Почти герой - Богдан Дорошин

– Его нужно найти, – констатировал Череп, когда шумиха слегка поутихла. – Этот Артефакт дался нам слишком большой ценой, мы не можем вот так запросто от него отказаться.

– В таком случае нужно догнать Конструктора, – холодным тоном произнес Пейн, глаза которого пылали фиолетовым огнем. – Драконий меч без сомнения находиться у него.

Толпа вновь зашумела – каждый пытался высказать свою точку зрения – но новые раскаты чистой энергии успокоили даже самых невменяемых. Бешеный высоко поднял правую руку, по мускулам которой яркими линиями бегали молнии. Выглядело это более чем внушительно, большинство «преступников» даже сделало шаг назад.

Образовалась тишина, в которой начали говорить только лидеры.

– Итак, вопрос стоит в том, чтобы поймать ученого, – процедил сквозь зубы Мэд. – Правильно я понял?

– Почти. – Эскель скорчила мордашку в саркастической гримасе. – Только существует ряд проблем, нарушать которые нельзя ни в коем случае.

– Например?

– Например то, что мы не можем покинуть Академию Королей! Администрация и ведомство заметит пропажу стольких людей, и тут же предпримет меры. Нас отчислят, и больше мы не сможем…

Бешенный с помощью своей наэлектризованной руки пустил в потолок разряд молнии, тем самым заглушая свою собеседницу. Пейн стоял рядом как глыба, его обуревала холодная ярость, но до срыва ему было еще далеко.

– Подобная ерунда не может служить причиной не отправляться в погоню за ублюдком Конструктором!

– Ерунда – это ваш меч, а не Академия Королей! – вспылила Эскель и пространство вокруг нее начало меняться. Ее светлые волосы поднялись вверх, словно девушка резко оказалась под водой, а глаза налились голубизной неба. Без всяких сомнений она была опасным противником…

Черная метка жгла мою кожу, ее нестерпимо хотелось расчесать. Я переступил с ноги на ногу, почесался, после чего вновь уставился на Тройку, члены которой сейчас никак не могли прийти к согласию.

– Не следует забывать, что каждый из нас вступал в организацию по личным, часто корыстным, целям, – напомнил какой–то парень из конца толпы. – Никто не в силах нас заставлять делать то, что противоречит…

– А никто вас и не заставляет! – рявкнул Мэд. – Если преследуете выгоду, так разуйте же глаза: она убежала от вас сутки назад, а вы ничего и не заметили. Знаете сколько стоит даже самый захудалый Артефакт Первой эпохи? А знаете, сколько будет он стоить, если его смогут применять все кому не лень?!

Аргумент сильный, признаю. Я бы купился на него, но к счастью я здесь всего лишь наблюдатель.

– Нам даже не с чего начинать поиски! – выкрикнул Веснушчатый, который уже успел помочь своему слегка подпекшемуся другу.

– Ты ошибаешься, приятель. – Пейн сверкнул фиолетовыми глазами. – В этих пещерах есть только одно место, куда мог отправиться наш дражайший друг и коллега. И если мы поторопимся, то успеем до того как след от его телепортации исчезнет.

Мы небольшой группой двигались по разваленным улицам, коридорам и туннелям, которыми я раньше никогда не ходил. Это могло значить только одно: мне, наконец, покажут путь, как покинуть зону Академии Королей. Долгожданная свобода будет ждать меня за следующим поворотом, она так близко, что я даже ощущаю ее дразнящие прикосновения…

Черная метка зачесалась, и одновременно с этим я вспомнил о Дархане. Эти две вещи не дадут мне уйти, а значит свобода так же далека как и собственный замок, горы золота в банке и целый гарем жен. Эх, а ведь я подобную участь себе не выбирал, не жаловался, жил как мог…

– Впереди печать! – выкрикнул Локки, и тут же все замерли. В этих подземельях нет ничего страшнее печатей, которые отсвечивают зеленой пульсацией. Они здесь навешаны вдоль и поперек, и за каждой из них что–то скрыто. Возможно сокровища Первой эпохи, а возможно давно истлевший мусор.

Нас было семеро, ибо остальные «преступники» не выразили желания последовать за Пейном в его дурацкой погоне. Я бы тоже не пошел, но меня, можно сказать, тащили силком. Конструктор нравился мне как человек, более того – я понимал его мотивы. «Преступники» воспользовались бы Артефактом для собственного обогащения, в то время как ученый хотел только изучать его. Наверняка он выберется на край света, где, ведя жизнь отшельника, посвятит Драконьему мечу всю жизнь. Конечно, если его не убьют.

Мы аккуратно миновали мощную печать, которая норовила засосать нас прямиком к себе. Я видел как жадно горят на ней руны, как голодно светиться древняя магия. Идя этим маршрутом, мы рисковали вообще никуда не прийти, но Пейн так спешил, что решил срезать большой отрезок дороги.

– Безопасным и проверенным путем идти будем долго, – пояснил он. – А нам нужно дойти до точки прыжка как можно скорее.

Город, по которому мы шли, был когда–то громадным. Даже сейчас, когда большинство зданий развалилось под фундамент, а единственными целыми сооружениями были памятники, мне казалось, что я расхаживаю по густо населенному мегаполису. Темная брусчатка вела нас по широкой улице, по бокам которой развалинами спали каменные сооружения. Возле самых интересных мест горели печати, и приближаться к ним стал бы разве что кретин. Может Конструктор валяется мертвым где–то здесь? Он ведь ученый, а значит жутко любопытный…

Возвращаясь к нашей скромной команде, могу сказать, что кроме нас с Локки и Пейном в поход выступили Барбос, Череп, Мэд и Буш. С последним я познакомился только сегодня, но парень выглядел надежным и весьма дружелюбным. Учился он на одном из старших курсов, но особых перспектив на будущее не имел.

Эскель, Лаванда и остальные «преступники» громко фыркнули и отказались от погони. Если быть предельно точным, то в организации наступил раскол. Возможно после успешной операции, Пейн сможет вернуть как власть так и авторитет лидера, но пока что всем будет заправлять пятнадцатилетняя девчонка, которую я, между прочим, терпеть не могу.

Мертвый город плавно перетек в пещеру, по которой идти стало заметно веселее. Все оттого, что печатей больше было не видать, да и я шагал посередине процессии. По идее, если в пути случилось бы что–то нехорошее, то в первую очередь погибли бы другие, дав мне тем самым шанс сбежать. Хотя спрашивается, куда здесь бежать?

Через четыре часа пути впереди замаячил красноватый свет. Я валился с ног и уже не обращал внимания ни на что, но зато Пейн заметно оживился. Он даже потер руки от возбуждения, после чего объявил всем, что мы на месте. Мои глаза сами собой прищурились, разглядывая через полумрак вибрацию красноватого воздуха. Подобное можно увидеть, когда смотришь через прозрачный дым гномьих курильниц, но вряд ли здесь были гномы.