Приключения Кавалера и Клея - Майкл Чабон

— Конечно видел. Да, царский обед. У моей матушки. Скверная еда. Дом как печка. Такого ты пропустить не захочешь.

— У меня свидание с Розой, — сказал Джо. — Кажется, мы должны были обедать у нее дома, с ее отцом.

— Но ведь ты почти каждый вечер там обедаешь! Брось, Джо, не заставляй меня идти туда в одиночку. Я свихнусь, правда свихнусь, точно тебе говорю.

— Роза права, — отозвался Джо.

— Как обычно. Но насчет чего на сей раз?

— Тебе нужна девушка.

В вестибюле Ар-Си-Эй-билдинг было темно и прохладно. Негромкое постукивание каблуков по каменным полам и мрачная, ободряющая помпезность фресок Серта и Брангвина позволили Сэмми впервые за весь день испытать что-то вроде смутной безмятежности. Круглолицый молодой парень поджидал их у стола охранника, слегка покусывая ухоженный ноготь. Он представился как Ларри Снид, помощник продюсера Джорджа Чэндлера, и показал им, где расписаться, а также как приколоть к пиджакам таблички с пропусками.

— Мистер Чэндлер очень рад, что вы смогли заглянуть, — бросил Снид через плечо.

— Очень любезно с его стороны было нас пригласить.

— О, он уже становится большим поклонником вашей работы.

— Он читает наш комикс?

— Как Библию изучает.

Они выбрались из лифта, спустились по лестнице и прошли через холл к другой лестнице, со стенами из серого шлакобетона и железными ступеньками, затем по грязновато-белому коридору направились мимо закрытой двери студии, над которой висела горящая полоска с надписью ЭФИР, в другую студию. Там царила дымная прохлада. В одном конце большой желтой комнаты три группки небрежно одетых актеров со сценариями в руках околачивались возле троицы микрофонов. Сидя за небольшим столиком в центре помещения, к ним прислушивались двое мужчин. По всему полу валялись странички сценария, а в углах даже образовались небольшие наносы. Раздался пистолетный выстрел. Из всех, кто в тот момент был в помещении, подскочил один Сэмми. Затем он лихорадочно огляделся. Трое мужчин стояли слева среди всевозможных кухонных принадлежностей, каких-то деревяшек и металлолома. Один из них держал в руке пистолет. За неимением в комнате кондиционера все обильно потели.

— Вот умора! — воскликнул Ларри Снид, хватаясь за обтянутое шелком брюшко и крутясь на месте. — Ха-ха-ха! — Он ловко притворялся, будто умирает со смеху. Актер, произносивший свою реплику, тут же прервался, и все повернулись посмотреть. Сэмми показалось, что весь народ обрадовался передышке, не считая режиссера, который откровенно нахмурился. — Привет, ребята, простите, что пришлось вас прервать. Мистер Чэндлер, вот пара блестящих молодых парней вроде меня, которые хотят познакомиться с нашим изумительным актерским составом. Мистер Сэм Клей и мистер Джо Кавалер.

— Привет, ребята, — сказал один из мужчин за центральным столиком, поднимаясь со стула. Примерно того же возраста, в каком теперь был бы отец Сэмми, этот мужчина был высоким и утонченным, с ухоженной бородкой клинышком и в громадных черных очках, которые, на взгляд Сэмми, придавали ему вид крупного ученого. — Это мистер Кобб, наш режиссер. — Кобб кивнул. Как и Чэндлер, он был в аккуратном костюме с галстуком. — А вот эта банда голодранцев — наш актерский состав. Будьте снисходительны к их внешности — они всю неделю репетировали. — Чэндлер обвел рукой актеров у микрофонов, а затем стал устраивать каждому дистанционное помазание мгновенным тычком пальца, одновременно называя их имена и роли. — Это мисс Верна Кэй, наша Роза Сакура; Пат Моран, наш Большой Эл; и Говард Файн в роли зловредного командира Икс. А вот там я представляю вам мисс Хелен Портолу, нашу Цианиду Чертополох; Юэлла Конрада в роли Омара; Эдди Фонтейна в роли Педро; и мистера Билла Пэрриса, нашего диктора.

— Но ведь Ядовитая Колючка уже мертва, — заметил Джо.

— На радио мы ее пока еще не убили, — сказал Чэндлер. — А вот тот здоровенный симпатяга — наш Эскапист, мистер Трейси Бэкон.

Как раз в тот момент Сэмми слишком отвлекся, чтобы заметить мистера Трейси Бэкона.

— Педро? — спросил он.

— Старый португалец, рабочий сцены. — Чэндлер кивнул. — Для «разрядки смехом». Спонсору показалось, что мы должны сделать все чуть веселее.

— Гад с фами пазнакомицца, — выдал Эдди Фонтейн, приподнимая краешек воображаемой португальской шляпы.

— А старый Макс Мейфлауэр? — захотел узнать Сэмми. — И тот человек из Лиги Золотого Ключа? У вас что, вообще Лиги нет?

— Мы попробовали с Лигой, правда, Ларри?

— Да, мистер Чэндлер, попробовали.

— Когда дебютируешь с сериалом, лучше сразу переходить к делу, — сказал Кобб. — Пропустить всю предысторию.

— Обо всем таком мы во введении позаботились, — объяснил Чэндлер. — Билл?

— Вооруженной превосходной физической и умственной подготовкой, — завел Билл Пэррис, — блестящей командой помощников и древней мудростью, бродит он по земному шару, совершая поразительные подвиги…

Тут весь актерский состав, словно по подсказке, грянул:

— И приходит на помощь тем, кто томится в цепях тирании!

— Это… он… Эс-ка-пист!

Все рассмеялись, а Джо зааплодировал. Но Сэмми почему-то испытывал раздражение.

— А как насчет Тома Мейфлауэра? — стал настаивать он. — Кто будет Томом?

Сиплый голос подростка радостно зазвенел из угла.

— Я буду Томом, мистер Клей! И черт возьми, как же дьявольски меня это восхищает!

Все дружно заржали. Трейси Бэкон смотрел прямо на Сэмми, ухмыляясь, с румянцем на щеках — по большей части, похоже, от удовольствия при взгляде на дико изумленную физиономию мистера Клея. Бэкон был таким идеальным Эскапистом, как будто его подбирали не для радиопостановки, а для исполнения этой роли в фильме. Прилично за шесть футов ростом, широкоплечий, с ямочкой на подбородке. Блестящие светлые волосы этого парня были прилажены к его макушке, точно отполированная латунная тарелка. Бэкон носил расстегнутую оксфордскую рубашку поверх полосатой майки, синие джинсы и носки без ботинок. Мышцы его были, пожалуй, поменьше, чем у Эскаписта, но прекрасно различимы. «Чертовски красивый парень, — подумал Сэмми, — и величаво-стройный».

— Итак, джентльмены, прошу садиться, — сказал Чэндлер. — Ларри, найди им где сесть.

— Этот парень — вылитый Эскапист, — сказал Джо. — У меня аж мурашки по коже бегают.

— У меня тоже, — отозвался Сэмми. — И говорит он точь-в-точь как Том Мейфлауэр.

Усевшись в уголке, она стали наблюдать за репетицией. Сценарий представлял собой достаточно вольное переложение третьей истории Сэмми про Эскаписта, где вводился такой персонаж, как Цианида Чертополох, злая сестра мисс Розы Сакуры — прямое заимствование из Драконши Каниффа. Смущенный беспардонностью собственного воровства, Сэмми уже в «Радио #4» эту самую Цианиду благополучно убил. В «Гранд-Опера» на Бунде в Шанпо Цианида Чертополох случайно напоролась на пулю, пущенную в Тома Мейфлауэра тайным агентом поцистов, с которым она до той поры сотрудничала. Однако радиолюди ее оживили, и Сэмми пришлось признать, что смотрится она очень даже эффектно. Хелен Портола была единственным членом всего актерского состава, одетым как полагается, и в своем ярко-зеленом поплиновом платье она выглядела на редкость классно, изящно и аппетитно. Рыча демонические реплики Эскаписту, которого она сделала беспомощным посредством своего легендарного краденого Ока Лунного Опала, Хелен взирала на Трейси Бэкона с прилежной любовью в глазах и заставляла всю сцену звучать как флирт. Уолтер Уинчелл в своей колонке уже объединил эту парочку.

В целом Сэмми все это показалось угнетающей парой часов. Он пережил первый, но никоим образом не последний опыт того, как другой автор переиначивает одно из его творений, приспосабливая его к своим задачам. Этот процесс до такой степени расстраивал Сэмми, что он даже испытывал стыд. Все здесь было чертовски тем же самым материалом — не считая, понятное дело, Педро — и в то же время странным образом совершенно другим. Здесь царил более легкий, более игривый тон, нежели в комиксе, — отчасти, вне всяких сомнений, из-за почти слышного блеска улыбки Трейси Бэкона. Диалог очень походил на обмен репликами в радиопередаче «Мистер Кин, искатель потерянных». Это казалось вполне логичным, однако опять-таки угнетало Сэмми. Да, он написал диалог так же скверно — хотя, по предложению Дизи, изучал работу таких авторов блестящих диалогов, как Ирвин Шоу и Бен Хехт. Но когда что-то подобное произносили вслух, впечатление было просто катастрофическим. Все персонажи казались страшными тугодумами, а порой — вообще умственно отсталыми. Сэмми неловко ерзал на стуле. Джо на какое-то время погрузился в происходящее, но затем словно бы вдруг оттуда выпрыгнул. И наклонился к Сэмми.