Обман - Алеата Ромиг

С глубоким вздохом я накрыл нас одеялами.

Внезапно Чарли́ ахнула и напряглась. Затем она повернулась, ее маленькие ручки скользнули вверх по моей груди и обхватили мое лицо. В темной комнате ее глаза открылись, моргая, как будто она не могла понять, что видит.

— Т-ты здесь? — ее голос был хриплым от сна.

Я поцеловал ее в лоб и кивнул, мои поцелуи дождем посыпались на ее нос и, наконец, на губы.

— Да, принцесса, я здесь.

— Но почему? Ты же в Вашингтоне.

— Нет. Я был в Вашингтоне. Теперь я здесь. Ты важнее всего, чем что-либо там.

Она покачала головой.

— Тебе не следовало этого делать. Я не хочу прерывать твою работу.

Я притянул ее ближе, мягкий материал ее топа почти не прикрывал бусинки, в которые превратились ее соски, теперь прижатые к моей обнаженной груди. — Никогда, никогда не думай, что есть что-то более важное, чем ты. Ты была расстроена.

Чарли́ продолжала двигать головой взад и вперед.

— Нет, Нокс. Это то, что он сказал. Я не хочу так с тобой поступать. Я расстраиваюсь. Ты не обязан заботиться обо мне или спасать меня.

Он сказал?

— Я не обязан, — подтвердил я. — Я хочу этого. Я хочу быть рядом с тобой, когда ты расстроена, когда ты счастлива… — Мои руки блуждали по ее спине и по ее круглой попке. — …и всякий раз, когда ты дышишь.

Чарли́ вздохнула, прижимаясь ко мне, и склонила голову мне на грудь.

— Спасибо тебе.

Я начал было спрашивать ее, о чем она говорит, но по тому, как ее тело идеально прилегало к моему, как ее дыхание выровнялось, и как она расслабилась в моих руках, я позволил ей уснуть.

— Люблю тебя, принцесса.

Ее невысказанная удовлетворенность была всем, что мне нужно.

Глава 25

Пятнадцать лет назад

Орен

Люди пробирались между столами, занимая стулья. Я наблюдал, как некоторые это делали агрессивно. В будний вечер маленький ресторанчик в глуши был переполнен. Это считалось местным сокровищем. Туристам нравились новые яркие места, но именно здесь собирались местные жители, поэтому еда и напитки никогда не разочаровывали. Со своего наблюдательного пункта я мог видеть комнату целиком. В основном ресторан был заполнен парами, потягивающими вино и оживленно беседующими. Вот что делали пары: они наклонялись друг к другу и делили свое пространство, свое дыхание.

Если бы я был дома, я мог бы это сделать. Хотя, кого я обманывал? Скорее всего, нет.

Я снова взглянул на часы. Я пришел пораньше, ожидая Винсента. Это была одна из тех встреч, которые я не мог или не хотел пропустить. С тех пор как он возглавил семейный бизнес, мои командные выступления требовались реже, чем при режиме Кармайна. С тех пор как Кармайн скончался, каким-то образом менее частые просьбы Винсента почему-то стали казаться более значимыми, как будто каждая из них была чрезвычайно важна.

Не имело значения, что было почти десять часов или что я обещал Анджелине вернуться домой сегодня пораньше. Мой брак и его счастье волновали кузена Анджелины меньше, чем ее дядю.

Винсент был поглощен прибылью, деньгами и поддержанием их потока.

Мир менялся, и моя попытка заняться законным бизнесом стала тем толчком, который требовался Костелло. В то время как его отец придерживался более старой школы, Винсент был моложе — моего возраста — и видел многообещающие пути для будущего: новое тысячелетие и технологии.

Семьи больше не нуждались в людях на каждом углу, наблюдающих из тени. Технология наблюдения была новым ответом. Один человек мог наблюдать за десятками и более деловых мест. Можно было слышать разговоры, все, вплоть до падения пера. Скрывать секреты становилось все труднее и труднее, и Винсенту это нравилось.

Ребята моложе нас восхищались его стойкостью и смекалкой. Винсент расширял бизнес, включая другие семьи, которые его отец игнорировал.

Я должен был признать, что кузен Анджелины умен. У него также была спокойная голова. Смертельная комбинация.

Семьи были не единственными, у кого была возможность слушать и записывать. Черт возьми, федералы делали это с ними в восьмидесятых. Теперь это было более изящным и утонченным и не требовало грубой силы прежних времен. Камеры и жучки подняли на поверхность огромное количество грязи. Как говорится, знание было силой.

Винсент Костелло был одержим властью.

Я посмотрел на экран своего Блэкберри. Маленькое портативное устройство было современным по нынешним меркам. Я мог проверять электронную почту, просматривать информацию о своих компаниях, просматривать акции в режиме реального времени и даже отправлять сообщения своей жене.

Проблема заключалась в получении сообщений от Анджелины. Она должна была отправить их первой.

Из своего офиса на Манхэттене я написал ей после звонка Винсента и объяснил, что у меня нет времени ехать домой в Уестчестер, а потом возвращаться в Бруклин. Самое большее, я пробыл бы дома час или