Фанфик Время цветущих яблонь - Серый Кот

Вряд ли министр стал бы беспокоить меня в такое время просто для разговора, так что одеваться стоило не просто в домашнюю одежду, а во что-нибудь пригодное для маленького путешествия. Немножко подумав, я уточнил для себя, "возможно, в магловском мире, хотя и не обязательно". Джинсы, майка и кожаная байкерская куртка с большим количеством металлических заклепок — достаточно универсально и неформально. Второе — важно. Уж что-что, а пристрастие Фаджа к официозу мне известно. Обойдется. Итак, что там у нашего дорогого министра случилось с утра пораньше?

— Доброе утро, сэр. Кофе? Чай?

— Нет, нет. Э-э-э... лорд Блоссом. Я очень извиняюсь за беспокойство в столь ранний час, но ситуация вынуждает меня вас потревожить...

— Что за ситуация? — Невежливо, конечно, но я не выспавшийся, а Фадж может очень долго ходить кругами.

— Вы понимаете, статут секретности никогда не был абсолютным, и от магловского правительства о нас знал, например, премьер-министр. И кроме того, человек, специально занимающийся магическим миром. Наш куратор, так сказать. Час назад он появился в министерстве и вызвал меня.

— "Появился?" Он маг?

— Нет, конечно. Магл. Но у него есть специальный амулет.

— Понятно.

— Так вот. Он потребовал срочно устроить встречу с вами и сейчас остался ждать в моем кабинете.

— Встречу конкретно со мной?

— Э-э... Он сказал, "с главным из Лордов магии". Я предполагаю, что вы...

Я хмыкнул:

— В данном случае встречаться действительно лучше мне. Что он за человек?

Фадж замялся с ответом. Похоже, этот "куратор" его слегка пугал.

— Его зовут Джон Смит, и он из каких-то служб безопасности. Собственно, больше я ничего о нем не знаю.

— Прямо так и зовут, "Джон Смит"? Думаете, это настоящее имя?

— Ну, он показывал карточку, на которой так было написано. Знаете, у маглов такие удостоверения бывают.

— Джон Смит, значит. Из безопасности. А из какой именно безопасности?

— Я не знаю. А какая бывает?

— Ладно... Пойдемте познакомимся с этим "Джоном Смитом".

Кабинет министра встретил нас полумраком задернутых штор, запахом сигар и тишиной. Мужчина неопределенного возраста в кресле у окна, казалось, дремал и не заметил нашего появления, но эта иллюзия сразу развеялась от спокойного уверенного голоса.

— Корнелиус, оставьте нас. — И как только за министром магии закрылась дверь, обратился ко мне. — Садитесь, прошу, где вам удобнее.

Забавно. Кресло для "своих посетителей" он занял. Осталось пара неудобных стульев и кресло самого министра за его столом. То есть или "выше" или "ниже". Выбирайте, но равного разговора не предполагается. Ну нет, это мы сейчас поправим.

Повинуясь моему жесту, министерское кресло, взлетев из-за массивного стола, плавно опустилось рядом с креслом "куратора", а между ними расположился журнальный столик. Приподнятая бровь гостя показала, что мое решение оказалось для него неожиданным. Что же, продолжим. Сажусь и сразу же на столике появляются две чашечки с кофе и кувшинчик сливок. Сдается, даже Мандор не сделал бы этого быстрее, но кофе, конечно, был далек от идеала.

— Прошу. Время раннее, я предполагаю, вы тоже не успели еще выпить кофе.

— Не откажусь. Хотя для меня время скорее позднее — продолжение вечера.

Я рассматриваю собеседника. Действительно, не маг, но весь увешан амулетами, причем качественными. Амулет защиты разума так и вовсе шедевр.

— Нас формально не представили, но Корнелиус назвал вас Джоном Смитом. Вам удобно использовать это имя?

— Да, вполне.

— Мое, я думаю, вы знаете.

— Да. Вы — лорд Блоссом. В прошлом Гарри Поттер. Шестнадцать лет, хотя по тому, как вы держитесь, порою кажетесь старше. Женаты. Правда, брак зарегистрирован в Америке, в Вестминстере, штат Колорадо, год назад, но по документам все чисто.

Киваю, подтверждая сведения и как бы отдавая должное его осведомленности.

— Полиция?

— Контрразведка. Думаю, детали сейчас не важны.

— Важны ли детали, зависит от темы разговора и ваших полномочий.

— Полномочия у меня достаточны, а тема очевидна — происходящее в магическом мире. Неспособность министерства магии сохранить со своей стороны статут секретности.

— Насколько я понимаю, статут и раньше поддерживался с двух сторон.

— Разумеется. Не по доброте душевной, разумеется. И даже не из-за равновесия сил, которого никогда не было. Но из-за равновесия проблем. В смысле, что каждая из сторон может доставить другой очень много неприятностей. Статут секретности был наилучшим решением.

— В этом плане и сейчас ничего не изменилось, статут секретности не так уж сложно сохранить, но, на мой взгляд, этого не требуется.

— Вот как. Интересно. Вы не могли бы уточнить подробнее? Ведь, насколько мне известно, служба министерства магии больше не может стирать память свидетелям.

— Но и увидеть эти свидетели мало что могут. Никто больше не творит заклинаний с помощью волшебных палочек, искр и прочих спецэффектов. А если кто-то выйдет на площадь и начнет кричать, что он маг...

— То быстро окажется в палате с мягкими стенами. Понимаю. Но есть ведь еще зелья и различные артефакты.

— У вас тоже есть зелья и артефакты, — улыбнулся я. — "Новый наркотик" или что-то вроде того.

— Есть. Почему я и говорю о равновесии проблем. Кстати, вы в курсе, что "отдел тайн" министерства вчера в полном составе разбежался, прихватив значительную часть артефактов?

— Нет. Я не сотрудник министерства, меня в известность не ставят.

— И может быть, зря. Будет вспышка криминала. Ваш аврорат более недееспособен.

— Будет, конечно. Но думаю, вы с ней справитесь. В ключевых местах, вроде выхода из "Дырявого котла", несложно установить посты полиции. Да и что касается авроров... Вам разве сложно отправить их на какие-нибудь ускоренные курсы переподготовки полицейских?

— Вы правы, такой криминал нас не слишком волнует. Но, как я уже сказал, есть бывшие сотрудники отдела тайн с неизвестно какими артефактами. И есть еще результаты всяких сомнительных исследований, проведенных в прежние годы. Например, вам что-нибудь известно о "вирусе домовика"?

— Абсолютно ничего. А есть такой вирус?

— Вот и Дамблдор лет пять назад уверял, что это миф. Тогда как нам точно известно, что такие исследования были и закончились успешно. Вот только в чем состоял этот успех...

— Насколько я понимаю ситуацию, в арсеналах мировых держав накоплено уже столько биологического оружия и вирусов в частности, что одним больше, одним меньше...

— Это так. Но мы не знаем, чего следует ожидать от магического вируса. И есть опасение, что если маги перестанут видеть перед собой перспективы...

— Возмездие мертвой руки?

— Да. Или просто истерика. Знаете, когда меняется мир, цепляются за что-то древнее и неизменное. Например, за Лордов магии. Тем более, что ваши силы от потери палочек не пострадали?

— И чего вы хотите?

— Нам бы хотелось, чтобы Лорды магии стали точкой стабильности магического мира. Флагом надежды, которая удерживает от крайних поступков. А еще, если что-нибудь непонятное все же вырвется на свободу, хотелось бы помощи по крайней мере в понимании происходящего.

— Надежда обычно больше зависит не от флагов, а от реальных бытовых удобств и наличия денег в кошельке.

— Этот вопрос как раз решаемый. Магов не так много, так что, даже не изменяя бюджет официально, можно многое сделать. Но мне сейчас хотелось бы понять интересы новых Лордов магии. Фактически прежний договор между магами и обычными людьми держался на авторитете Дамблдора. Он... достаточно наглядно нам объяснил, что Лорды магии являются силой другого порядка, чем обычные волшебники. И мы были вынуждены с этим считаться. А сейчас мы узнаем, что он проиграл новому поколению...

— И вас интересует, какую позицию мы займем.

— Да.

— Скажу так: в отличие от Дамблдора нам не интересно прямое управление магическим миром. Поэтому мы поддержим курс на интеграцию. И будем наблюдать, чтобы в этой интеграции не возникло перегибов.

— Мне известно, что один из Лордов магии сейчас устанавливает контроль над оборотнями и вампирами. Мы благодарны ему за эту работу. Те и другие могли доставить нам много неприятностей.

— Мы уже определились, что экстремизм не нужен ни одной стороне. Но меня беспокоит вопрос обеспечения безопасности магов и магических существ от различных сомнительных научных экспериментов и тому подобного.

— Это условие будет трудно выполнить. Но мы постараемся, поскольку сами не заинтересованы в дестабилизации сложившегося в мире равновесия сил. К сожалению, статут секретности никогда не был абсолютным и некоторые эксперименты в военных лабораториях проводились всегда.

— Было бы хорошо их либо свернуть, или же перевести в официальный статус под контролем министерства магии.

— Ваши условия мне понятны. То есть во время угасания магии вы не возражаете против включения остатков магического мира в мир обычных людей.