100 великих храмов - Марина Губарева

Зодчий, создавший Кижский храм, был неподражаемым творцом форм и мотивов. Центральный объем храма образован тремя восьмериками убывающих размеров. Двадцать две крытые лемехом главы церкви ярусами уносятся в поднебесье, создавая незабываемый и уникальный, ни на что не похожий силуэт. На чешуйчатых куполах, на выступах причудливо изогнутых кровель, на ажурных крестах играют яркие пятна света и глубокие тени. Каждая деталь кажется вылепленной искусным ваятелем.

Размеры глав варьируются в разных ярусах – во втором ярусе главы чуть меньше, чем в первом, в третьем – больше, чем в первом и втором, а в четвертом главки самые маленькие. Над ними – крупная, примерно в три раза больше, центральная глава, увенчивающая все сооружение.

В 1970-е годы, в период поверхностных восторгов по поводу русского деревянного зодчества, в одночасье ставшего «модным», распространилось и прочно засело в головах убеждение, что церковь в Кижах якобы построена «без единого гвоздя». Неизвестно, кто придумал этот миф. На самом деле, в строительстве Преображенской церкви в изобилии использованы кованые железные гвозди – ими крепились фронтонные доски-причелины.

Торжественность внутренних помещений храма соответствует величию его внутреннего облика. Огромные, залитые светом притворы, просторное помещение главного храма, широкие лавки вдоль стен напоминают о том, что Преображенский храм был центром большой округи, что здесь собиралось множество народу. Ни ярких фресок, ни затейливой резьбы, ни цветных изразцов в интерьере нет. Вместо них – мощные бревенчатые стены, широкие доски половиц, массивные дверные косяки.

Как и в большинстве северных церквей, главным украшением Преображенской церкви были иконостас и «небо» – роспись потолка. Но первоначальное убранство храма погибло в годы Великой Отечественной войны. Сохранились лишь несколько икон нижнего ряда – «Зосима и Савватий Соловецкие», «Чудо Георгия о змие», «Преображение Господне».

Вторая церковь Кижского погоста, Покровская, меньше и проще Преображенской. На ее кубический основной объем поставлен восьмигранник, увенчанный девятью главами. Сооружений такого типа на Севере много, как в Карелии, так и в других областях. Отличают Покровскую церковь легкость и стройные, удлиненные пропорции. Стоящие по кругу главы образуют нарядную ажурную корону, венчающую здание.

Первоначальный иконостас Покровской церкви утрачен. Существующий иконостас при реставрации в 1956–1959 годах был собран из старинных заонежских икон XVII – начала XVIII века, в основном происходящих из деревни Тамбица.

Колокольня – самое позднее сооружение кижского ансамбля. Она построена во второй половине XIX столетия, и на ней не мог не отразиться тот упадок, который переживало в ту пору русское деревянное зодчество. При желании можно найти в ней множество внутренних несоответствий и неудач, но главное все же – это то, что мастерам удалось удивительно точно «вписать» колокольню в старинный ансамбль. Даже в это позднее время русские плотники не потеряли чувства общей меры.

Существующая деревянная ограда погоста – результат реставрации. Она была воссоздана в 1959 году по образцам сохранившейся древней ограды Ильинского погоста на Водлозере. Внушительные ворота, сторожевые башни по углам, массивные срубы подчеркивают суровость погоста, увеличивают его сходство со старинной крепостью.

Собор Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря

Затерявшийся в лесах близ Белого озера Ферапонтов монастырь был основан в 1398 году монахом московского Симонова монастыря Ферапонтом. В миру известный под именем Федор, он родился в Волоколамске в семье дворян Поскочиных. С юного возраста мечтая о монашеской жизни, он тайно ушел из дома и принял постриг в Симоновом монастыре.

Собор Рождества Богородицы

Настоятель часто давал ему разные поручения. Однажды он послал Ферапонта в дальнюю белозерскую сторону. Суровый и задумчивый Север пленил молодого монаха. Жажда пустынного уединения в тишине северных лесов охватила его. Вернувшись в Симонов монастырь, он поделился своими мыслями с монахом Кириллом – будущим Кириллом Белозерским. «Есть ли на Белом озере место, где бы можно безмолствовать иноку-» – спросил Кирилл. «Там их много», – отвечал Ферапонт. Жребий был брошен: Кирилл и Ферапонт решились уйти в пустынную сторону.

Избрав место на берегу озера Сиверского, они водрузили здесь крест и выкопали себе землянки. Прожив некоторое время с Кириллом, Ферапонт отправился на поиски уединения и поселился на берегу Бородавского озера, в месте «пространном и гладком». Вскоре сюда стали приходить другие монахи, желавшие разделить его пустынножительство. В 1409 году Ферапонт построил деревянный храм во имя Рождества Богоматери. Так возник Ферапонтов монастырь.

Известный церковный писатель Пахомий Логофет, посетивший Ферапонтово в 1461 году, писал, что монастырь «зело красен, много имуще братии работающих». На протяжении всего XV века монастырь являлся крупным духовным центром. Из его стен вышла целая плеяда известных просветителей и книжников.

Уединенность и отдаленность монастыря сделали его местопребыванием ссыльных из лиц высокого духовного звания. Первым из них был архиепископ Ростовский Иоасаф (Оболенский). В 1488 году после ссоры с Иваном III он был сослан в Ферапонтово. Иоасаф прожил в монастыре около двадцати пяти лет, проведя последние годы в совершенном безмолвии.

Спустя некоторое время после появления в Ферапонтове архиепископа Иоасафа в монастыре случился сильный пожар, во время которого юродивый по имени Галактион спас казну архиепископа. На эти чудом уцелевшие средства в 1490 году был построен собор Рождества Богородицы. Он стал второй каменной постройкой Белоозерья (после собора Кирилло-Белозерского монастыря).

Соборный храм Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря – традиционная для русских северных монастырей строгая одноглавая постройка, в которой чувствуются традиции новгородско-псковской школы каменного зодчества XV столетия. Собор очень скупо декорирован. Над храмом на широком барабане поднимается массивный колоколовидный купол с небольшой главкой в завершении. Собор окружает крытая каменная галерея, к которой с западной стороны примыкает квадратная одноярусная колокольня, крытая невысоким шатром.

Спустя двенадцать лет после строительства собора, в 1502 году, в Ферапонтово приехал известный живописец Дионисий с сыновьями – расписывать собор. «В лето 7010-е (1502) месяца августа в 6 на Преображение Господа нашего Иисуса Христа начата бысть подписывати церковь, а кончена на 2-е лето месяца 9 сентября… А писцы – Дионисий-иконник со своими чадами. О, Владыко Христе, всех царь, избави их, Господи, мук вечных», – гласит древняя надпись на северной стене собора Рождества Богородицы.

Собор Ферапонтова монастыря с фресками Дионисия давно вошел в сокровищницу отечественного и мирового искусства. Фрескам Дионисия посвящены изданные во всем мире многочисленные научные исследования, фотоальбомы, сведения о них можно найти в любом издании, посвященном древнерусской живописи.

Собор Рождества Богородицы. Фрески западного фасада

«В искусстве Дионисия, – писал М.В. Алпатов, – много одухотворенности, нравственного благородства, тонкости чувств, и это связывает его с лучшими традициями Рублева». Дионисий, как и Андрей Рублев, стремился создавать иконы, как бы излучающие свет. Но при этом «в нем есть тот элемент торжественности и пышности, который был неведом и чужд Рублеву и его современникам». Последнее неудивительно – Дионисий много работал в Московском Кремле и воспринял тот дух представительности и великолепия, который утвердился в Москве, когда великий князь стал именоваться «государем всея Руси».

Датой рождения Дионисия считают 1440 год. Продолжатель дела Андрея Рублева, гениальный живописец, которого современники называли «началохудожником», «преславным паче всех», много работал в Москве и подмосковных монастырях. В 1467–1476 годах он писал фрески и иконы в Пафнутьевом Боровском монастыре, в 1481 году расписывал Успенский собор Московского Кремля, затем работал в московском Спасо-Чигасовом монастыре и в кремлевском Воскресенском монастыре, после 1485 года писал иконы для церкви Успения Богоматери Иосифо-Волоколамского монастыря, в 1500 году – в Павло-Обнорском монастыре. В 1502 году Дионисий вместе с сыновьями Феодосием, Владимиром и Андреем создал один из самых совершенных ансамблей русского средневекового искусства – фрески собора Рождества Богородицы в Ферапонтовом монастыре. По счастливому совпадению, эти фрески – главное сохранившееся до наших дней произведение Дионисия.

В отличие от Андрея Рублева, Дионисий не был монахом. В его искусстве практически нет аскетического начала. По работам мастера можно судить, что Дионисий был человеком образованным, сведущим в русской истории, знавшим летописи и житийную литературу. В его искусстве чувствуется и влияние Византии. Живопись Дионисия отличает легкий, одухотворенный рисунок, богатство красок, умелая композиция росписи. «В искусстве Дионисия нет ничего резкого, стремительного, говорливого, неуемного, – отмечают искусствоведы Г. Бочаров и В. Выголов. – Живопись его глубоко созерцательна, наводит на раздумья, размышления, будто бы отвечая одному из положений «Послания иконописцу», сочинения второй половины XV века, приписываемого перу известного деятеля русской церкви Иосифа Волоцкого. Поклоняться иконам нужно, – говорится в нем, – ибо «созерцаем духовное ради иконного воображения… взлетает ум наш и мысль к Божественному желанию и любви». В ферапонтовских росписях как раз звучит эта внутренняя просветленность и любовь к человеку».