Подлинное искупление (ЛП) - Коул Тилли

Я приподнял бровь и почти сдался, когда она засмеялась над моим продолжительным молчанием. Она была такой чертовски красивой, самой потрясающей сучкой на всём белом свете. И, словно прочитав мои мысли, она поцеловала меня в губы и произнесла:

— Я тоже тебя люблю.

Затем вернула нас обоих в реальность.

— Стикс?

Я вскинул подбородок. Мэй вздохнула.

— С меня хватит всей этой крови и страданий. С нами произошло настоящее чудо, когда домой вернулась Белла. С общиной покончено. Больше не будет никакой боли. Так прости Райдера. Он — муж Беллы. Она его любит… просто оставь всё как есть. Позволь им жить, наслаждаясь тем счастьем, что они обрели.

В ответ я не проронил ни слова, и Мэй спросила:

— Ты над этим подумаешь? Пожалуйста, ради меня!

Вместо ответа на этот вопрос, я опрокинул ее на спину и прижал к дивану. Мэй вскрикнула от удивления, но потом ее волчьи глаза затуманились, а руки пробежали по моим волосам. Наклонившись, я вытащил из своих кожаных штанов член и задрал ей платье.

Мне не хотелось думать о Райдере. Мне хотелось забыть о сегодняшнем вечере, и точка. В данный момент мне хотелось просто погрузиться своим членом во влажную киску Мэй и заставить мою сучку кричать.

Так я и сделал. Снова и снова.

***

Два дня спустя…

Я вошел в Церковь последним и опустился на свое место во главе стола. Я два дня не видел своих братьев. Мне до хрена всего надо было обдумать.

Все братья уставились на меня. Когда мой взгляд упал на Вика, его лицо казалось совершенно непроницаемым.

Впервые в жизни, у меня, бл*дь, заколотилось сердце. Впервые в жизни мне было реально страшно от того, что я собирался сказать. Но, черт возьми, это должно случиться. Я был готов к последствиям, какими бы они ни были.

Я вскинул руки.

«Райдер не умрет».

Когда Кай произнес эти слова вслух, я почувствовал, как в комнате сгустилось напряжение.

«Сейчас вы все можете думать обо мне, что угодно, мне насрать. Но он сейчас с Беллой, а эта сучка — моя семья. Я не собираюсь трогать свою семью, — я сделал глубокий вдох. — Я установил для крысы правила, которых он должен будет придерживаться, либо я его замочу. Но сегодня он не умрет».

Подавшись вперед на стуле, я сбросил с себя байкерский жилет и швырнул его на стол. Затем обвел взглядом всех моих братьев и сказал жестами:

«Если вы хотите, чтобы я убрался с поста преза, только, бл*дь, скажите. Это мой клуб, моя жизнь. Но я не собираюсь навязывать это решение. Только скажите, и я передам бразды правления Каю».

Я вынул из кармана нож и приставил его к нашивке «През».

Я видел, как Кай замотал головой. Но это уже не ему решать. Если братья больше в меня не верят, они должны открыть свои грёбаные рты и сказать это.

— Чёрт, нет, — внезапно сказал кто-то.

Флейм сидел, подавшись вперед, и прожигал взглядом мой нож.

— Я тоже не собираюсь его убивать. Я не причиню вреда Мэдди. Ты, бл*дь, был презом. Ты им и останешься.

Я кивнул Флейму. АК откинулся на спинку стула.

— Ты никуда не уйдешь, Стикс. Нахер эту крысу. Я о нем больше и не вспомню. У нас ещё будет куча таких придурков, как он. Я приберегу свой гнев для них.

Остальные закивали.

— Ты гребаный През, Стикс, — сказал Тэнк. — И я не собираюсь терять тебя из-за этого дерьма. Этот ублюдок того не стоит. Ты руководил нами всё это время. Ты не поставишь клуб под удар. Я с тобой.

Булл и Таннер согласно кивнули.

— Я этого урода даже не знаю, — подхватил Ковбой. — Это не моё дело. Но да, нашивку эту на своём жилете ты оставь. Мы только из-за тебя пришли сюда из кочевников. Черт, ты не сдашь сейчас полномочия из-за какого-то полоумного Пророка.

Хаш согласно дёрнул подбородком.

Позади всех сидел Смайлер, еще более немой, чем я. Он кивнул мне головой. Он бы ни за что не стал оспаривать моё решение.

Я встретился взглядом с Викингом.

— Этот мудила должен умереть. Но никто не хочет потерять тебя в качестве преза, — пожал плечами рыжий. — Покуда он больше не будет попадаться мне на глаза, делай, бл*дь, что хочешь. Но ты и этот молоток никуда отсюда не денетесь.

Он улыбнулся.

— И мне слишком нравится тебя доставать, чтобы вот так просто отпустить.

— И ты знаешь, что я всегда тебя прикрою, — добавил Кай.

Я опустил нож. Кай повернулся к братьям.

— Все согласны оставить этого ублюдка в покое?

До меня донеслось дружное «Да». Викинг хлопнул руками по столу.

— А теперь надевай уже свой жилет, Стикс, и не будь, бл*дь, таким мелодраматичным. Чёрт! Тут с тобой, вашими сучками и Ковбоем, вечно открыто проявляющим свои хиппи-чувства, у меня вырастет грёбаная вагина! И это будет ужасно, поскольку мой член — это новое чудо света. Анаконда слишком ценна, чтобы ее лишиться.

АК закатил глаза.

Ковбой показал Вику средний палец.

И вот так мои братья снова оказались на моей стороне.

Я убрал свой нож, набросил на себя жилет, и стукнул молотком по столу.

Церковь закончилась.

Я бросился к выходу и помчался по коридору. Затем распахнул дверь в комнату Смайлера. Меня встретил потрясенный вздох. Белла лежала на кровати рядом с Райдером — ублюдок пребывал в крайне плохом состоянии. Белла не оставляла его ни на секунду с тех пор, как забрала из сарая. Мэй сказала мне, что Белла даже не выходила из комнаты, на случай, если мы вдруг воспользуемся этим, чтобы добраться до ее мужчины. Даже сейчас Белла спрыгнула с кровати и приготовилась дать мне отпор. Не знаю, о чем она, бл*дь, думала, держа себя так, словно может меня одолеть. Но она произвела на меня впечатление. Белла оказалась чертовски напористой сучкой.

Мне стало понятно, почему Мэй так сильно ее любила.

— Чего тебе надо? — холодно спросила Белла.

Я не обратил на нее никакого внимания и подошел к кровати.

Лицо Райдера представляло собой сплошное месиво из синяков и ссадин. Он весь был в повязках, и у него по-прежнему не открывался один глаз. Другой глаз выглядел ненамного лучше, но он хотя бы мог меня видеть. И, когда я встал перед ним, от меня не укрылась мелькнувшая у него на лице тревога.

Я поднял руки и сказал жестами:

«Мне нужно с ним поговорить».

Белла нахмурилась.

— Я тебя не понимаю.

От раздражения у меня раздулись ноздри. Райдер приоткрыл свои распухшие, потрескавшиеся губы и отрывисто прохрипел:

— Ему… ему нужно… со мной поговорить.

— Ну, так говори, — произнесла Белла, скрестив на груди руки.

«Наедине», — жестами сказал я, начиная терять терпение от ее поведения.

Райдер передал ей мои слова.

— Нет, — заявила она.

Я заметил у нее на лице панику и стиснул зубы.

— Белла?

Из дверного проема послышался голос Мэй. Белла взглянула на мою сучку.

— Он не причинит ему вреда. Даю тебе слово.

Белла пристально посмотрела на меня, пытаясь что-то прочесть на моем лице или типа того. Я в упор уставился на нее.

— Белла, пожалуйста. Оставь их наедине, — взмолилась Мэй.

Белла опустила плечи. Она подошла к Райдеру и, поцеловав его в лоб, прошагала мимо меня. Все это время сучка сверлила меня взглядом. В тот момент я решил, что будь она парнем, я прямо сейчас взял бы ее к себе в клуб.

Когда дверь за ней захлопнулась, я подошел к стоящему у кровати стулу и сел. Райдер не спускал с меня глаз. Мое внимание отвлек крестообразный шрам у него на груди. Я не почувствовал никаких угрызений совести.

«Итак, вот что будет дальше».

Райдер следил за моими руками, словно ястреб.

«Так как ты женат на сестре Мэй, и если она останется без твоей тупой задницы, то это убьет мою сучку, ты не умрешь».

Я заметил, как от тяжелого дыхания поднимается и опадает грудь Райдера. Я наклонился к нему.

«Но на этом чертова благотворительность заканчивается. Мэй будет счастлива лишь в том случае, если рядом будет Белла. Но близкое присутствие Беллы означает и близкое присутствие твоей крысиной задницы, — я пожал плечами. — Впрочем, это также означает и то, что мы сможем отслеживать каждый твой шаг. Так и будет. Куда бы ты ни пошел, мы будем за тобой следить. Ты даже посрать не сможешь без нашего ведома. И если ты когда-нибудь попробуешь снова шутить с клубом, второго шанса уже не будет».