Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

- Хрен его знает, - потирает переносицу и выезжает на главную улицу города. - Теперь ни нашим, ни вашим.

Я не знаю, куда мы едем, не знаю, где мы будем, главное для меня то, что теперь мы вместе. Вот только никакой эйфории внутри меня не происходит. Нервы напряжены до предела, и чтобы чем-то успокоить себя, опускаю ладонь на руку Давида.

- Не злись на меня, пожалуйста… Все это время брат держал меня на даче, чтобы я ничего тебе не рассказала.

- Сука!

Давид прибавляет скорость, резко поворачивает на перекрестке. Взглянув в зеркало заднего вида, убеждаюсь в том, что охрана по-прежнему едет за нами. Тогда почему на душе так тревожно?

- Когда я прошу тебя остаться дома, ты должна слушать меня и оставаться на месте. Я ясно выражаюсь, Катя?

Давид бросает на меня короткий взгляд. Карие глаза выглядят почти чёрными. Он злится и мне очень жаль, что подвела его, но в таком случае, я не узнала бы какие планы готовит для Юсупова Женя.

- Ясно, - киваю ему.

- Моя жена должна понимать, что это как минимум небезопасно.

- Твоя… кто?

В этот момент Юсупов резко нажимает педаль газа. Слышится шум, который бьет по барабанным перепонкам и звук лопающегося стекла.

- Ложись! – кричит мне и с силой толкает в спину, заставляя упасть на пол.

Тело парализует от шока и осознания того, что происходит нечто ужасное.

Автоматная дробь проходится по стеклам, слышится скрежет шин и громкая ругань Давида. Что-то больно ударяет в область грудной клетки и голову. Кажется, на языке ощущается кровь.

Прежде чем отключиться и погрузиться в черноту, я отчаянно пытаюсь найти руку Давида, чтобы убедиться в том, что с ним всё хорошо…

Глава 63.

***

- Давид, мне кажется, что плачет наш с тобой ребёнок… - произношу, глядя куда-то в темноту.

Юсупов стоит рядом и ничего не отвечает. Только высвобождает свою руку из моей руки…

Медленно открываю веки и понимаю, что никакой это не ребёнок. У нас с Давидом его было и нет. Это разыгралось моё больное воображение.

Губы пересохли, тело не слушается. Рядом с левым ухом пищит какой-то прибор, который мне тут же хочется выключить к чёртовой матери. Перед глазами выбеленный до бела потолок и такие же белые стены. А ещё в самом помещении, где я нахожусь стоит противный запах, который плотно вбивается в ноздри, вызывая тошноту. Запах больницы, медикаментов и хлорки.

Пить хочется невероятно, но ещё больше узнать какого чёрта происходит. Где Давид? Где я? В нас стреляли… Мы попали в аварию? Плохо помню ту ночь, когда мы уезжали из «Кубани»…

Поворачиваю голову немного вправо и замечаю в палате Сашку. Она сидит на стуле, опустив голову на подоконник и тихо сопит. Будить её не хочется, но я обязана узнать, что с нами случилось и восполнить пробелы в моей памяти.

Пробую пошевелить руками и ногами… У меня получается, а значит ничего не сломано, просто тело будто налито свинцовой тяжестью. Надеюсь, это пройдет, и я скоро восстановлюсь.

- Катька… Ты проснулась? – подруга резко отрывает голову от подоконника, услышав мои движения. – Врачи сказали, что с тобой ничего страшного… Многочисленные ушибы и ссадины. Но спала ты так долго, что я паниковать начала.

- Где Давид? – спрашиваю хриплым голосом.

Наверное, нам нельзя находиться в одной палате. Мальчики отдельно, девочки отдельно. Надеюсь, что дело только в этом. Я помню визг тормозов и его крики: «Ложись!». Кажется, я не успела этого сделать как тут же отключилась и потеряла сознание. А он… с ним же всё нормально? Его не ранили?

Сашка ничего не отвечает. Молча кладёт свою ладонь на мою руку и слегка сжимает, пряча взгляд.

- Не молчи, - шиплю сдавленным голосом.

Говорить почему-то больно, легкие словно разъедает кислотой.

- Давид серьезно травмировался? Что с ним?

Дверь в палату тут же открывается и на пороге показывается Руслан Куратов. По рассказам Давида вдвоем они прошли огонь, воду и медные трубы. В криминальном мире редко кого можно назвать лучшим другом, но думаю, что для Юсупова Руслан таковым и является.

- Выйди, - кивает Сашке на дверь.

Подруга убирает от меня свою руку и тут же поднимается с места, буквально выбегая в коридор.

Руслан медленно проходит по палате. Занимает место Сашки и буравит меня своими чёрными глазами. Выглядит серьезным и даже слишком, хотя я никогда не видела его весёлым. Он приехал в Краснодар, а значит дело плохо.

- Вы скажите мне, что с Давидом!?

Усилием воли отрываю тяжелую голову от подушки, приподнимаюсь на локтях. Только сейчас замечаю на руках синяки. Наверное, под белой сорочкой, которая на мне надета их много, но это не самое главное, что меня волнует.

- Тебе лучше лежать, - произносит каким-то особенно спокойным голосом.

- Какая разница, что мне лучше. Говори, Руслан!

- Не знаю, что помнишь ты, поэтому расскажу то, что мне довелось узнать, - откидывается на спинку стула и продолжает смотреть в глаза твёрдым взглядом. - Вы выехали из ресторана «Кубань» примерно в половине первого ночи. Ехали в сторону гостиницы, где Давид остановился. В вас стреляли, Юсупова сильно задело и выстрелы попали в левое плечо и шею. Он резко притормозил, и ты вылетела сквозь лобовое стекло. Серьезных травм не получила, есть глубокие резанные раны от стекла, но их зашили.

Мне всё сложнее дышать. Внутренности словно утыканы иголками и заставляют нестерпимо жечь, особенно область сердца. Осторожно касаюсь лица, понимая, что на нём много ран и швов. Я изуродована? Плевать. Главное то, что скажет мне дальше Куратов.

- Давиду повезло меньше. Он остался в автомобиле, куда бросили взрывное устройство. Никто из охраны не успел ничего предпринять. Всё произошло так быстро… Тачка взорвалась… Ребята пытались