Месть темной эльфийки - К. Милослав

— Получается, сегодня утром меня проверяли? — задал я риторический вопрос.

— Получается, что так.

— Вот и хорошо, что я в разговоре с ними решил не врать. Да и с помощью правды собеседника можно запутать куда качественнее, чем при помощи лжи, особенно если этот собеседник точно знает, что его не обманывают.

— Я, между прочим, в библиотеке тоже не развлекалась, — вмешалась в наш разговор Эль.

— А что там ещё можно делать? — почти искренне удивился я.

— Законы тёмных изучать, — торжественно ответила светлая, — они их сами, похоже, не знают, не то, что мы.

Лара явно в этом сомневалась, но спорить не стала.

— И что удалось узнать? — спросил я.

— Осквернённая, а Ларинэ, посидев в клетке сликовников, не только считается, но и является таковой, не может занять трон Первого Леса.

— Ну, это и так все знают, — ответила тёмная.

— Других ограничений нет, — как ни в чём не бывало продолжила Эль. — Почему-то никто не посчитал нужным оформить их законодательно. Парадоксально, но, не имея права занять престол, осквернённая всё равно остаётся наследницей со всеми прочими правами и обязанностями.

— Так что в идеальных условиях, — продолжила она уже обращаясь к тёмной, — ты могла бы спокойно жить где-нибудь на окраине Первого Леса, родить там наследника, вырастить его и посадить на трон.

— А в неидеальных меня просто придушат в постели, если я попытаюсь проделать нечто подобное, — резонно ответила Лара.

— Не надо крайностей, — прервал я начинающуюся дискуссию, — нам они совершенно ни к чему, давайте выберем какой-нибудь вариант посередине.

— И какой же? — почти хором спросили ушастые.

— Если у лорда нет наследников, то кто назначает таковых? — начал я спрашивать чуть издалека.

— Сам лорд, кто же ещё? — удивилась Лара.

Эль была с ней полностью согласна.

— А если после смерти лорда его законный наследник пока не взошёл на престол, но уже — или ещё — сам не имеет наследников, может ли он назначить преемника или отказаться от трона в чью-либо пользу по своему усмотрению?

— Право такое у меня, похоже, есть, но кто же позволит мне им воспользоваться? — усомнилась Лара.

— Это если тебе взбредёт в голову отказаться от престола, допустим, в мою пользу, — заявил я.

Ушастые не стали оспаривать очевидного.

— А если в пользу кандидата от и так уже почти выигравшей группировки?

— Это может сработать, — соглашается тёмная.

— Так чего же мы ждём? — подвожу итог я. — Отправляемся на совет старейшин, или как там у вас называется этот орган власти, и ты назначаешь преемником того кандидата, что нам более выгоден.

На совет мы отправились все вместе, чтоб не оставлять противнику шансов захватить кого-то из нас в заложники. Он проходил в тронном зале (где же ещё?), и там присутствие человека и светлой эльфийки было вообще нежелательно, и уж тем более во время подобного мероприятия. Хотя что тут такого? Мы с Эль там уже два раза были, пора бы и привыкнуть. У главного входа, как, впрочем, и у всех остальных, стояла стража, которая если кого из нас и пропустила бы, то только тёмную. Но мы и проверять не стали и пошли другим путём, Лара показала тайный проход — она у меня как-никак принцесса, а не погулять вышла.

Пока совет молодо выглядящих старейшин взирал на совершенно неожиданно ввалившуюся в тронный зал нашу весёлую компанию, Лара буквально скороговоркой произнесла заранее приготовленную фразу:

— Я, наследница престола Первого Леса, Ларинэ (полное имя), назначаю своим преемником (имя кандидата) и отрекаюсь в его пользу от всех прав на престол.

Ну, вот и всё. Этого молодого эльфа впереди ещё ждёт коронация и куча всяких формальностей, но фактически лордом он стал в тот самый момент, как Лара закончила фразу. А мы теперь можем дождаться официального изгнания осквернённой принцессы и спокойно отправиться домой в Проклятые Земли.

Но оказалось, что ещё не всё. Встал другой кандидат и начал рассказывать, что он думает о моей тёмной жене, причем совершенно не стесняясь в выражениях. Так воспитанные эльфы о дамах не отзываются. Но он не только о Ларе говорил, а ещё и о себе любимом. Я так и не понял, зачем проигравший признаётся в своих преступлениях? И надо сказать, что по эльфийским меркам (да и по любым другим) очень серьёзных преступлениях. Это, оказывается, он организовал переворот, устроенный Лариным братом, дёргая того за невидимые нити, как марионетку. Чуть ли не с детства поощрял в нём все самые худшие стороны характера. Намеревался со временем, лет эдак за сто, увеличить своё влияние, после чего избавиться от лорда, заняв его место. Действительно серьёзное преступление. Если сами члены правящей семьи могут поступать друг с другом, как им заблагорассудится, то посторонние за все то же самое караются безжалостно. Но потом пришла моя Лара, убила брата и всё испортила. Но он, будучи несомненно гениальным эльфом, даже после такого неожиданного вмешательства в свои планы почти сумел прорваться к трону под видом нейтрального кандидата. Но эта любительница человеков, светлых эльфиек и диких эльфов опять вмешалась!

Таких признаний просто так не делают, и я всё время ждал от этого эльфа какой-то гадости. И ведь дождался. Поэтому успел прыгнуть между ним и Ларой, когда он в конце своей разоблачительной речи махнул в её сторону рукой, в которой было что-то зажато. Не знаю, чем он там запустил, но универсальный щит сумел это поглотить. А значит, его хватит ещё на один, максимум два удара. После чего и эльфы, наконец, зашевелились. Пока неудачник признавался в своих преступлениях, его слушали, не перебивая, но как только перешёл к активным действиям, сразу схватили.

— Не думала, что когда-нибудь соскучусь по Первому Лесу светлых, — с нескрываемой иронией в голосе сказала Лара. — Такое спокойное, уютное место. Никаких заговоров и уважительное отношение окружающих. Ну, почти уважительное, во всяком случае, ничуть не хуже, чем тут. Никто не пытается тебя убить, а самое худшее, что могут сделать, это породистого коня подарить, забыв предупредить, что он немножко не объезжен. Вы моего Ужаса Летящего На Крыльях Ночи видели? Оттуда.

Эльфы вроде бы не обратили внимания на монолог моей жены, но я уверен, что всё очень даже хорошо расслышали.

— Я согласен с твоим предложением, — совершенно спокойно, но непонятно кому сказал удерживаемый преступник. — Жрецы получат столько же власти, сколько имеют у светлых.

После этих слов присутствующий на совете верховный жрец Древа Жизни поднял руки.

Я не сразу понял, что что-то произошло. Сначала, как бы это покультурней сказать, почувствовал тепло у себя в переднем кармане брюк. Сунул туда руку и обнаружил, что это жёлудь, и он не просто тёплый, а уже горячий. Потом упала Эль. А вот все остальные эльфы как-то неестественно замерли на своих местах и не шевелятся. Сила, которая парализовала тёмных, светлую явно убивала, а на меня вообще никак не действовала. Жёлудь Древа Жизни, похоже, имеет такие же свойства, как и осколки алтаря бога Слика, и каждый действует исключительно на своих жрецов.