Ученик некроманта. Мир без боли - Александр Гуров

– Что с тобой, Ливуазье? – подскочил к Веридию Бенедикт и схватил герцога за руку, заставив его стоять смирно и не шататься из стороны в сторону. – Своим видом и поведением ты ставишь под удар не только меня, но и свою спутницу. Убирайся отсюда, пока не накликал беды.

– Как ты со мной разговариваешь, плебей? – напрасно пытаясь сфокусировать на священнике мутный, невидящий взгляд, промычал Веридий. – Ты забыл, что я твой Мастер, а ты…

– Тише! – шикнул на Ливуазье Бенедикт и окликнул городскую стражу, дежурившую на площади. – Офицеры! Отведите господина герцога домой, ему нездоровится.

– Я чувствую себя превосходно! – возразил Ливуазье, но стражники, повинуясь молчаливому кивку Бенедикта, подхватили герцога подмышки и поволокли в сторону его усадьбы. Вампир бессознательной тушей повис в их руках и не выказывал никаких попыток к сопротивлению, а позже, когда его уже вывели с площади, даже уснул.

– Мне говорили о двух живых, – обратился Бенедикт к Энин, когда опасного для конспирации Ливуазье утащили с Торговой площади. – Мы ждали только вас, но я не могу и дальше оттягивать час отправления. Сколько ей надо времени?

– Второй не будет, – пытаясь придать голосу максимальной твердости, ответила колдунья.

– Тогда отправляемся, – облегченно выдохнул Бенедикт и дал сигнал стражам и святым братьям. – Через две недели будем у границы, если, конечно, Эстер убережет от напасти, трупоедов и неупокоенных, – обнадежил священник, взял симпатичную, правда, слегка растрепанную девушку под руку и заговорил лилейным голосом, которым так легко подкупал прихожанок: – Скажи свое имя, дитя мое…

Странствия Энин начались. И не только Энин, но и чумы, которую она несла в себе.

Прорицание пятое

Вдалеке приглушенно слышался шум падающей воды. Уже по-зимнему морозный ветер приносил мелкие капли и свежий речной аромат, который смешивался с запахом древесной смолы и прелых листьев.

Команда Назарина ждала, кое-как скрывшись в предлеске, в котором деревья уже сбросили листву и служили плохим прикрытием. Прорицателя это не заботило, умелая ск'йере неоднократно доказала, что без труда собьет со следа любую погоню.

Зарахат тем временем зорко наблюдал за ночным, уже начинающей светлеть небом, будто ожидая, что там появиться обещанный ему дракон, Хананк отрывисто, высекая искры, водил точильным камнем по мечу, Лайра мялась на месте и теребила молочно-белые локоны своих волос, а Назарин пристально смотрел на каменную глыбу пограничного форта с множеством округлых башен-донжонов и высокой крепостной стеной – надежный оплот для людей, но лишь в том случае, если на приступ не пойдут многотысячные армии мертвых. Но прорицатель позаботится о том, чтобы эти армии никогда не покинули Хельхейм.

Оторвавшись от лицезрения непреступных бастионов, Назарин посмотрел на фею и тихо сказал:

– Ты больше не нужна нам, Лайра. Можешь идти туда, куда пожелаешь.

– Что значит «больше не нужна»? – едва не переходя на крик, выдавила ск'йере и взглянула на кхета, будто в нем выискивая поддержку. Хананк пожал плечами и сделал шаг вперед, встав между прорицателем и феей. По виду его было несложно догадаться, что он не желает, чтобы Лайра покидала их команду.

– Так и быть, – вздохнул Назарин. – Но, Хананк, такой поступок не сделает нам ничего доброго. Хотя, конечно, ее лучше держать при себе. У женщин длинные языки.

– Не длиннее, чем у тебя! – огрызнулась ск'йере.

– Ладно, ладно, – добродушно улыбнулся Назарин. – Нам пора. В Форте мы должны быть до рассвета.

Когда спутники: мастер меча – Хананк, драконоборец из Горгорота Зарахат, небесная фея Лайра и предводитель всей компании Назарин, остановились у запертых ворот, на востоке уже разгоралось ало-красное рассветное солнце.

Прорицатель трижды постучал в створки ворот, и уже спустя мимолетное мгновение в них открылось смотровое окно.

– Доброе утро, Райль, – поприветствовал караульного Назарин и, не обращая внимания на недоуменное лицо стража, протянул в окно пергамент. – Возьми и отнеси его Марку. Он уже читал подобное письмо, но с интересом прочтет еще раз.

Райль принял пергамент, захлопнул окно и, оставив караульный пост на других стражей, поспешил с докладом к капитану. Будить Марка с самого утра не входило в его планы. Если капитан встанет не с той ноги, рвать и метать он будет весь день. Но пришелец так удивил Райля, что тот даже не задумался над тем, чтобы отправить наглеца на все четыре стороны.

На удивление, прочитав письмо, Марк не стал гневаться, а велел тот час привести к нему неизвестного. И уже спустя четверть часа Назарина провели в кабинет капитана. Войдя в комнату, прорицатель окунулся в призрачную полутьму, царившую в пенале капитанских покоев. Марк сидел за своим столом и на его бледном лице отражался свет, льющийся от одинокой свечи в посеребренном канделябре. Но ее света было недостаточно, чтобы осветить весь кабинет, потому как в виду наступивших морозов ставни, плотно закрывшие окна, не пропускали рассветные лучи.

Назарин, не представляясь, прошел в глубь комнаты и сел напротив капитана. Марк небрежным, размашистым движением взял графин с вином и наполнил два бокала, затем оценивающе осмотрел пришельца и только после этого спросил:

– Итак, чем обязан твоему визиту?

– Думаю, вам будет интересно услышать, каким даром я обладаю? Так вот, я тот, кто ведает будущее, я – прорицатель, – сказал Назарин.

– Даже так? – наиграно изумился капитан и взял в руки бокал, жестком предлагая гостю угощаться. – И чем ты можешь это доказать?

– Значит, бумаг от Храма и моих слов не достаточно… – не спросил, а констатировал прорицатель. – Что ж, я докажу свой дар одним прорицанием, которое сбудется в считанные минуты.

– Я слушаю, – улыбнулся капитан, но не глазами, а кончиками губ. Он не верил в пустые слова, зато был наслышан о шарлатанстве храмовников.

– Солнце сегодня не взойдет, – нарочито важно заговорил прорицатель. – Но тебе, Марк, будет мало этого, чтобы поверить в мой дар. А вот когда, постучав в дверь, в комнату зайдет солдат и заговорит о целителе, но, не досказав, упадет замертво, а ты внемлешь моим словам.

– Эх, молодой человек, – вздохнул офицер, и теперь его губы изогнулись в самой издевательской улыбке, на которую только Марк был способен, – шутки шутить изволите? Люди просто так не гибнут. Да и не может такого случиться, чтобы солнце не взошло.

– Тем проще будет вам поверить в правдивость моих слов, – пожал плечами Назарин и подошел к окну. – Приглашаю вас открыть ставни, чтобы убедиться в том, что я не вру.