Цветы цвета неба (СИ) - Рина Гиппиус

Вкратце поделилась описанием придворной жизни. Рассказчик из меня получился, честно говоря, отвратный.

— Неужели там действительно так скучно? Тогда я понимаю, почему тебе там так не нравится, — вздохнула Ви. — Да еще и балы пока проводить нельзя.

— Вот же дались тебе эти балы, — улыбнулась я. — Все не так плохо. Ты сама должна понимать, я не самый общительный человек. Подруг я там не завела. Тебя же мне никто не заменит, — подмигнула Ви. Она только усмехнулась, не купившись на мою неприкрытую лесть. — А сейчас император завалил меня делами. Мне порой и прогуляться, воздухом свежим подышать некогда. Правда, нынче похолодало, зима как никак. Думаю, организовать себе укромное местечко в зимнем саду.

Ви, услышав, что я упомянула императора, даже и не делала вид, что слушает про мои планы по поводу прогулок. Как только я закрыла рот, она тут же выпалила:

— Ну а с императором у тебя как?

И смотрит так хитро.

Я закатила глаза.

— Ви, никак у меня с императором. Я первая леди при нем. Не более. И раз ты любишь читать газеты, тем более светскую хронику, то должна знать, что он представил двору свою официальную фаворитку.

— Но я думала, что это он так, для отвода глаз, — пробормотала подруга.

Я удивилась ее словам.

— Зачем это ему?

— Ну как зачем, чтобы не скомпрометировать тебя, — как маленькой, объясняла мне подруга, как ей казалось очевидные вещи. — Вы же пока пожениться не можете. Ему еще несколько месяцев траур носить.

— Ви, по — моему, ты слишком романтичная особа. И также думаешь о других, — укоризненно покачала головой я. Ну надо же, как она до такого додумалась только?

— Это ты порой выглядишь как бесчувственная ледышка. «Ледяная принцесса», — давно она меня так не дразнила.

— Спасибо. Ты как никто понимаешь меня, — едко отозвалась я.

— На здоровье. Так неужели в ваших отношениях никаких сдвигов? — не сдавалась подруга.

С кем как не с лучшей подругой поделиться своими переживаниями?

— Может и есть какие‑то сдвиги. Вот только я их не вижу. Да и вообще, видимся мы с его величеством нечасто, — я позволила себе тяжело вздохнуть. — Наедине он все тот же, едкий, язвительный, но такой уже родной, заботливый и добрый, хоть и скрывает это тщательно, Рион. И порой он оказывает мне какие‑то знаки внимания. Но так, мимолетно. Может он просто тепло ко мне относится только потому, что я мать его сына. Не знаю. На людях, понятное дело, он холоден, сдержан. Все правильно. Я не жена ему. И в данном случае мне не обидно. А вообще, в нем как будто два разных человека. Тот, который, когда его видят только близкие и, разумеется, император. Вот эту его ипостась я теперь не могу. Жесткий, если не сказать жестокий, холодный человек, который отдает приказы. В такие моменты он как никогда похож на своего отца. А этот человек… — я скривилась, вспомнив Вемунда, — у меня о нем не самые лучшие представления.

— Ну Ри, ты как маленькая, — теперь уже Ви укоризненно качала головой, — ты должна понимать, что ему нелегко приходится. На его плечах ответственность за всю империю. И то, как он будет себя вести, будет ли он достаточно строг и да — да, порой жесток, и будет зависеть благополучие страны. Ему нельзя показывать свои слабости.

— Ви, да я все это итак прекрасно понимаю. Ведь от этого же нелегче, — я невесело улыбнулась. — Он как будто сам себя ломает. Играет чужую роль, а она намертво прирастает к нему. Я боюсь за него.

Подруга придвинулась ближе ко мне и погладила меня по руке.

— Все у вас будет хорошо, — она ободряюще мне улыбнулась. — Я уверена в этом.

— Ну раз ты в этом уверена, то, пожалуй, и я поверю, — отозвалась я.

Так мы и просидели еще пару часов болтая обо всем и ни о чем. Я рассказала Ви о том, как вчера Инг попросил меня быть его матерью. Подруга порадовалась за меня, но предупредила меня, чтобы я не обольщалась, что пока нам так легко с ним удается найти общий язык. Все ж таки мы пока не так хорошо друг друга знаем. Кто знает, как дальше сложатся наши отношения. Пришлось заверять подругу, что все хорошо и о таком сыне как Инг можно только мечтать. Мне с ним порой даже легче, чем с Эймом. А Ви поделилась со мной своими опасениями за дочерей. У тех оказался недюжинный магический дар. Они, как и их дед, оказались стихийницами. Обеим подчиняется воздух. Я заверила, что обязательно найду в столице лучшего учителя, который поможет правиться со способностями девочек.

Уже начало смеркаться, когда я как будто вынырнула из моря разговоров с любимой подругой.

— Ви, уже так поздно! — воскликнула я.

— Ну и оставайтесь у меня с ночевкой, — ответила подруга.

— Ага, а куда ты расположишь мой эскорт? — едко поинтересовалась я.

— Ох, я и забыла, что ты такая важная особа, что без дюжины мужиков по улице теперь не ходишь, — усмехнулась Ви.

— Звучит двусмысленно, — отозвалась я.

На что Вильев по — детски показала мне язык.

— Дочка, привет, — раздался из прихожей голос отца Ви.

— Папуль и тебе не хворать, — крикнула подруга, подбегая к Орму и обнимая его. — А у меня в гостях Ри с мальчиками.

Хурт усмехнулся и язвительно произнес:

— Ну, допустим, «мальчиков» я еще на улице заприметил.

Вильев расхохоталась.

— Пап, она с сыновьями приехала. А то ее охрана, — отсмеявшись ответила подруга.

— Ого, Риндамию охраняют как главное сокровище империи, — не изменив тон, ответил Орм.

— Ладно, я пойду позову детей, — сказала Ви. И как девчонка поскакала наверх. И как ей так легко удается почти всегда быть такой веселой и непринужденной?

— Погоди, Ви сказала «с сыновьями»? — удивился Хурт.

— Ну да. Я тут с Эймом и Ингом, — ответила я.

— Вот как, — протянул отец Ви. — Ты уже и младшенького усыновила. Быстро ты. Впрочем, я и не сомневался в тебе.

— Поясните, пожалуйста, — услышав, что я обращаюсь к нему на «вы», Орм усмехнулся.

— А что тут пояснять? — злым голос произнес он. — Все итак предельно ясно.

Да что, бездна его побери, за загадки?! Хотя я уже привыкла, что люди о мне имеют самое разнообразное мнение.

— И ты считаешь, что он порядочный мужчина? Объявил официальную фаворитку, а тебе пудрит мозги, — неожиданно продолжил Хурт. — Весьма достойно для правителя. Весьма, — и он покачал головой.

— А это не ваше дело, что и чем он мне пудрит, — не менее злым голосом ответила я.

— Впрочем, ты этого и достойна! — выплюнул он.

Я не успела ничего ответить на эту гадость, так как спустились Ви и дети.

Вильев представила Ингу своего отца. Я же стояла молча. Во мне внутри клокотала ярость.