Представляешь, поставила на две красные клетки слово «штепсель»!

– Играйте, ребята, играйте! – Ирен улыбнулась. – Я так, за ветровкой зашла, поддувает с реки, а подышать хочется, воздух такой, хоть ложкой ешь или на хлеб намазывай. А вы играйте, я вам не конкурент, у меня уже склероз. – Она помахала игрокам и вышла через холл (их с Полиной разместили не в отдельном домике, а в большом гостевом корпусе) на веранду.

Так. Где там это самое место для курения? Ага, вот. Зажигалка? Ну…

Повернувшись лицом к реке, она вытащила сигарету и исполнила номер «прикуривание при налетающем ветре»: чиркнула колесиком раз, подержала – ой, погас огонек. Еще чирк – ой, опять погас! И – третий! Ну, все. Теперь только ждать.

Рашпиль, наблюдавший за базой, толкнул локтем дремавшего рядом Гарика:

– Ты видел?

– А? Чего? – Мороз крутил башкой, спросонья не соображая, чего от него хотят, тер глаза, пытался всмотреться туда, куда показывал напарник. – Алекс появился? Где? Вот луна-то нынче лупит, никаких фонарей не нужно, хоть газеты читай. – Он коротко хохотнул.

Но Костя шутки не принял:

– Ты смотри лучше! Там сейчас тетка какая-то вроде как знак подала – три раза зажигалкой чиркнула.

– Ну и чего? Может, прикуривала, а зажигалка дохлая, гаснет от ветра. Дует же.

– Ага, конечно, дует, – буркнул Седов. – Сперва горит чуть не пять секунд, трубку можно раскурить, не то что сигарету, а потом вдруг гаснет. И так три раза.

– Ну… – Гарик потянулся, разминая затекшие мышцы. – Может, и сигнал. Известное дело, хахалю маякнула. Мол, давай приходи на сеновал, пора. Ну или не сеновал, чего тут у них еще. – Он смачно зевнул. – Слуш, давай, может, поспим, что ли. Завтра выследим. Чего ночью-то? А завтра, раз толпа отдыхальщиков уже приперлась, и он небось заявится. Пойдут на сплав, мы за ними, по бережку. На привал встанут, там мы его и накроем. Вдали от цивилизации. – Он опять покрутил башкой, пытаясь разогнать сон.

– Нет, – резко бросил Рашпиль. – Сейчас пойдем. Что-то там заваривается, чует мое сердце.

– Чует он, видите ли, – недовольно протянул Мороз. Идти куда-то там ему не хотелось совершенно. Тут, конечно, не пуховая перина, камни, ветки, сучок какой-то в бок впивается, но бродить по ночному лесу, пусть даже при ослепительно яркой луне, еще хуже, того и гляди ноги переломаешь, да и спать охота смертельно. – Куда мы? Собаки ведь…

– Какие собаки, если сегодня был заезд? – Костя даже засмеялся.

– При чем тут…

– При том, – веско сообщил Седов. – Их же подкармливали все наперебой, не столько сами лопали, сколько куски собачкам кидали. Так что псины возле летней кухни сейчас еле живые от обжорства валяются, точно тебе говорю. Сам, что ли, не помнишь? Давай поднимайся уже! Только тихо у меня!

Денис в это время как раз подходил к нужному домику. Сигнала Ирен он дожидался на берегу, чтоб не маячить пока на базе. А когда увидел тройную вспышку, присобрался, вздохнул – ну, вперед. Тенью скользнул к домику, постоял, прислушиваясь – ни звука. Только филин где-то ухает да река чуть плещет. Дверь домика отворилась послушно и бесшумно. Еще бы, лично петли смазывал.

Луна светила прямо в окно. Виктор спал, не раздеваясь, должно быть, дожидался Егора и задремал, расслабившись. Да и то, он же хоть и на «задании», но на вполне «курортном»: парочку лохов завалить (это мы с Егором – пара лохов, усмехнулся про себя Денис), никаких опасностей, одной левой. Впрочем, на столике возле кровати все-таки лежал десантный нож. Не новый, с потертой рукоятью, привычный. Ну-ну. Денис тихонько (черт его знает, этого хищника, может, он от движения воздуха просыпается) дотянулся до ножа… и вышвырнул в распахнутое окно. Интересно, а ствол у Виктора есть? Наверное, есть, на случай непредвиденных обстоятельств. Но обыск не устроишь… А, ладно, деваться некуда, нужно рисковать. Он уселся на диван напротив спящего Виктора, щелкнул выключателем настольной лампы и направил свет в угрюмое даже во сне лицо.