Пятнадцатый рай - Алиса Клевер

– Или я буду вынужден взять тебя на руки и везде носить с собой. Будешь у меня – карманная жена, – пригрозил Максим, отходя к ванной комнате, дверь в которую он на всякий случай оставил открытой. Он в буквальном смысле решил не спускать с нее глаз – после всего, что случилось.

– И ты где-нибудь забудешь меня, как забывают ключи, – хитро рассмеялась она.

– Никогда. Я всегда думаю о тебе. Мне не нужна фотография на столе, ты всегда и так перед моими глазами. Как тогда, в самый первый день, когда ты убежала с моей выставки. Удивительные глаза, синие, как «сердце океана», на твоем лице – все, что ты чувствуешь, можешь даже не говорить… Знаешь, я брошу фотографировать, буду только рисовать твое лицо, – сказал Максим, выходя из ванной с полотенцем и вытирая мокрые руки. – И твое чудесное тело.

– Если ты видишь меня постоянно перед глазами, то как же ты ходишь по улице? Еще ни в кого не врезался? – рассмеялась Арина, позволяя снова поднять себя на руки. Максим нежно и бережно отнес ее в ванную, погрузил в теплую пенную воду, а затем и сам быстро скинул с себя всю одежду и залез к ней. На ее руках синели темные линии – следы от веревок. Максим помассировал каждый след, который достался любимой от его прошлого.

– Закрой глаза, принцесса. Расслабься и отдыхай, и предоставь все мне. Я расскажу тебе, что будет дальше. Мы с тобой поженимся. – Он медленными движениями намыливал ей волосы. – На этот раз ты от меня не отвертишься. И потом, ты же беременна! Ты от меня залетела, а значит, я теперь просто обязан жениться.

– У нас будет семья? Нормальная семья? – жмурилась в мыле Арина. И почувствовала прикосновение у себя между ног. Максим как ни в чем не бывало ей улыбался и смотрел на нее невинным взглядом.

– Нормальная? Этого я тебе обещать не могу, ты же знаешь меня. – Его рука продолжала нежно ласкать ее клитор, слегка надавливая на пульсирующий бугорок. – Во мне нет ничего нормального. Но семья у нас будет, и она будет любящая, крепкая.

– Я так соскучилась по тебе, – пробормотала Арина, изгибаясь и подаваясь вперед, отдавая себя его рукам.

– Правда? Это правда? Я боялся, что ты больше никогда не захочешь меня видеть.

– Я хочу тебя видеть. А еще больше я хочу тебя чувствовать, – эхом отвечала Арина. Максим замер, и его рука тоже замерла.

– Я боюсь сделать тебе больно, – прошептал он.

– Пожалуйста… прошу тебя, – взмолилась Арина, сама не очень понимая о чем.

– Что ж, ты сама напросилась, – ответил он серьезно, и Арина с радостью отметила, как потемнели его глаза. Максим вылез из ванны, не замечая водяных струй, стекающих с его прекрасного влажного тела. Он сорвал со стены большое махровое полотенце, развернул его и посмотрел на Арину. – Иди сюда, моя прекрасная девочка, и я посмотрю, что можно сделать.

– С чем?

– Не с чем, а с кем. Надо подумать, что я могу с тобой сделать. Ты же понимаешь, – пробормотал он, оборачивая Арину в полотенце. – Вариантов много. Каждая клеточка твоего тела теперь принадлежит мне, и я собираюсь воспользоваться этим всецело.

– Не могу дождаться. – Арина тихонько ахнула, позволяя Максиму снова поднять себя на руки. – Интересно, когда ты снова позволишь мне ходить по земле своими ногами…

– Хотел бы – никогда, – хмыкнул Максим и ногой распахнул дверь в спальню, которая – вот странно – снова была заполнена солнцем. Тучи решили временно отступить от пасмурной Москвы, и такое случается в конце октября. Максим нежно уложил Арину на широкую постель и посмотрел на нее сверху вниз.

– Ты невероятно красивый, Максим.

– А ты в этом полотенце похожа на конфету, которую остается лишь развернуть. М-м-м, мой любимый вкус, мой любимый размер. – Максим, поймав ее взгляд и не отводя глаз, одним движением снял с нее полотенце. Арина сжала ноги, испытывая знакомую смесь стыда и возбуждения, лежа в солнечном свете. Максим хищно улыбнулся и резким движением развел ее ноги.

– Я могу читать тебя, как раскрытую книгу, – сказал он, разглядывая ее тело. Его возбужденный член стоял, выступая вперед и пугая своей мощью и обещая что-то незабываемое, то, по чему так истосковалась Арина. Максим склонился над ней и прикоснулся губами к ее нежной теплой груди, еще слегка влажной. И медленно обвел сосок языком.

– О да, – прошептала она, вытягиваясь навстречу его губам. Максим переместился влево и занялся вторым соском.

– Ты хочешь меня, да? Скажи, что хочешь.

– Я хочу тебя. Всю жизнь… – начала было Арина, но губы Максима накрыли ее губы, его жадный поцелуй заставил ее замолчать. Губы ее разомкнулись, и требовательный язык Максима проник в ее рот, прошелся по ровному ряду зубов, сплелся в танце с ее языком. Открой еще, отдайся мне – его желания были понятны без слов. Коленом Максим раскрыл ее ноги еще шире, рукой притянул ее к себе и вошел в нее. Его пульсирующий от напряжения член ворвался в нее с напором, движение было сильным, мощным и безжалостным, но она подалась вперед, навстречу этой наполненности, этой первобытной страсти. Быть поверженной, распластанной под сильным, властным телом мужчины – вот то чувство, которого никогда не бывает много, по которому будешь скучать и которое захочется испытать снова и снова.

Максим двигался медленно, стараясь проникнуть как можно глубже, заполнить собой всю ее без остатка, пронзал ее снова и снова, любуясь сияющими глазами и тем, как она прикусывает от страсти свою верхнюю губу.

– Ты чувствуешь меня сейчас? – спросил он улыбаясь и нанес еще один мощный и страстный удар. – Ты хочешь еще?

– Да, я хочу еще, – прошептала Арина, незамедлительно получив то, о чем просила. Неожиданно Максим выпрямился и осторожно вынул член из разгоряченного тела любимой. Увидев ее разочарование, он рассмеялся и легонько щелкнул ее по носу.

– Развернись и садись-ка на меня сверху, моя хорошая, – повелел он. Арина послушно кивнула, оседлала Максима, позволив его члену снова заполнить ее возбужденное, влажное влагалище. Так было даже глубже, и чувство заполненности переросло в тугое, на грани возможного, распирание. Глаза Максима горели в сексуальном азарте. Он приподнялся на руках, а затем и вовсе сел, прижав к себе ее крепким объятием. Глубоко, так они слились в единое целое и двигались медленно, аккуратно поднимаясь вверх и оседая обратно. Рука Максима проскользнула между их телами, он нащупал горячий, напряженный бугорок – клитор – и нежно, настойчиво надавил на него.

– Ох, а-ах! – выдохнула Арина, и ее лоно зашлось в сладких пульсациях. Максим тихо рассмеялся и провел языком сначала по одному соску, затем по второму. Арина потерялась в этом танце, и ее тело звенело и пело, когда волны возбуждения прокатывались, заполняя ее сверху донизу. Они начинались на ее губах с поцелуев, а потом опускались ниже, отдаваясь сладкой истомой, когда Максим сжимал ее соски губами. Клитор звенел и подрагивал от каждого круга, выведенного умелыми пальцами Максима, а когда он намеренно задевал его кончик, тело Арины дрожало, она билась в неконтролируемом, совершенно диком восторге тела, и Максим мог почувствовать ее наслаждение, пульсацию ее лона членом. Влагалище трепетало, обхватывая, обжимая, дрожа и отдавая свои вибрации телу мужчины.