Янтарный Меч Гексалогия - Ян Фей

Брэндель ожидаемо хотел наращивать посевные площади, но обработка и удобрение скудных и неплодородных южных земель требовала больших усилий. На первый взгляд, недостатка в рабочих руках не было – регион наводнили беженцы от нашествия Мадара – но дорога в Трентайм оставалась опасной из-за диких зверей и бандитов.

Отчеты о притоке и потерях среди гражданских Брэндель слушал с тяжелым сердцем, но понимая, что выбора ни у него, ни у этих людей, нет: не соберись они в путь, пускай и по опасной дороге – умрут голодной смертью. А так, хоть и сравниваешь себя порой с работорговцем, считающим людей как поголовье, но хотя бы спасаешь жизни. В нынешних условиях у оставшихся в нестабильных и голодающих Виейро, Карсуке и Гринуаре почти нет шансов: даже у молодых и здоровых, не говоря уже о детях и стариках.

Приходилось смириться: что поделаешь, средневековье и война как они есть. В игре он тоже сталкивался с подобным, но воспринимал все это по-другому: через призму виртуального мира люди-НПС казались ненастоящими. Сейчас же безнадежная реальность обрушилась на него в полную силу. Ответа на вопрос «что делать» не было: пока оставалось только терпеть и надеяться на перемены.

Проблема в том, что несмотря на приток беженцев и примкнувших к нам местных дворян с их людьми, довольно большая их часть – дети и старшее поколение, а для работы в полях нужны здоровые взрослые. Как и для продолжения рода и восполнения популяции… – заключила Амандина, сделав на этом месте многозначительную паузу.

Взгляд ее черных глаз, направленный на Брэнделя, говорил об очень многом, но в основном в нем читалась благодарность. Не встреться они – разделила бы участь жертв войны: одинокой молодой девушке в нынешних реалиях уготована лишь незавидная роль жертвы. Как и все прибывающие к ним беженцы, наверняка лишилась бы и дома, и сбережений, а вполне возможно – и жизни. Еще в этом взгляде сквозило противоречие: с одной стороны – логика и склад ума образованной дворянки с ее холодным расчетом, с другой – нечто новое, невыразимо-теплое… симпатия ко всем этим несчастным, а еще, растущая сильнее прочих – к одному счастливчику.

Ничего. Зато пожилые обладают мудростью, которой не наделена молодежь. Сирот Трентайм тем более приветствует с распростертыми объятьями: они пережили тяготы войны и благодарны спасителям – такие дети вырастут в знающих цену миру взрослых. Такие люди нам и нужны! – приободрил ее Брэндель, мысленно тяжело вздохнув.

Став лордом Трентайма, он многим предложил кров и защиту. От него зависели, на него возлагали надежды, от него ждали действий. С другой стороны, открытый конфликт со знатью – не самое мудрое решение: если нынешнему государственному строю суждена гибель – где гарантии, что на его руинах те же самые люди смогут построить нечто новое? Кто поручится за то, что в новом мире на смену жестокости придет сострадание и человечность?

Эти мысли он пока держал при себе – пока эти люди считают его авторитет абсолютным, но не стоит раньше времени озвучивать такое враждебной к знати толпе.

Амандина все еще колебалась: с одной стороны, ей хотелось, чтобы с ней поспорили или даже отказали, указали на неправоту, но случись так – она бы в нем разочаровалась. Зато чистосердечный и явно импульсивный ответ вселял надежду и успокаивал.

Перед ней несомненно рыцарь: подняв знамена и забрало, не колеблясь и не отступая ни на шаг, он готовится к поединку. Очень хотелось подбежать и поддержать это знамя, помочь ему, не дать последнему лучу надежды погаснуть в сгустившейся над Ауином тьме.

Не всякий жизненный опыт на пользу, да и куда нам столько опыта… – попыталась она было возразить, но по инерции и уже вовсю улыбаясь.

Эх, воистину юность глупа! Куда там – видимо, придется помогать… – с притворным неодобрением покачал головой Босли, радостно сверкнув глазами.

Выйдя на волю после долгого заключения, он как никто другой понимал, насколько изменился Ауин. Нынешнего плачевного состояния дел в государстве хватило бы, чтобы остудить любой патриотизм. От былой горячей преданности королевской фракции не осталось и следа: их поведение наглядно доказало, что пользы государству такие люди не принесут. Былая привязанность переросла в привычку возлагать надежды на следующее поколение – принцессу, но и то скорее по инерции.

Так кто же спасет Ауин? До поры до времени ответа на этот вопрос у Босли не было, но сегодня, услышав Брэнделя, он его получил. Пускай будущее этого парня неясно, но есть в нем что-то, сильно отличающее его от остальных дворян. Воодушевленный, Босли пообещал для начала разослать письма кое-каким старым друзьям и лучшим ученикам, и пригласить их в Трентайм.

Получив решение по проблеме беженцев, Амандина перешла к делам городским. Обновление вышло кратким: Белые львы еще не готовы, и основная проблема в недостатке амуниции. Имеющихся плавильных печей и кузниц не хватает для снабжения целой армии и доспехами, и оружием.

Великолепный градостроительный план Одума все еще жил лишь на бумаге: по словам гнома выходило, что ему совершенно некогда заниматься новым строительством. Вместо того он-де вынужден бешеным козлом скакать по горам, добывая породу, чтобы латать стены да дороги.

Зато серебряный рудник в Шаффлунде работал без перебоев, оставаясь пока главным их источником дохода. При этом Брэндель не забывал вкладывать ресурсы в строительство новых карьеров в Темном лесу. С помощью друидов удалось в рекордные сроки выстроить прямую дорогу до рудника с кристаллами, и пускай поначалу объемы добычи были небольшими, они уверенно росли, и доход из Темного леса медленно, но верно выходил на уровень рудника.

Поступления от остальных ресурсов вроде алхимических реагентов, древесины различных пород, кожи и прочего не шли ни в какое сравнение – здесь восхвалял до небес и радовался только знающий им цену Тамар. Конечно, не без повода: одна помощь Брэнделю в создании зелья Драконьей крови подняла его личный уровень в профессии на целый пункт, позволив достичь 12.

Единственным поводом для беспокойства оставались пересуды о легитимности его правления: как ни велика его популярность, и как ни расти она день ото дня, народ боялся продолжения борьбы за власть и новых войн. Здесь оставалось довольствоваться лишь тем, что большинство признало его правление и как минимум – оценило преимущества по сравнению с Гродэном.

Остальная часть отчета Амандины касалась расширения порта Гри: главной задачей порта стало наращивание торговли. Еще несколько недель назад небольшая рыбацкая деревушка сегодня могла похвастаться двумя большими причалами, способными принять суда размером до галеона. Правда, строительство торгового