Путь - Андрей Завадский

  - Господин, - Витар по-прежнему шепотом окликнул Эрвина. - Господин, позволь я пойду первым. Это может быть опасно. Своды могут обвалиться, или там устроили ловушки.

  - Этот ход существует почти сто лет, и будет существовать еще столько же, - пожал плечами Эрвин. - Что до ловушек, той Кратус прав, проще было бы перекрыть этот выход решеткой или какими-нибудь створками. Но если желаешь, то ступай вперед.

  - С вашего позволения, я так и сделаю, - кивнул воин. Окинув взглядом толпившихся возле разверстой пасти подземного хода людей Витар безошибочно, будто видел в темноте лучше, чем кошки, указал на одного из них: - Барг, - могучий бородач, вооруженный арбалетом, уже взведенным и заряженным, подобрался, как солдат во время смотра. - Барг, за мной! Проверь самострел!

Первая пара бойцов исчезла в темноте, едва рассеиваемой сотворенным Кратусом светом. Сам маг извлек из котомки хрустальный обруч и осторожно, словно опасаясь разбить его, возложил себе на голову, предварительно откинув на спину кольчужный капюшон. И в тот же миг он почувствовал, как завертелась, заплясала под ногами земля, когда сокрытая в древнем артефакте мощь хлынула в его тело.

  - Все готовы? - Эрвин обвел взглядом своих спутников. Им, бывалым воинам, не впервые предстояло вступить в бой с многочисленным, умелым и безжалостным врагом, хотя, пожалуй, со столь многочисленным противником они будут сражаться все-таки первый раз. Но, как бы то ни было, каждый был готов к схватке, не особенно и задумываясь, а что же ожидает его на другом конце этого древнего подземного лаза. - Что ж, тогда зам мной!

Принц Эрвин без малейших колебаний шагнул в сумрак, и за ним исчезали в глотке подземелья остальные воины. Напоследок они бросали быстрые взгляды на лес, не то желая убедиться, что никто не следит за ними, не то дабы в последний раз увидеть природу, этот вечный памятник Жизни, ведь никто не знал, встретит ли он новый рассвет.

А Эрвин уверенно шел вперед, чуть пригибаясь и стараясь не отстать от натужно сопевшего Барга, которому оказалось очень нелегко в такой тесноте. Принцу не нужен был свет, созданный Кратусом, чтобы пройти этот туннель. И он знал, что преодолеет его, а затем вступит в бой, быть может, последний бой в своей жизни. Но также он знал, что испустит дух не прежде, чем услышит предсмертный вопль своего врага.

Узкий коридор, по которому невозможно было пройти, не цепляясь облитыми кольчугой плечами за стены, тянулся на тысячи шагов, пронизав толщу земли. В мертвенном, каком-то гнилостном свете, созданном Кратусом, люди, что в полнейшей тишине брели по тоннелю, казались восставшими из могил мертвецами, бредущими по Подземному Царству, где, если верить жрецам, кошмарный Герех истязал покойных грешников, возвращая тем зло, сотворенное ими при жизни.

Свет лишь самую малость рассеивал мрак, сгустившийся впереди, будто завесим проход пеленой непроглядной тьмы, и подступавший к воинам сзади, так, что кое-кто невольно ускорял шаг, будто опасаясь быть поглощенным этой темнотой. Казалось, весь мир погрузился во тьму, и только мерцающий сгусток огня, висевший над головами возглавивших отряд Витара и могучего Барга, еще вселял надежду на то, что когда-нибудь удастся выбраться к свету, полной грудью вдохнув не затхлый дух подземелья, а напоенный запахом трав воздух бескрайних полей.

Темнота и безмолвие угнетали даже бывалых, ко многому привычных воинов, и те исподволь старались как можно меньше шуметь. Тишину нарушало лишь шарканье подбитых гвоздями подошв, хриплое дыхание ощущавших невероятное напряжение людей, да негромкий лязг металла, раздававшийся всякий раз, когда кто-нибудь из них оступался. Пол, а равно потолок и сужавшиеся кверху стены были весьма неровными, и споткнуться либо удариться головой не составляло особого труда. Становилось ясно, что строители, отрыв этот лаз, то есть соединив королевский дворец с неприметной рощей, решили, что не стоит утруждать себя созданием лишних удобств для тех, кто когда-либо воспользуется проходом.

В какой-то момент удалось заметить покрывавшие стены пятна плесени, выглядевшей весьма неприятно, а с потолка начала падать частая капель, так что воинам пришлось шагать по растекшимся под ногами лужам, скрывавшим сапоги по самые щиколотки. К затхлости добавилась еще и сырость, и каким-то шестым чувством опытные бойцы угадали присутствие над головами массы воды, пребывавшей в постойном движении

  - Стейла, - пошептал Эрвин оглянувшемуся на него Баргу. - Река точно над нами. А это значит, что две трети пути позади.

Воин с опаской взглянул на низкий потолок, представив, как свод обваливается, и тысячи пудов воды врываются в тесный лаз. При этой мысли его, не боявшегося в одиночку атаковать строй пикинеров, ощетинившихся сотнями граненых жал, передернуло.

  - Ступай, - приказал принц, который даже при столь скудном освещении заметил мелькнувший в глазах великана ужас. - Вперед, и поторапливайся! Опасность ждет нас впереди, а не грозит сверху. Эти своды постоят еще не одно столетие.

Миновав затопленный участок туннеля, все разом ощутили, что он медленно, но верно поднимается. При этом потолок стал еще ниже, и тем, кто был выше ростом, приходилось опасливо пригибаться, вжимая головы в плечи. А потом коридор и вовсе вздыбился множеством каменных ступеней, и не сразу спутники принца поняли, что земляные стены сменились каменной кладкой.

Тщательно обтесанные глыбы были так плотно пригнаны одна к другой, что едва ли в зазор между ними удалось бы просунуть даже острие ножа. Кое-кто из сопровождавших Эрвина воинов прежде видел работу гномов, нередко селившихся среди людей и давно снискавших славу самых искусных зодчих и кузнецов, и теперь уважительно цокал языком, сразу поняв, что к этому туннели приложили руки подгорные мастера.

Коридор тем временем начал закручиваться влево, штопором уходя куда-то вверх. По-прежнему кругом царила тьма, хотя стало заметно суше, и воздух уже не казался таким уж затхлым. Кое-где на стенах можно было к тому же рассмотреть позеленевшие от времени бронзовые кольца, крепления для факелов.

И вот, наконец, лаз оборвался гладкой, тщательно отшлифованной каменной плитой, наглухо перекрывавшей проход. И оттуда, из-за этого монолита, доносились какие-то неясные звуки. Там была жизнь.

  - Посторонись, - приказал Эрвин, протиснувшись вперед мимо вжавшегося в стену Витара, а затем, усмехнувшись, добавил: - Надеюсь, механизм по-прежнему работает.

Принц коснулся одного из камней, внешне ничем не отличавшегося от прочих, но при легчайшем нажатии погрузившегося в стену. И одновременно плита, преграждавшая лаз, совершенно бесшумно повернулась, открывая узкую щель прохода, из которого в лица воинов сразу ударил поток свежего воздуха, наполненного запахом копоти, какой бывает от горящих свечей или факелов. И вместе с нею их ушей коснулись звучавшие где-то рядом голоса.