Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор. - Джон Фуллер

В период с 5 августа по 22 сентября было мало серьезных боев. Немцы отступали методически. Ежедневно они отходили в среднем от полутора до трех с половиной миль, в зависимости от местоположения. По—видимому, немцев мало тревожили войска, разве только партизанские отряды. Вследствие этого у немцев было вполне достаточно времени, чтобы оставить позади себя «выжженную» территорию. Они испытывали большие трудности из—за недостатка подвижных частей, который объяснялся не только их потерями в курском сражении, но и событиями в Сицилии и угрозой вторжений в Италию и Южную Францию. Русские не могли быстро преследовать немцев, вероятно из—за трудностей снабжения.

К концу сентября немцы отошли на линию Днепра и на укрепленный рубеж, который они возвели от Запорожья на юг. Рубеж проходил восточнее Мелитополя до Азовского моря. Хотя немцы называли Днепр своей «зимней линией», у русских не было никакого желания позволить немцам остановиться на зиму на этой реке. Теперь, когда их противник отступал, они не собирались давать ему передышки. Поэтому, вместо того чтобы остановиться на отдых и перегруппировать силы, они продолжали наступать. 7 октября русские объявили, что общее наступление развивается на всем фронте. На севере на реке Волхов, которая соединяет озера Ильмень и Ладогу, русские взяли Кириши. А на Белорусском фронте, который немцы называли фронтом «Фатерланд».

11 октября были заняты Невель, а также Гомель. Но главный удар нанесли южнее этого участка войска фронтов Рокоссовского, Ватутина и Конева. 5 и 6 октября Рокоссовский форсировал Днепр севернее Киева между реками Тетерев и Припять. Ватутин пересек реку у Переяслава, а Конев — в нескольких милях к юго—востоку от Кременчуга.

Наведение мостов через эту великую реку генерал Мартел описывает следующим образом:

«Большинство мостов, которые сооружались на Днепре, были на сваях или козлах. Материалом служили деревья, срубленные на месте. Русские саперы чрезвычайно искусны в этой работе. Обычно на берег реки прибывала группа людей с топорами. Конечно, саперы пользовались и другими инструментами, но казалось, что почти все делалось одним топором. Несколько офицеров и сержантов на лодках измеряли глубину реки и составляли грубые схемы ее профиля. Kaрандаши затачивались тем же самым топором. Затем вся группа рассыпалась по лесу, и очень скоро свежесрубленные деревья превращались в весьма практичные козлы и сваи для мостовых опор. В среднем для постройки одного такого моста требовалось 4 дня. Мост выдерживал десятитонный грузовик. Ширина реки равнялась примерно 1500 футам. Для танков строились специальные мосты. Сооружение мостов через эту реку было настоящим подвигом».[365]

В то время как в центре развивались эти операции, Толбухин начал наступление на укрепленный рубеж севернее и южнее Мелитополя. Вслед за этим немцы нанесли танковый контрудар со своего плацдарма у Запорожья. Контрудар был отбит войсками фронта Малиновского, которые после трех дней ожесточенных боев взяли Запорожье штурмом. Одновременно войска Толбухина прорвали первую оборонительную полосу укрепленного рубежа немцев и достигли окраины Мелитополя, однако не смогли овладеть самим городом. Но к этому времени действия в излучине Днепра стали быстро сказываться на обстановке к югу от излучины. 17 октября Конев, продвинувшись к югу от своего плацдарма в районе Кременчуга, начал наступление на Кривой Рог. К 21 октября он приблизился на расстояние 20 миль к городу. Через два дня Манштейн покинул Мелитополь, чтобы не остаться в узком выступе, который непрерывно сужался. Еще через два дня Малиновский взял Днепропетровск. 2 ноября наступающие войска Малиновского вступили в Каховку, менее 50 миль к востоку от Херсона. Это ставило немцев, находившихся в Крыму, в критическое положение, так как их единственный путь отступления проходил через Перекоп, Херсон. Наступательные действия фронтов Конева, Малиновского и Толбухина, которые теперь именовались 2–м, 3–м и 4–м Украинскими фронтами, ставили немцев в излучине Днепра в такое же положение, в котором оказалась 6–я немецкая армия под Сталинградом. Поэтому, для того чтобы удержать единственную оставшуюся железную дорогу Запорожье — Апостолово — Николаев, Манштейн, командовавший тогда вновь созданной 6–й немецкой армией, расположенной в излучине Днепра, предпринял совместно с 4–й танковой армией фон Клейста сильное контрнаступление против русских в районе Кривого Рога. Русские были отброшены, как раз когда они собирались штурмовать Кривой Рог. Задержанный в Излучине Днепра 1–й Украинский фронт Ватутина подошел к окраинам Киева и 4 ноября начал штурм города. Немцы оставили город, и 6 ноября Киев был занят русскими войсками. На следующий день Ватутин взял Фастов спустя еще 5 дней — Житомир и, наконец, 17 ноября — Коростень и Овруч. Два последних пункта расположены на весьма важной железной дороге Ленинград—Одесса.

Чтобы стабилизировать положение, немцы приступили к переброске нескольких танковых и моторизованных дивизий с криворожского участка на север через Винницу с целью остановить Ватутина. 12 ноября, в день, когда русские заняли Житомир, фон Манштейн, сосредоточив 6 танковых и 6 пехотных дивизий — всего около 150 тыс. человек, нанес удар в направлении Фастов, Житомир и Коростень.[366]

19 ноября Манштейн снова занял Житомир, а на следующий день — Коростень. К декабрю фон Манштейн выбил русских из Радомышля, что в 20 милях южнее Малина, и отбросил их назад по направлению к Фастову.

К этому времени установилась зимняя погода. По условиям климата летняя и осенняя кампании закончились, но тактически в действиях не было никакой паузы.

Замечательные успехи русских в 1943 г. в сочетании с разгромом Италии, с падением морального духа армии и населения стран—сателлитов, с ростом сопротивления в оккупированных государствах, с сокращением активности подводных лодок в Атлантике[367] и более всего со все возрастающей угрозой вторжения союзников в Западную Европу наглядно убедили, что война на Западе вступает в свой последний этап. Следовательно, нет ничего удивительного в том, что в конце 1943 г. состоялся ряд важных конференций союзников с целью обсудить вопросы будущего.[368] Удивительно, что к тому времени, когда они закончились, все то, за что до сих пор сражались западные союзные державы, за исключением искоренения гитлеризма, было зачеркнуто. Атлантическая хартия была выброшена за борт, Польша и балтийские государства брошены на произвол судьбы, и ворота Восточной Европы открылись для русских. Символическим для последней уступки было то, что 29 ноября в Тегеране Черчилль под звуки гимна Советского Союза преподнес маршалу Сталину почетный меч.

Хотя политические последствия этой безоговорочной капитуляции Соединенных Штатов и Англии перед Россией нас здесь не касаются, однако ее стратегические последствия имеют прямое отношение к нашей теме. С того времени военная цель Советов быстро расширилась: они думали уже не только о разгроме Германии, но и о завоевании Восточной Европы, стратегическим ключом которой является Вена, а не Берлин. Поэтому русские первым долгом нацелили свою зимнюю кампанию в юго—западном направлении не только для того, чтобы освободить Украину, но и с целью захватить трамплин, с которого можно было вторгнуться на Балканы и открыть дорогу в Вену. Помня об этой цели, ибо она оказала огромное влияние на все последующие военные действия, а также и на конечный исход войны, мы сначала обрисуем обстановку, сложившуюся в России, когда началась зимняя кампания.

К концу осенних боев существовали три германские группы армий, разбросанные между Балтийским и Черным морями: северная, центральная и южная. Первая состояла из 3 армий, вторая — из 4 армий и третья — из 6 армий. Группой «Север» командовал фельдмаршал Кюхлер, группой» Центр» — фельдмаршал фон Буш и группой «Юг» — фельдмаршал фон Манштейн. Фронт северной группы начинался южнее Ленинграда и доходил до района западнее Невеля. Центральная группа удерживала фронт от района западнее Невеля до района западнее Овруча и южная группа — от Овруча до Черного моря, включая Крым. Со времени потери немцами Невеля и Овруча главная железная дорога Ленинград — Одесса, связывавшая все три группы армий, оказалась блокированной. Вследствие этого между группами не было железнодорожной связи, за исключением кружного пути через Дно, Вильнюс, Сарны, Ровно, Шепетовку, Проскуров, Жмеринку, Одессу. Стратегически такое разделение представляло собой серьезную трудность.

С точки зрения обороны, северный и центральный секторы были сильнее, чем южный не только по характеру местности, но и в отношении искусственных сооружений, так как продолжительная оккупация этих районов дала немцам достаточно времени, чтобы их укрепить. Кроме того, фронты северной и центральной групп не имели выступов, а фронт южной группы армий образовывал один огромный выступ, который тянулся от района юго—восточнее Коростеня, выходил к Днепру южнее Киева и далее шел по излучине Днепра до Херсона. Поэтому независимо от политических целей существование этого выступа ясно указывало, что следующее наступление русских будет направлено против него, и в частности против его северного фланга, с целью окружить все германские войска, находящиеся в излучине Днепра, или же выбить их за Южный Буг, Днестр и Прут в Румынию и создать широкую брешь в германском фронте между болотами Припяти и Карпатами, чтобы выйти на линию Ровно, Тернополь и Черновцы.