Обнаженное солнце (сборник) - Амброз Бирс

После небольшой паузы Даниил заметил:

— Может быть, мы сейчас пройдем в обеденный зал, коллега Элиа?

Вереница роботов внесла незнакомые Бэйли яства и напитки и расставила их на столе необъятных размеров.

— Сколько их всего в доме, Даниил? — спросил Бэйли.

— Около сотни, коллега Элиа.

— И они будут присутствовать во время еды? — поморщился он. Один из роботов стоял в углу комнаты, обратив свое блестящее лицо со светящимися красными глазами в сторону Бэйли.

— Обычно один из них всегда находится под рукой на случай надобности, — ответил Даниил. — Но если вам это не нравится, прикажите, и он немедленно удалится.

Бэйли пожал плечами — пусть остается.

В нормальных условиях еда, поданная Бэйли, показалась бы ему отменной. Но сейчас он ел механически. Он рассеянно отметил, что Даниил тоже поглощал пищу бесстрастно, но достаточно активно. Конечно, позднее он освободит от съеденной пищи специальную камеру, куда попала пища. Но пока что маскарад продолжался.

После трапезы Бэйли, следуя за Даниилом, перешел в огромный зал, который оказался спальней.

— Разве сейчас уже ночь? — спросил он.

— Да, — ответил робот.

Бэйли мрачно взглянул на огромную кровать.

— Каким образом тушится свет? — отрывисто спросил он. Изголовье постели освещено было мягким светом. Это было удобно для чтения, но Бэйли не собирался читать перед сном.

— Как только вы захотите уснуть, об этом позаботятся роботы.

— Значит, роботы будут следить за мной?

— Это их обязанность.

— О дьявол! Опять роботы! А что же соляриане делают сами? — пробурчал Бэйли. — Удивляюсь, как это роботы позволили мне самому мыться в душе.

— Если бы вы приказали, они бы все сделали за вас, — без тени юмора ответил Даниил. — Роботы никогда не противоречат желаниям человека, за исключением тех случаев, когда они вынуждены позаботиться о его собственном благополучии.

— Ну, ладно, спокойной ночи, Даниил.

— Я буду в соседней спальне, коллега Элиа. Если ночью вам понадобится что-либо…

— Я знаю, знаю. Тут же появятся роботы.

— Кнопка вызова находится на столике. Я появлюсь сию же минуту.

Сон бежал от Бэйли. Он снова и снова размышлял над всем, что с ним произошло. Этот огромный странный дом, за пределами которого притаилась гигантская пугающая пустота. Он вспомнил свое милое тесное жилище глубоко в недрах Земли. Конечно, оно располагалось не так глубоко, как жилища правителей Земли — людей, живших по классу А или Б. Но все же между ним и поверхностью Земли было множество других жилых уровней, на которых лепились жилища более бедных граждан. Существовали и первые уровни от поверхности. Правда, там жили совсем неимущие (класс Д-9 или Д-10). Арендная плата там была мизерной. Потом он подумал о Джесси, и сердце его сжалось. Кажется, он пешком бы пошагал на родную Землю. Ах, как хотелось ему домой, к ней, к сыну, в привычную обстановку, в безопасность… Безопасность!..

Глаза Бэйли раскрылись, и руки впились в спинку кровати. Безопасность!.. Этот человек, Ханнис Груэр, был главой солярианской безопасности. Что означало это слово? Если то же самое, что на Земле, то Груэр отвечал за оборону Солярии против вторжения извне и за подавление внутренних беспорядков. Почему раскрытие убийства было так важно для него? Только ли потому, что на Солярии не было полиции и Департамент Безопасности должен был непосредственно заниматься раскрытием преступлений? Груэр держался непринужденно с Бэйли. Но время от времени он бросал осторожные и, казалось, опасливые взгляды на Даниила. Почему? Бэйли получил инструкции держать глаза и уши открытыми. Очевидно, Даниил получил точно такие же инструкции. Груэр, видимо, подозревал Даниила в шпионаже. Конечно, он не опасался шпионажа со стороны Земли. Земля была слишком слабой и ничтожной планетой, чтобы всерьез принимать ее в расчет. Другое дело — Аврора — самый могущественный из миров Галактики. Почему Даниил играет роль спейсера? Его объяснения казались Бэйли неубедительными. Должны были быть более серьезные причины для маскарада. Естественно, что робот, сколь бы человекоподобен он ни был, не мог рассчитывать на хороший прием на Солярии. Поэтому робот должен изображать человека. Но разве нельзя послать с той же миссией настоящего человека? Конечно, нельзя, тут же ответил он сам себе. Ни один надменный спейсер никогда не согласился бы столь длительное время пребывать в тесном контакте с землянином. А если все это так, все же остается непонятным, почему Солярия придавала такое большое значение расследованию убийства, столь большое, что для этого она попросила Землю прислать своего представителя. И почему могущественная Аврора также проявила к этому делу такой живой интерес? Это была загадка. Ко всем прежним чувствам его — боязни открытого пространства и солнечного света, гнетущему страху перед опасностями, угрожавшими его родной планете, ответственности за выполнение сложного задания в странной и непривычной обстановке, — ко всему этому прибавилось неясное ощущение, что он попал в самую гущу какого-то непонятного ему конфликта между могущественными Внешними Мирами.

ПЕРЕД ЭЛИА БЭЙЛИ ПОЯВЛЯЕТСЯ ЖЕНЩИНА

Наконец Бэйли заснул. Он не помнил, когда именно произошел переход от бодрствования ко сну. В какой-то момент изголовье его постели осветилось. Он открыл глаза и взглянул на часы. В комнате был мягкий свет. Очевидно, на Солярии наступило утро, и роботы, управлявшие домом, решили, что Бэйли достаточно отдохнул. “Интересно, проснулся ли уже Даниил”, — подумал Бэйли и тут же усмехнулся нелепости вопроса. Даниил не мог спать. Правда, он мог подражать сну так же, как он подражал всем остальным человеческим поступкам. Может быть, он раздевался на ночь и надевал пижаму?

Как будто подслушав эти мысли, вошел Даниил.

— Доброе утро, коллега Элиа, — торжественно возвестил он. Робот был безукоризненно одет, его лицо было по-прежнему идеально безмятежным.

— Хорошо ли вы спали? — продолжал он.

— Да, — сухо ответил Бэйли, — а вы?

С этими словами он вскочил с постели и направился в ванную комнату для совершения утреннего ритуала.

— Если появятся роботы, чтобы побрить меня, отошлите их к дьяволу, — крикнул Бэйли из ванной комнаты. — Они действуют мне на нервы, даже если я их не вижу.

Во время бритья он рассматривал свое лицо, то самое лицо, которое он видел в зеркале по утрам на Земле. Хорошо бы, конечно, иметь возможность с кем-нибудь посоветоваться, рассказать о том немногом, что он успел заметить.