Вся кремлевская рать. Краткая история современной России - Михаил Зыгарь

На этот раз она провалилась вновь. Как описывает в своей книге Соня Кошкина, Янукович вел себя так, как будто ничего не произошло, как будто он по-прежнему президент и его все еще кто-то слушается. Губернатор Харьковщины Михаил Добкин счел его поведение неадекватным и убеждал Януковича не появляться на съезде. Более того, сказал, что не гарантирует его личную безопасность.

Тем не менее Янукович всерьез размышлял над расколом страны. Вечером он собрал вокруг себя старых единомышленников и задал им вопрос: «Придумай название для страны?» «Китай», — пошутил один из собеседников. «Китай уже есть», — серьезно произнес другой. «Издеваешься?» — разозлился Янукович.

Наутро 22 февраля Янукович узнал, что ночью киевляне захватили его любимую резиденцию Межигорье. Затем он записал телеобращение, в котором сказал, что произошедшее в стране — это «бандитизм, вандализм, государственный переворот».

Затем случился, возможно, последний поворотный момент. Сбежавший из столицы президент подъехал к Харьковскому дворцу спорта, где должен был проходить съезд депутатов, вышел из джипа и направился ко входу. В этот момент у него зазвонил телефон. После короткого разговора Янукович остановился, вернулся в машину и уехал.

Съезд не состоялся — к зданию прорвались футбольные фанаты, поддерживавшие Евромайдан. Вся харьковская городская верхушка спаслась бегством.

Янукович отправился в донецкий аэропорт, но местные пограничники отказались выпускать его Falcon в Россию. Тогда Янукович поехал на автомобиле в Крым. Там он отпустил охранников и взял курс на побережье, где его подобрал российский вертолет.

В следующий раз Янукович появился на публике только через неделю, 28 февраля, в России. В ходе пресс-конференции в Ростове-на-Дону он производил впечатление неадекватного человека, все еще утверждая, что он единственный легитимный президент. Во всем произошедшем он винил радикальную оппозицию, «фашиствующих молодчиков» и «международных посредников», которые его предали.

Несмотря на разочарование в Януковиче, в Кремле разделяли его отношение к роли западных посредников. «Он подписал соглашение, дал приказ о выводе полицейских, оставался в стране. Европейские посредники обещали быть гарантами выполнения соглашения. То, что случилось, — просто вопиющая ситуация. Невиданное доселе развитие событий — это была прямая угроза для России», — анализирует Дмитрий Песков.

23 февраля Олимпийские игры в Сочи закрылись. В последние три дня российская сборная получала по две золотых медали в день и закончила Олимпиаду на первом месте в общекомандном зачете. Это был общенациональный триумф.

Однако в Кремле были заняты совсем другим. Владимир Путин уже принял решение о начале операции в Крыму.

«Парадокс этих Олимпийских игр в том, что они оказались одними из лучших игр в истории. Но они в общественном мировом сознании прожили несколько суток. Жирная печать Украины все перечеркнула», — вздыхает Песков.

Сам Путин, подводя итоги Олимпиады, говорил, что не сомневался в предубеждении Запада: «Есть когорта критиков, они далеки от спорта, они занимаются конкурентной борьбой в сфере международной политики. Они использовали этот олимпийский проект для достижения своих собственных целей в сфере антироссийской пропаганды. Чего бы мы ни говорили и как бы мы ни пытались кого-то переубедить, это невозможно, потому что у них другая работа, у них другая цель».

«Их цель — избавиться от Путина, — уверен Песков. — Однозначно он им некомфортен. Слишком строптива Россия при Путине, не склонна к уступкам, они готовы делать все, чтобы от него избавиться. Мы чувствовали это и раньше, но после Украины все по-другому. После Украины сброшены дипломатические маски. Раньше противостояние было упаковано в дипломатическую фольгу, а сейчас фольга содрана».

В 1980 году начало войны в Афганистане испортило праздник, к которому Советский Союз готовился не один год, — Олимпиаду-80 в Москве. 65 стран, в том числе США, Великобритания, Канада, ФРГ, Турция, Япония и даже Китай, бойкотировали Олимпийские игры. Бойкота Олимпийских игр в Сочи в 2014 году не случилось — крымские события начались сразу после окончания Олимпиады. Однако спортивный праздник вновь был испорчен.

Глава 17

В которой министр обороны Сергей Шойгу отомстил за Афганистан и Николая I

Сергей Шойгу любит говорить, что с детства мечтал стать дальнобойщиком: только он абсолютно свободен и зависит только от себя. Нынешний министр обороны — рекордсмен по пребыванию во власти, он потерял свободу и независимость еще в 1991 году.

Шойгу всегда, даже не будучи министром обороны, вел себя как человек военный: армейские шутки, дисциплина, жесткий тон разговора, любовь к порядку — все это про него. Даже на фоне «чекистов» он выглядит куда более брутальным — он все-таки не филолог по образованию, а строитель.

У Шойгу идеальная для политика репутация — но он ее никогда не использовал. Он, собственно, и не политик. Он военный, всегда четко выполняющий приказ.

В 2006 году на съемке телепрограммы подросток задал Шойгу, тогда еще главе МЧС, вопрос: «Представьте, что мы все в самолете и он падает. Что бы вы скомандовали делать?» Шойгу, не задумываясь, ответил: «Ничего. Он ведь все равно падает».

Босс

Назначив Сергея Шойгу министром обороны, Владимир Путин посоветовал ему посмотреть два сериала: Boss и House of Cards. «Тебе будет полезно» — так отрекомендовал фильмы президент. Ясно, почему они нравились Путину: они утверждали его во мнении, что западные политики — обычные циничные подлецы, все их слова о ценностях и правах человека не стоят выеденного яйца и нужны лишь для того, чтобы бороться с врагами. Шойгу полностью разделял предубеждения Путина.

Новый министр обороны всегда был максимально лоялен Путину, хотя его карьера началась задолго до того, как Путин переехал в Москву. Вообще, в путинском ближнем круге не было второго такого долгожителя, как Шойгу. Он стал федеральным министром еще в 1991 году, когда Владимир Путин работал советником мэра Петербурга Анатолия Собчака. Сначала Шойгу с нуля создал корпус спасателей, потом вырастил из него «министерство катастроф» — мощную и эффективную спецслужбу. В 1992 году Шойгу был посредником при урегулировании грузино-осетинского конфликта, занимался вывозом российских беженцев из Таджикистана.

Однако свой опыт Шойгу старался вообще никогда не выпячивать. Тем более что отчасти именно ему Путин был обязан своим президентством: популярный глава МЧС в 1999 году возглавил избирательный список пропутинской партии «Единство», которую придумали Березовский и Волошин. Успешный результат «Единства» (второе место) фактически гарантировал Путину победу на президентских выборах, так как уничтожил конкурирующий тандем Примакова — Лужкова. Однако это не принесло создателям партии ни дивидендов, ни благодарности Путина. Березовский через год уехал в добровольную эмиграцию в Лондон, почти все губернаторы, составившие костяк «Единства», тоже в скором времени лишились своих должностей. И у самого Шойгу в первые годы президентства Путина тоже было далеко не все в порядке.

Лидер «Единства» был категорически против слияния своего детища с блоком «Отечество — вся Россия», затеянным Владиславом Сурковым. Однако мнение министра Кремль решил проигнорировать, хоть Шойгу и получил символический пост сопредседателя «Единой России» (наряду с побежденными им мэром Москвы Лужковым и президентом Татарстана Шаймиевым).

Еще сложнее складывались отношения Шойгу с новой путинской элитой — бывшими сослуживцами Путина по ФСБ, которые взяли верх в новой администрации президента. Авторитетный силовик из ельцинской команды оказался для них естественным противником. Лидером «Единой России» на выборах в Думу 2003 года стал уже не Шойгу, а новый министр внутренних дел Борис Грызлов, совершенно нехаризматичный, но послушный исполнитель, одноклассник директора ФСБ Николая Патрушева. За полгода до выборов, в июне 2003 года, Грызлов начал мощную пиар-кампанию — борьбу с коррупционерами в рядах собственного ведомства. Образ сурового, но справедливого милиционера должен был понравиться избирателям. Разоблаченных сотрудников МВД в прессе называли «оборотнями в погонах». Однако руководителем преступной группы неожиданно оказался вовсе не милиционер, а генерал МЧС, ближайший подчиненный Сергея Шойгу. Зарабатывая предвыборные очки, глава МВД попутно «закапывал» собственного товарища по партии.

Партию трясло. В ней ходили слухи, что арестованный подчиненный Шойгу дал показания против своего босса, более того, признался на допросах, что самолеты МЧС ввозили в Россию наркотики из Таджикистана. Эти слухи остались слухами, но положение министра сильно пошатнулось.