Туман войны - Алексей Колентьев

Вернув Мурзину оружие, я выложил из мешка на стол радиостанции. Бойцы заинтересованно стали разбирать продолговатые коробочки и разматывать собранные в жгуты провода гарнитур. Как я и предполагал, рации были американскими, производства фирмы «Motorola», с гарнитурой «свободные руки». Пользоваться такой техникой мне приходилось лишь пару раз, но ничего сложного тут не предвиделось: тангента крепится на палец любой руки, обруч с динамиком микрофона — на шее, плотно прилегает к горлу и улавливает даже произнесенное шепотом, чувствительный динамик наушника с хитро изогнутой дужкой — за левым ухом и совершенно не мешает, сама радиостанция удобно удерживается на разгрузочном жилете тугими зажимами. Быстро разобравшись в довольно простых органах управления, бойцы закрепили новые приблуды кому где понравилось. Я свою пристроил в пустующий подсумок на левом боку, наглухо застегнув металлическую защелку, так что наружу торчали лишь небольшой толстый черенок антенны и ролик настройки, работавший также как выключатель. Теперь в большом и громоздком коробе штатной рации необходимость отпала, Дуга сможет взять еще немного патронов, а они, судя по всему, не будут лишними.

Закончив довооружаться и приводить себя в порядок, я раскинул на столе планшет с картой и принялся доводить до бойцов план операции, попутно ставя задачи:

— База имеет три кольца охраны, первое из которых — пешие досмотровые команды, по три бойца с рациями, общей численностью до двадцати человек. Ходят вдоль известных троп, шарят по кустам, но далеко от протоптанных дорожек не отклоняются, чуть что открывают огонь. Кроме того, судя по имеющимся у нас данным, в сельву раз в сутки выходят разведчики, обычно группами по двое-четверо. Эти лазят везде, наша задача миновать и тех и других, не привлекая к себе внимания, в крайнем случае работать только бесшумным оружием, трупы тщательно прятать. Пока все понятно?

— Вопрос можно?

Это поднял руку Седельников, в лохматом балахоне походивший на ожившую замшелую корягу. Дождавшись моего кивка, Вампир спросил:

— А данные надежные, они точно парами ходят?

— Без понятия, сам не проверял. Но информация выглядит достоверно. Местные так и делают, а учили их наши сегодняшние «коллеги», так что, думаю, все верно — парами выходят.

Вампир кивнул и опустил взгляд на карту, запоминая изгибы рельефа, ориентиры. Поняв, что вопросов больше ни у кого нет, я продолжил:

— За досмотровыми группами и разведчиками идет сеть минных заграждений. Поля сложные, смешанного типа, проходы нам неизвестны. Будем либо грызть самостоятельно, либо проследим за возвращающимися патрульными и пойдем по их следам. Пользуемся приборами ночного видения, старайтесь не слишком часто использовать активную подсветку. Третьим номером идут наблюдательные вышки и секреты на земле. Последние обозначены на карте, маршрут пройдет в обход двух из них. При приближении будьте внимательны — возможно, выставлены управляемые минные заграждения или сигналки. Лучше будет, если их не зацепим. Последним номером идут три ряда сетки Рабица с камерами наружного наблюдения. План проникновения следующий. Вампир, ты идешь с нами через первое кольцо охраны, затем отделяешься и, обходя лагерь с северо-запада, начинаешь продвигаться к хозяйственным постройкам и топливохранилищу. После чего сильно шумишь и вызываешь на базе панику.

— Понял, — глаза Седельникова недобро сверкнули, он непроизвольно облизнулся. — Кошмарить — это я могу…

— Андрюха, — я предупреждающе поднял ладонь на уровень лица «солиста», — кошмарить начнешь строго по сигналу, нам нужно пройти за вторую линию периметра и выйти к ограждению. До тех пор — сдержись, ясно?

Вампир кивнул, в глазах его читалось недовольство, но в том, что он выполнит приказ, я не сомневался.

— Никита, — я привлек внимание Мурзилки, — ты у нас работаешь глазами и прикрываешь меня и Славу. По пути нам попадается одна из наблюдательных вышек. Расстояние от нее до самого дальнего здания в периметре — не более ста тридцати метров, твоей «машинке» должно хватить за глаза. Единственное «узкое» место — это вертолетная площадка, до нее от твоей будущей позиции триста пятнадцать — триста двадцать метров. Если придется работать по целям — вали их до того, как начнут удаляться к этому пятачку. А когда кто-то подходит к нам близко, его бьешь без разговоров. Коли просто крутится неподалеку, шепни словечко и предупреди, решим по ситуации.

— Сделаем, это не сложно. Есть у меня пара идей, потом сам увидишь. — Мурзин как-то особенно нежно прижал свое странное оружие к груди.

Я не стал уточнять, что он имел в виду, и продолжил:

— Дуга, ты прикрываешь наш отход, поэтому сам смекай, где сесть. Отходить будем по моей команде, кодовое слово — «вьюга», на общей частоте. Отходим вдоль западной дороги, ведущей к побережью. Саня, — я посмотрел на сосредоточенно черкающего в своем планшете огрызком карандаша пулеметчика, — советую выбрать позицию на склоне одной из сопок, там их пять. Займи северо-восточный склон, так сможешь выбрать сектор огня градусов в сто пятьдесят, тогда почти вся тропа будет как на ладони. Сбей преследователей на транспорте, это все, о чем я прошу. Минировать дорогу запрещаю, мобильным патрулям наверняка приданы отделения инженерной разведки, эти кроты на раз обнаружат закладку. Потом уходишь в одну из точек сбора, по обстоятельствам. Точки сбора, соответственно, в квадратах двадцать два и двадцать восемь, контрольный срок ожидания — до 05:00 первого дня весны. Если что — сигнальте для обозначения себя на местности фонариком. Ставьте красное стекло, потом дадите три коротких вспышки в сторону опознаваемого. Первая площадка идет как основная. Туда идем, если не организовано преследование. Это небольшая поляна, сможем привести себя в порядок и спокойно дождаться встречающих. Кто пришел первым, делает как обычно: предупреждает криком совы, если будем вне зоны прямой видимости друг друга. Вторая точка — это почти что побережье, там стоим насмерть, кто уцелеет — едет домой. Выйти в точки эвакуации нужно до 04:00 первого же марта. По истечении контрольного срока идем своим ходом по одиночке, используя запасной комплект документов и легенду, канал отхода по плану — «Меркурий». Ближе всего выйти к рыбачьим поселкам, можно затаиться у местных жителей на явках EFPLC, но это на крайний случай. Восточные области не шерстят так сильно, там вполне реально пересидеть облаву. Вопросы, жалобы, предложения?

Последняя фраза является традиционной при окончании инструктажа, нечто вроде молитвы на удачу. Когда часто ходишь по краю, придаешь большое значение мелочам, в частности вот таким формальным обращениям. Еще курсантом я поинтересовался у одного из инструкторов, какой смысл в этих словах, если это чистой воды суеверие. Тот рассказал мне старый анекдот про раввина и отчаявшуюся Сару, где все сводилось к формуле «если не поможет, то уж точно не навредит».

Дав команду на построение, я проверил собственную снарягу и навинтил глушитель на ствол своего АКМ. Выбор так и так был небольшой — пули для бесшумной стрельбы не отличаются особой надежностью. Но по сравнению с тем же девятым миллиметром это меньшее из двух зол. Просто придется стрелять одиночными, а строчить очередями только в самом крайнем случае. Цевье и неподвижные части я замотал тряпками, поскольку большую часть пути предстояло проделать ползком. Прихватил одноразовый «граник», приторочив зеленый тубус «мухи»[105] слева за спиной.

Ребята построились в походную колонну, направляющим встал Славка, следом за ним шли Вампир, Мурзилка и Дуга. По традиции размявшись и послушав шаг друг друга, двинулись по тропе к северному выходу из лагеря. Провожать нас никто не вышел, что, в общем-то, было даже хорошо. В лагере наверняка сидели агенты местной полиции или армейской разведки, поэтому выйти нужно было как можно тише. Я встал в хвост колонны замыкающим, как делал это уже не в первый раз. Командир не часто ходит впереди, на боевых это большая редкость. Дорогу от лагеря к развилке Славка со своими саперами излазил вдоль и поперек и отлично знал местность на десяток километров вокруг.

— Мигель!..

Я чертыхнулся про себя: оборачиваться и тем более видеть бегущую от своего домика в нашу сторону Аниту совершенно не хотелось. Девушка довольно быстро нас догнала, но группа продолжала мерным шагом удаляться в сторону джунглей. На тропе остались только я и она. Со стороны мы, видимо, смотрелись как странная, почти сказочная пара: лохматая зеленая фигура с уродливым пучком травы вместо лица и двумя провалами глаз и стройная черноволосая девушка в белом льняном платье до колен. Анита вцепилась мне в плечи, но руки ее скользили по костюму. Она опустила их вдоль туловища, в бессильной тоске глядя в прорези моей маски, словно тщилась уловить что-то в моих глазах.