Семь престолов - Маттео Струкул

появившегося на сторожевой башне. Он был бледен как полотно, в глазах застыл ужас.

— Мессер Сфорца! — прокричал Тривульцио так громко, чтобы его услышали все. — Соглашение о сдаче города еще не подписано, но Милан приветствует вас как своего нового главу! — С этими словами он несколько раз взмахнул рукой, давая знак открыть массивные ворота.

Огромные деревянные створки наконец-то распахнулись. Заскрипели петли, и Франческо с Бьянкой Марией погнали своих лошадей вперед, под поднимающуюся железную решетку. Через мгновение их уже окружила ликующая толпа жителей города. Оглушенные и удивленные, супруги счастливо улыбались. Франческо поднял руки, наслаждаясь радостным гулом голосов. С высоты двоим всадникам открывалось целое море голов. Они видели сияющие глаза на грязных лицах, мужчин и женщин в лохмотьях. Ликование миланцев сменилось мольбами о хлебе.

Бьянка тут же дала знак возницам тележек с продовольствием.

— Пропустите пекарей, виноделов и крестьян! — во весь голос крикнула она.

Дочь герцога Висконти наконец-то вернулась в родной город. Наблюдая за исполнением своего приказа, Бьянка Мария почувствовала, как в горле у нее образовался комок, а на глазах выступили слезы. Она почти потеряла надежду однажды оказаться в Милане. Но вот они с мужем здесь, и город приветствует их, принимает, называет своими новыми правителями.

Бьянка была счастлива и растрогана. С болью в сердце смотрела она на изголодавшихся людей, которые пробирались к повозкам с провизией. Некоторые даже пытались залезть на тележки. Мужчины жадно хватали хрустящий хлеб, а женщины съедали по маленькому кусочку и прятали остальное под накидкой или передником, чтобы отнести семье, голодным детям и старикам — тем, кто смог выжить в бойне, устроенной Золотой Амброзианской республикой.

Внезапно крепкий мужчина с длинными темными волосами с невероятной ловкостью вскочил на одну из повозок.

По его лицу было видно, что он долго ждал этого момента, а теперь наконец-то мог сбросить маску и предаться ликованию.

— Франческо Сфорца, меня зовут Гаспаре да Вимерка-те! — Едва прозвучали эти слова, вокруг воцарилась тишина. Крики, мольбы, уговоры — все мгновенно стихло. — Сегодня я возглавил восстание против Золотой Амброзианской республики! — продолжил Гаспаре. — Со мной был кое-кто, кого вы хорошо знаете.

На повозку влез еще один человек, и Франческо тут же узнал его: Браччо Спеццато, верный друг, который никогда не подводил капитана и всегда выполнял его приказы, даже самые сложные.

— Властью, данной мне народом, я объявляю Франческо Сфорцу герцогом Миланским! — крикнул Гаспаре.

Тысячи голосов раздались в морозном воздухе, выкрикивая одно-единственное слово.

— Сфорца! Сфорца! Сфорца! Сфорца! — повторяли они.

Бьянка Мария замерла в восхищении: чудо свершилось. Задуманное ее отцом сбылось.

Франческо Сфорца стал герцогом Милана. А она, последняя из Висконти, смогла отстоять честь своей династии.

ГЛАВА 76

СТРАШНЫЙ СУД

Папская область, Апостольский дворец

Николай V не верил своим ушам. Однако Пьер Кандидо Дечембрио собственными глазами видел события, о которых сейчас взволнованно рассказывал:

— Апокалипсис, ваше святейшество, это был настоящий апокалипсис, поверьте. Народ восстал и сбросил венецианского посла прямо из окна палаццо Бролетто-Веккьо! Милан сверг республику, теперь он в руках Франческо Сфорцы. Козимо де Медичи — его главный союзник, и вместе они готовят очередную атаку против Венеции. Я предвидел это, но никто не захотел меня слушать.

— Мой дорогой Дечембрио, — спокойно проговорил понтифик, — то, о чем вы рассказываете, действительно ужасно. Но когда народные массы восстают, они всегда превращаются в неуправляемую силу и выносят смертные приговоры без всякого суда. Этот мятеж, к сожалению, не первый и не последний в истории. А между тем в Константинополе, похоже, готовится самое страшное нападение всех времен.

Мессер Дечембрио не до конца понял слова понтифика:

— В каком смысле, ваше святейшество?

— Стало известно, что Мехмед Второй строит новую крепость совсем рядом с Константинополем. Византийский император боится, что планы у турок отнюдь не мирные. Когда крепость будет завершена, ничто не помешает Мехмеду Второму грабить соседние территории, ограничивать поставку продовольствия, а затем и напасть на Константинополь, чтобы завоевать его и подчинить Османской империи.

— Не дай бог, ваше святейшество!

— Именно. Я согласен с вами. Поэтому я и обратился ко всем христианским правителям с просьбой предоставить мне людей для нового крестового похода, но все они слишком заняты своими делами. Так что ситуация в Милане, пусть и ужасная, меркнет в сравнении с более серьезной опасностью. Да упокоит Господь душу жестоко убиенного венецианского посла, но давайте рассуждать здраво. Не секрет, что Козимо де Медичи и Франческо Сфорца заключили союз. Однако моя цель — уговорить этих господ, а вместе с ними и венецианского дожа Франческо Фоскари, короля Альфонсо Арагонского, императора Фридриха Третьего Габсбурга и короля Франции Карла Седьмого прийти к некоему равновесию и вместо того, чтобы и дальше сражаться друг с другом, объединиться для борьбы с единственным настоящим врагом: Османской империей. Если Франческо Сфорца сумеет, как я надеюсь, собрать вокруг себя все миланские силы, значит, эти трагические события хотя бы дадут возможность для мира и объединения. Не говоря уже о том, что жителям Милана, как вы хорошо знаете, пришлось претерпеть немало страданий за время правления республики. Не думайте, что сюда не дошли ужасные вести о бесчинствах Карло Гонзаги, который силой отобрал власть у других капитанов — защитников свободы Амброзианской республики. — Папа умолк, давая Пьеру Кандидо Дечембрио осознать, насколько хорошо понтифик осведомлен о событиях в Милане. Затем он продолжил: — Не падайте духом, мой дорогой друг. Я знаю, вы достойный человек, и здесь вы всегда найдете защиту и поддержку. Однако поймите, что ситуация сложилась непростая. По крайней мере, борьба за миланский престол окончена, и Франческо Сфорца — не самый худший вариант, вот что я пытаюсь сказать вам. Я всей душой стремлюсь к установлению мира, это моя главная задача, и раз Милан решил, что хочет подчиняться Сфорце, пусть будет так. В городе и без того уже пролилось слишком много крови.

Мессер Дечембрио понял, что дальше ругать Фраичесао Сфорцу совершенно ни к чему, тем более что понтифик и так пообещал советнику свою помощь. Оставалось лишь понять, в чем именно она будет заключаться.

— По крайней мере, даже в такой непростой обстановке одну победу я все же смог одержать, — добавил папа, вставая Похоже, его совершенно не интересовало, зачем Дечембрио просил аудиенции.

— Ваше святейшество говорит о Венском конкордате?

— Именно. Теперь между Святым престолом и Священной Римской империей заключено соглашение о признании недействительными всех декретов Базельского собора. А кроме того, вы наверняка знаете, что Феликс Пятый отказался от титула антипапы, прекратив тем самым вызванный