Неукрощенная - Элизабет Лоуэлл

– Доминик!

Доминик бросился к ней и подхватил ее. Рыжий, ругаясь, махал мечом. Он хотел ухитриться сразить Доминика и Мэг одновременно. Доминик отражал удары. Но сражаться одной рукой, другой прижимая к себе Мэг, даже ему было нелегко.

И все же он отбил и первую, и вторую атаку Рыжего. Но в третий раз Доминик покачнулся и, падая, закрыл своим телом Мэг. Рыжий торжествующе завопил и занес руку для последнего смертельного удара. Вдруг Доминик вскочил с земли и точным, быстрым движением перерезал Рыжему горло. Его враг был мертв.

Доминик отбросил меч, встал на колени и наклонился над лежащей Мэг. Ее лицо было бледно, сердце почти не билось. Вокруг кипел бой, но Доминика занимала только его жена.

– Мэг, – сказал он с дрожью в голосе. – Ты ранена?

Мэг медленно открыла глаза. Свет от костра падал на серебряную булавку. Мэг посмотрела в хрустальные глаза Волка и вздохнула. Дрожащими пальцами она дотронулась сначала до Волка Глендруидов, потом до воина, который носил его.

– Не бойся, воин, – прошептала Мэг. – Умру я или нет, Блэкторн и его люди будут твоими.

– К черту Блэкторн!

Доминик нежно ощупывал ее тело, пытаясь найти рану. Мэг хотела что-то сказать, но у нее не было сил. Доминик дотронулся до ребер Мэг, и она застонала.

– Немного крови и пара синяков, – шепотом произнесла Мэг.

– Но тебе плохо.

Удар был сильный, и если Рыжий и не убил ее, то вполне мог покалечить. Когда Доминик понял, насколько Мэг была близка к смерти, он похолодел.

– Ты не должна так рисковать собой, – проговорил он.

– Рыжий убил бы тебя.

– Но он чуть не убил тебя! Боже, если бы ты умерла…

– Моя смерть ничего бы не изменила.

Мэг улыбнулась и снова дрожащей рукой дотронулась до головы Волка.

– Теперь все дело в тебе, – сказала она. – Ты исцелишь эту землю, а не я. Теперь ты свободен от прежних страхов и неудач. Я тоже свободна: мне больше не придется отдавать свое тело, сердце и душу человеку, который видит во мне только будущую мать своих детей.

– Что ты говоришь, Мэг? – попытался остановить ее Доминик.

– Теперь люди Блэкторна в безопасности. Талисман и ты охраните их. Ты можешь выбрать себе другую жену, а я буду свободна, как неприрученный сокол.

Доминик на миг закрыл глаза, стараясь побороть кипевшие в нем противоречивые чувства – любовь и гнев. Мэг была жива, но еще никогда она не была так далека от него и с каждым словом отдалялась все больше и больше. Она должна увидеть его по-новому!

– Я никогда не оставлю тебя! – воскликнул Доминик прерывающимся голосом.

– Не беспокойся, Волк Глендруидов. Люди примут тебя. Блэкторн всегда будет твоим. Теперь никто этого не изменит.

– Мне ничего не нужно без тебя. Посмотри на меня. Загляни в мою душу, Мэг.

– Нет, – отказалась Мэг. – Я не могу этого вынести. Я смотрю на тебя и вижу, как сильно люблю я и как мало любишь ты.

Доминик наклонился к ней и осушил поцелуями ее слезы.

– Посмотри на меня и узнай то, что я уже знаю, – прошептал он. – Посмотри на меня.

Мэг открыла глаза. С возгласом удивления она прикоснулась пальцами к губам мужа.

– Целительница, – выдохнул Доминик, целуя руки Мэг, – ты исцелила мою душу. Родишь ты мне сына или нет, у меня никогда не будет другой жены, кроме тебя.

Доминик прижался лицом к груди Мэг и прошептал то, что они теперь знали оба:

– Я люблю тебя, моя колдунья. Я всегда буду любить тебя.

Эпилог

Лютая зима заметала снегами поля и заковывала льдом реки, но люди Блэкторна, запасшись летним урожаем, спокойно продолжали делать свои привычные дела. И все же они волновались, но волновались радостно. С минуты на минуту они ждали известий от своей госпожи, которая носила в себе семя Волка Глендруидов.

– Я хочу, чтобы Старая Гвин осталась, – сказал Доминик.

– Она уже очень стара, – ответила ему Мэг. – Я больше не могу просить ее – я знаю, что она хочет покоя. Гвин искупила свою неверность мужу.

Доминик покачал головой. Он не мог поверить, что Старая Гвин своей службой искупала грех тысячелетней давности! Люди не могут жить так долго! Он был уверен только в том, что серебряное свадебное платье, цепочка с каменьями и старая женщина исчезли, как будто их никогда и не было на свете. Мэг о чем-то задумалась, и по ее лицу пробежала тень тревоги. Доминик заметил это не в первый раз за сегодняшний день.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он заботливо.

– Я хочу выйти из ванны.

Доминик помог ей вылезти и подал мягкое теплое полотенце.

– Нужно найти подходящую прислугу, – произнесла Мэг.

Доминик нежно коснулся большого живота.

– Хозяину Блэкторна не пристало прислуживать своей жене.

– Для него это большая честь, – возразил ей Доминик.

Внезапно тело Мэг напряглось, и она проговорила изменившимся голосом:

– Позови повитуху. Наше дитя чересчур проворно.

За окнами бушевала метель, пока Доминик нес Мэг к постели, которую она приготовила заранее. Сухие травы и коренья наполняли комнату благоуханием. Повитуха ворвалась в дверь и начала читать ритуальные глендруидские песни, которым научила ее Мэг.

– Ну, теперь вы довольны? – поинтересовалась она, исполнив эту нудную обязанность.

– Да. – Голос Мэг был тих и слаб. Снова накатила боль. Мэг схватила руку мужа и сжала так, что ее ногти впились ему в ладонь. Другой рукой Доминик гладил волосы Мэг, говоря о своей любви.

Повитуха краем глаза наблюдала за Домиником: такая нежность не часто встречается среди мужчин, особенно среди тех, которые говорят: «Никакой пощады! Пленных не брать!»

Но теперь разбойники и мятежные рыцари убрались в северные земли и не осмеливались беспокоить людей, живших под защитой Волка Глендруидов.

Повитуха тревожно поглядывала за окно: как разыгралась непогода! Супруги не замечали этого. Для них существовала только новая жизнь, готовая возникнуть из лона Мэг. Волк Глендруидов смотрел с плеча Доминика на Глендруидскую ведьму.

– Вы можете идти по своим делам, господин. Я помогу ей, – сказала повитуха Доминику.

– Нет, – твердо ответил он. – Моя жена не покидала меня ни в радости, ни в горе, и я не оставлю ее сейчас.

Повитуха пожала плечами, но промолчала. Мэг застонала, корчась от боли.

Доминик находился подле нее все время, пока длились роды. Вскоре детский крик заставил его вздохнуть с облегчением.

– Лорд Доминик! Ваша жена родила вам сына!

Замок наполнился звонкими детскими голосами. Доминик учил своих подрастающих сыновей сражаться, когда необходимо, и искать мира, где это возможно. Мэг передала дочерям тайны воды и трав, садов и всего живого, чтобы они, когда придет время, передали древнее знание своим дочерям. И еще Глендруидская ведьма и Волк Глендруидов всей своей жизнью учили детей самой важной жизненной истине: на свете никогда не было, нет и не будет ничего сильнее, чем щедрое, бескорыстное сердце и неукрощенная душа любви.