Бойся тьмы - Александра Айви

Она провела ногой по его бедрам, отчего потерлась о длину естеством, одновременно покусывая ключицу Кейна.

— Как и я, — заверила Касси, облизывая его сосок.

По телу пронеслось чувственное блаженство, от которого Кейн, с дрожащим стоном, прижался лбом к ложбинке её груди.

— Осторожнее, малыш. Я на волосок от возгорания.

Касси замерла.

— Это гиперболизация, да? Ты ведь не собираешься по-настоящему возгораться?

— Зависит от того, что ты подразумеваешь под «возгоранием», — проговорил он, заводя ей руки за голову.

Он посмотрел в изумрудные глаза, потемневшие от желания, а затем прижался к ее губам в откровенно-изголодавшимся поцелуе.

Он вновь и вновь дразнил ее губы, потираясь бедрами о ее сердцевину в такт нежных стонов Каси.

— Кажется, я начинаю понимать, — выдохнула она, когда Кейн прослеживал дорожку поцелуев по ее щеке, шее и грудям.

Не совсем убежденный, что она близка к возгоранию так, как хотел, Кейн спустился ниже по плоскому животу, задерживаясь на секунду, чтобы поддразнить пупок, затем скользнул на край кровати и развел ноги Касси.

Волк Кейна рвался на волю, стремясь отметить женщину, которая теперь связан с ним. Но, к счастью, человек не намерен был этого допустить.

По крайней мере, пока.

С педантичной нежностью, Кейн проследил поцелуями ногу Касси до самых пальчиков, глубоко вдыхая аромат шелка и лаванды.

Чистое волшебство.

Кейн сделал тоже самое с другой ножкой, затем отстранился, чтобы налюбоваться Касси.

— Ты такая красивая, — пролепетал он, проводя пальцами по внутренне стороне ее бедер.

Касси дрожала и стонала, наполняя уши Кейна музыкой.

— Чего ты ждешь?

Он проследил пальцами по ее коже совсем близко к влажному жару.

— Ожидание тоже веселье.

Касси что-то пробормотала себе под нос, бросив взгляд на Кейна.

— Кейн.

Он спрятал улыбку, вызванную ее румянцем и блеском глаз.

— Да, любовь моя.

— Ты специально меня мучаешь?

Он сделал вид, что задумался.

— Да, думаю так и есть.

Она прищурилась.

— Знаешь, я ведь тоже могу сгореть

Он вздохнул в притворном неверии, а затем запрокинул голову и рассмеялся от чистейшего удовольствия.

— Ах, Касси. Ты по истине оригинальная.

Она приоткрыла рот, но прежде чем продолжила спорить, Кейн накрыл губами самый центр ее удовольствия.

Чтобы она ни хотела сказать, слова потонули в стоне, а сама Касси упала на матрас под натиском ласк языка и зубов Кейна, поднимая бедра в молчаливой мольбе удовольствия.

Кейн вновь навис над Касси, и застонал, когда она обернула пальчики вокруг его ноющей длины.

— Дьявол, — выдохнул он, стоило ей погладить член до основания и вновь вернуться, чтобы поддразнить головку. — Ты меня убиваешь.

Она выгнула брови в насмешке, а в глазах тлело желание.

— Предвкушение — часть удовольствия.

Он склонился и коснулся ее губ своими.

— Касси, ты меня мучаешь?

Ее улыбка была невиннее самой Евы.

— Да, думаю так и есть.

Он вновь прикоснулся к ее губам, затем приподнял ее бедра с тихим стоном и проник в ее тело одним плавным движением.

Касси вонзила ноготки в его плечи, обернула ноги вокруг талии Кейна, когда он начал медленно двигаться.

— Моя пара, — прошептала она, и эти слова осели глубоко в сердце Кейна. — Наконец-то.

Он поцеловал ее с непоколебимой решимостью.

— Навеки.

Шесть часов спустя Касси так и не попала в душ, но совсем на это не жаловалась.

Она лежала в путанице мятых простыней и, обнимающего ее, мужчины, положив голову на широкую грудь Кейна и бесцельно вырисовывая узоры на его коже.

С самого первого поцелуя, Кейн стал для нее волшебным любовником. Химия между ними не имела ничего общего с судьбой, магическими связями или старомодной похотью.

Но не стоило спорить, что их связь вознесла удовольствие почти на невероятные высоты.

И теперь Касси была истощена во всех смыслах. Ну, в основном, с весельем поправила она сама себя. В теле ощущалась такая истома, что лишь мысль о том, чтобы двинуться заставляла стонать. А вот разум…

Глупое вещество отказывалось плыть на воне удовольствия, как сама Касси. В голове продолжали роиться вопросы, требующие ответов, отказываясь оставлять Касси в покое.

Она думала, что Кейн уснул, поэтому Касси не ожидала, когда он скользнул пальцем под подбородок и наклонил голову, чтобы всмотреться в её бледное лицо.

— Тебя что-то беспокоит.

Ей пришлось сосредоточиться, чтобы не отвлечься на мужскую красоту Кейна. Милостивый Боже.

В его светлых волосах играли лучи заходящего солнца, а глаза сверкали ярче сапфиров. Без сомнения Кейн по красоте мог бы соперничать с самим Адонисом.

— Сейчас тревожные времена, — ей удалось уклониться от прямого ответа.

Он стиснул зубы от неожиданной вспышки раздражения.

— Не смей, — предупредил он плоским тоном.

Касси моргнула.

— Извини?

— Ты, без сомнений, худшая обманщица из виденных мной.

Касси села, впиваясь взглядом в безжалостное выражение лица Кейна.

— Эй.

— Поверь, милая, это комплимент, — произнес он, закидывая руки за голову. — Но это значит, что меня ты не проведешь. Кроме того, по нашей связи я чувствую твое беспокойство.

О!

Касси была так очарована очевидными преимуществами их связи, что даже не задумывалась о недостатках. Она выдохнула, понимая, теперь поздно сожалеть, что привязала этого великолепного Вера к своей безумной жизни.

Это было без сомнения неизбежно.

— Полагаю, замечательно, что у меня нет тонным секретов, которые я бы хотела сохранить.

Кейн резко обхватил затылок Кассии притянул к себе, впиваясь в губы собственническим поцелуем.

После чего произнес у самых ее губ:

— Мне не нужна брачная связь, чтобы раскрыть твои секреты.

Касси задрожала от страсти, хотя была уверена, что слишком утомлена для такого.

— Нет? — выдохнула она.

Он прикусил ее нижнюю губу, наполняя чувства своим ароматом, чтобы заклеймить Касси.

— Я более креативными методами могу заставить тебя говорить.

Уловив в его глазах самодовольную радость на ее возбуждение, Касси скользнула рукой вниз — не забывая прикоснуться затвердевшими сосками к его груди — чтобы обхватить ладонью налитый член Кейна.

— Делай, что пожелаешь, я тебя не боюсь.

Кейн застонал, закрывая глаза от наслаждения ласками Касси.

— Ах, и сильные мира могут пасть.

Она склонила голову, когда Кейн начал целовать линию ее подбородка, прежде чем скользнуть на чувствительную шею.