Любовь, опаленная огнем - Александр Афанасьев

Первым подал голос сэр Сэухорс Стинкинг, завив, что комиссия завершила работу, и он полностью согласен с миссис Бэйстард Лэйбироуз в том, что девушек в бригаде необходимо обеспечить пятью сортами положенного им по уставу мороженного, и что он, сэр Сэухорс Стинкинг, знает, где этого мороженного много, и что он готов лично и срочно отправиться за ним, заехав по пути в магазин-ателье Хэлен Хэнгг, чтобы высказать обеспокоенность отсутствием поставок качественного нижнего женского белья. Понятное дело, что достопочтимому сэру крайне не хотелось подвергаться порке плетьми, с возможностью последующей гибели от воздействия немецкого оружия. Пролив бальзам на сердце миссис Бэйстард Лэйбироуз публичным заявлением о необходимости заботится о женщинах, он растопил ее ожесточившееся сердце, одновременно купив себе повод красиво смыться и одновременно же подав повод миссис Лэйбироуз для такого же отступления. Она уцепилась за предложенный сценарий и заявила, что займется и вечерними платьями и поиском нормального борделя, а не каких-то там извращенцев. В качестве временного способа решения проблемы, она оставила всю свою одежду и нижнее белье, а также заставила проделать аналогичное всех представительниц и членов всех комиссий, чтобы девушкам из бригады было чем прикрыться от назойливых и похотливо-бесстыдных взглядов немецких солдат и мужчин вообще. Такая постановка вопроса очень огорчила сэра Сэухорса Стинкинга, но спорить он не стал, и в качестве аналогичного жеста он приказал подарить девушкам из бригады имеющиеся у комиссий пишушие принадлежности и чернила, дабы девушки могли и дальше заполнять отчетные формы.

Оставалось найти подходящий повод для драпа историко-экологам. И здесь возникли некоторые трудности. Миссис Катриона Дэйнев с радостью бы ударилась в бегство и так, но ей хотелось сохранить свое лицо. Она тоже хотела уехать с важным видом, что она совершает подвиг. Обещать девушкам туфли она не могла — ибо туфли делались из кожи убитых животных, мороженное и шелковое белье и платья были уже заняты как поводы предыдущими ораторами. Поэтому миссис Дэйнев стояла, закусив губу и мучительно озираясь в поисках выхода. Когда она уже практически созрела для обычного драпа без уважительной причины, Кэт подала ей повод и возможность сохранить лицо. Она указала на какой-то поросшим мохом валун, на котором остались царапины бамперов проскочивших на поциции автобусов борделя, и с умным и очень серьезным видом забубнила что-то про дорожный указатель древних кельтов. Благодарный взгляд миссис Дэйнев не возможно было описать словами.

— Господи! Боже! — воскликнула она хриплым голосом, — Это же знаки самого короля Артура! Мы должны забрать с собой этот менгир и спасти от разрушения гуннами и варварами!

Члены и представительницы ее комиссии дружно вцепились в несчастный валун и выдернули его из земли. Бережно погрузили его в одну из автомашин комиссии. Миссис Дэйнев поблагодарила девушек из бригады за археологическое открытие и пообещала выслать копию будущего науного отчета. Поняв, что и ей придется делать какой-то презент, Катриона Дэйнев распорядилась чтобы все члены и представительницы комиссий оставили девушкам имеемые ювелирные украшения, а также очки, монокли, бинокли и прочую оптику. По поводу украшений — было понятно, что они для украшения девушек, а по поводу оптики Катриона объяснила, что это для того, чтобы девушки имели возможность внимательно смотреть под ноги и не губить окружающую природу неосторожными шагами. После чего колонна автомашин с тремя раздетыми до нитки комиссиями на борту и валуном-артефактом отправилась в обратную сторону на большой скорости.

До начала артиллерийского налета оставалось еще три четверти часа. Пока усталая от волнения Саманта приходила в себя от случившегося, Кэт хозяйским взглядом окинула пятнадцать автобусов оставшихся от военно-полевого борделя и отдала команду загнать технику в укрытия. Из лесу выехали два зондеркрафтфахрцойга Sd.Kfz.251/1, участие которых в маскараде организованном для проверяющих не понадобилось. Видя, что Саманта пребывает в некотором ступоре, Кэт затолкала ее в один из автобусов, и они поехали в сторону тыловых укреплений бригады.

В голове у Саманты вертелась мысль о странных татуировках увиденных на проститутах борделя, но она никак не могла поймать ее за хвост. Все стало на свои места, когда возле капонира, в который Кэт загоняла комфортабельный автобус, к ним подбежала Джоана и сообщила, что убитые служащие борделя, по всей видимости являются одновременно и сотрудниками СС, ибо данные татуировки являются одним из признаков принадлежности к данной германской организации. Заинтересованная известием Кэт, тут же устроила обыск в автобусе и обнаружила под сидениями и в шкафчиках три комплекта военной формы войск СС, пулемет MG-34 калибра 7,92 мм, а также пистолеты-пулеметы МР-40, и документы из которых следовало, что убитые проходили службу в специальном батальоне "Бранденбург".

Взволнованная Саманта бросила взгляд на подруг, и увидела, что Кэт ожесточенно трет свой изящный носик, а на юном лице Джоаны появилась серьезное выражение лица, характеризующее усиленную работу обоих полушарий головного мозга. Наконец лицо Джоаны прояснилось, и она изрекла:

— Я догадываюсь, что задумали немцы! — увидев вопросительный взгляд подруг она продолжила, — Эти эсессовцы должны были ударить нам в тыл, воспользовавшись неразберихой из-за работы комиссии, и по всей видимости захватить орудия и пулеметы бригады, а также трофейную технику. Посеяв хаос в тылу они должны были ударить навстречу наступающим со стороны фронта немцам, чтобы рассечь бригаду надвое или натрое и затем уничтожить по частям. Я думаю, что артиллерийской подготовки не будет.

— Почему? — удивленно спросила Саманта.

— Немцы наверняка слышали стрельбу пулеметов MG-34 калибра 7,92 мм в нашем тылу, и подумали, что диверсанты начали действовать, поэтому они не будут вести огонь по своим, а ждать, пока эсесовцы появятся на вершине холма и начнут движение в сторону линии фронта. Вот тогда они и ударят навстречу. Правда возникает вопрос, сколько они будут ждать. Возможно, если они не увидят своих слишком долго, то они начнут обычное наступление с артналетом и авиацией. У меня есть идея, правда из-за нее мы останемся без обеда. Что вы по этому поводу думаете?

Вместо ответа на вопрос в животе у Саманты громко и требовательно заурчало, от чего она покраснела и замялась, и вопросительно посмотрела на Кэт.

— А чего я? — воскликнула Кэт, — как решишь, так и будет!

Саманта задумалась и посмотрела на Джоану, которая аж подпрыгивала в ожидании ее ответа. Отказать подруге? Джоана же, как ребенок! В конце концов, семь бед — один ответ! И Саманта произнесла: