Между тьмой и пламенем. Часть 2 (СИ) - Элевская Лина

– Вы же не можете… – все-таки не выдержал министр экономики.

Даскалиар круто повернулся к нему и улыбнулся – ледяной, пугающей улыбкой. В расширившихся алых зрачках словно плеснуло черное пламя.

От совсем, казалось бы, молодого вампира неожиданно повеяло могильной жутью.

– Я отдал все распоряжения касательно основных дел моим заместителям, – холодно бросил Даскалиар. – От них и Совета требуется лишь одно – в мое отсутствие поддерживать порядок, наведенный, позволю напомнить, усилиями вашего императора, который счел необходимым объезд других территорий империи. Эта задача не так уж сложна. Не хотите ли вы сказать, что я не могу положиться на Совет, что вам нельзя доверять? Вы ведь тоже в него входите, лорд Энгерс! И напоследок скажите еще вот что: не кажется ли вам, что оспаривать решения императора – слишком смелый ход… и весьма неблагоразумный?

Побелев как мел, человек поспешил сделать несколько шагов назад, поклониться, пробормотать извинения и от греха подальше спрятаться за спины коллег.

– Я выезжаю завтра в провинции, которые тоже требуют моего внимания, начиная с Равэна. Вы можете ожидать моего возвращения через две недели, – подытожил Даскалиар и, чеканя шаг, вышел вон из зала. За ним последовал отвечавший теперь за его охрану капитан Нихтаэт. Может, молодой император никому и не доверял... но он помнил о чужих заслугах.

Дед был вне себя от ярости, но Даскалиар вплоть до самого отъезда умело избегал выволочек, не давая главе рода даже шанса поговорить с ним без свидетелей. А подрывать авторитет императора, споря с ним на виду у его двора, старый вампир не рисковал. Он еще не утратил надежду склонить внука, оказавшегося вдруг не в меру строптивым, на свою сторону – тем более что тот отправлялся в родовое поместье…

Однако родовое поместье молодой император покинул в первую же ночь после прибытия – тайно, незаметно, окружив сопровождавшую его элитную гвардию сложным щитом и выкрав из тайной библиотеки несколько томов по черной магии. Правда, их пропажу так и не обнаружили...

Отследить его перемещение тоже не удалось. После портала они двинулись тайными тропами, по которым ходили разве только охотники да олени, затем снова перенеслись. Маршрут Даскалиар продумал тщательно – не столько из опасений, сколько из чисто юношеского желания всем насолить, удрав из-под опеки. А магии у него теперь хватало и не на такие фокусы.

И наконец, среди лесных просторов, вдали от вечно серой столицы, дворцов и родовых имений, пропитанных дурными воспоминаниями, ему стало легче. Он впервые со дня смерти отца проспал всю ночь – без кошмаров, возвращавшихся из прошлого.

В Лестес Даскалиар прибыл совершенно официально – вызвать панику своим исчезновением он не хотел. Его визиту к лорду провинции даже предшествовало написанное и отправленное с помощью магического вестника письмо.

Вот так, наведя порядок в столице, Даскалиар Дариэт отправился на юг, чтобы, во-первых, лично взглянуть на южные рубежи, изрядно пострадавшие за последние годы от рук огненных, во-вторых, кардинально сменить обстановку, в-третьих, попытаться навести там хотя бы подобие порядка. Все-таки главная житница империи...

Гвардию он взял с собой больше для подстраховки и соответствия своему статусу, потому что до тех пор, пока в нем плещется черная магия чужих жизней… он практически неуязвим.

***

Привычно удрав из детской под тихий храп няни, леди Анджелис замерла в тени неглубокой ниши.

Сегодня здесь дежурил только один лакей. Рано или поздно ему захочется в туалет, и тогда будет шанс выбраться отсюда… а на обратном пути она отвлечет его внимание и снова проскользнет мимо. Анджелис сжала в кармане пару камешков, прихваченных в саду. Звон разбитой вазы непременно заставит лакея ненадолго покинуть пост и посмотреть, кто безобразничает в коридоре...

Нынешняя игра была ей совсем не по вкусу. Мать, похоже, и впрямь забыла, что ей скоро тринадцать! Сколько можно делать из нее ребенка?

Анджелис была твердо намерена повидать отца, может, даже пожаловаться ему на то, что мать фактически держит ее в четырех стенах. Но главное – увидеть его. Она скучала по нему – и очень, очень тревожилась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С того памятного приема прошла неделя. Но, вопреки словам матери, новую комнату ей так и не дали. Она по-прежнему оставалась в детской и, хотя регулярно поднималась в башню, ничего нового пока не увидела.

Ее деятельной натуре претило это дурацкое домашнее заключение! Анджи теперь поражалась тому, как Инерис вообще выдерживала подобные наказания, в ее-то возрасте!

Вспомнив о сестре, с трудом подавила прерывистый вздох, сердито напомнив себе о том, что надо верить в ее возвращение.

А пока…

Мать немного просчиталась – всячески ограждала ее от тревожных новостей, но даже не подумала, что на приеме их непременно будут обсуждать. Леди Анджелис примерно знала, где находится сейчас отец – в тот вечер кто-то обмолвился о том, что князя Ламиэ разместили неподалеку от целительской.

Туда-то девочка и направилась, на всякий случай прячась в тенях.

Прогулка по ночному замку изрядно щекотала нервы – совсем как тогда, когда она принесла Инерис шоколад…

Смахнула с глаз выступившие-таки слезы – как хотелось, чтобы сестра сейчас была здесь, и это было их очередной общей шалостью! Пусть бы даже потом опять от няни влетело...

Успокоившись, Анджи двинулась дальше, к нужному коридору.

Из-под одной из дверей лился тусклый свет.

Возможно, отцу свечу оставили?

Решив подобраться поближе и послушать, Анджи, затаив дыхание, бесшумно прокралась вперед – и едва не заорала, столкнувшись в коридоре с кем-то, кого она приняла за вытянутую чернильную тень.

Черное одеяние, длинные черные волосы, обращенное к ней бледное лицо.

Она закусила губу, жалко попятившись, понимая, что угодила в ОЧЕНЬ большие неприятности.

Придворный маг, лорд Дэтре. С… зеркалом в руках?!

Кэллиэн пребывал в некотором напряжении. Миновали сутки. Тельс не вернулся, прислал сообщение о том, что занят со срочным пациентом. Назначил ответственного за князя, поэтому явившемуся сегодня эльфу был дан от ворот поворот. Зеркало, установленное в кабинете королевы, тоже пока ничего не дало. Словом, ничто не помешало магу закончить еще один артефакт.

Но ситуация с Тельсом его тревожила чем дальше, тем больше.

Он как раз прикидывал, куда будет лучше его повесить – в саму комнату или таки в коридор (а не вызовет ли это лишних расспросов?!), как вдруг ему в спину кто-то врезался. Тихо пискнул, увидев его, попятился… и маг с удивлением и не без тревоги узнал юную леди Анджелис Ламиэ.

И что ей могло вдруг здесь понадобиться?

Они уставились друг на друга, в обоюдном молчании, полные одновременно подозрений и опасений.

– Леди Ламиэ, – поклонился Кэллиэн, решив избрать пока нейтральную манеру общения.

Анджелис владела собой куда хуже Инерис. Вздрогнула, побледнела, глаза испуганно расширились…

– Что вы здесь делаете? В столь поздний час? Почему не пришли днем?

Несмотря на испуг, на полудетском лице появляется невеселая улыбка.

– Потому что мне не положено знать, что отцу плохо. Но я не могу больше сидеть на месте. Я соскучилась по нему и боюсь, что он тяжело болен, – несчастным тоном отозвалась она, не пряча взгляда серых глаз, который сделался умоляющим.

Кэллиэн удивился еще больше. Он задумывался, конечно, о том, почему младшая дочь ни разу не приходила… Но неужели от нее скрывали истинное положение дел? Зачем?

– Неужели вам не говорили о том, что князь серьезно нездоров?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Анджи покачала головой.

– Мать считает, что меня следует ограждать от потрясений.

Ему мерещится горькая ирония в тихом шепоте?

– Но я не слепа и не глупа. Я поняла, что, раз княжеское кольцо у нее, значит, отцу совсем плохо, – тяжелый, прерывистый вздох. – Она вообще ничего не говорит о нем, даже когда спрашиваю, и няня также. Не знаю, приходит ли… надеюсь, что да.