Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

— Марго… Слава Богу, я нашел тебя. Всё-таки, судьба благосклонна ко мне, — он слабо улыбнулся дрожащими губами.

— Как самочувствие? — спросила она, пытаясь состроить некоторое подобие улыбки.

— Марго, это и в самом деле ты? — он всё ещё не мог поверить в то, что видел её.

— Кто ты? Разве я тебя знаю? — Маргарита напряженно свела брови, пытаясь вспомнить его.

— Не понял… Неужели галлюцинация? — он протянул руку, проведя ею по щеке девушки, — Марго, ты не рада видеть меня? И не поцелуешь? — он нарочито подкатил глаза, стараясь скрыть волнение за словами, — О, женщины, непостоянство — имя вам.

— Да что ты себе позволяешь? — она залепила ему пощечину, — Я больше не намерена выслушивать этот бред больного!

— Но, всё-таки, ты это или не ты? — он неотрывно изучал её взглядом.

— Что за нелепый вопрос — я это или не я? Я — это я! — ей было неловко от этого его взгляда, он резал — глубоко и больно, — Не смотри на меня так, псих! И не смей так фамильярничать со мной! — девушка демонстративно развернулась, и направилась было к окну, — Да позовите же врача, наконец! — изо всех сил закричала она охранникам у двери.

— Слушаюсь, госпожа! — пролепетал перепуганный страж и поторопился поскорее удалиться.

— Только не ты, Маргарита. Что ты делаешь? — он ухватил её за запястье, — Я не смогу поднять руку на тебя, — Джон попытался обнять девушку за плечи, — И в объятиях твоих я умереть обречён, — продекламировал он.

— Заткнись! — резко оттолкнула его Маргарита, — Иначе я не посмотрю на твоё состояние и так хорошо врежу, что мало не покажется! Стража!

Не найдя лучшего способа заставить девушку замолчать, Джон закрыл ей рот поцелуем. Сначала она хотела сопротивляться, но потом её руки сами вспорхнули вверх и обвили его шею. Нахлынул вал отрывчастых, болезненных воспоминаний, сердце, казалось, пронзили раскаленной иглой, по нервам и сосудам потекла расплавленная лава, а слёзы сами готовы были политься из глаз, и крик застрял в горле, но, он неосмотрительно прикоснулся к её спине, где болели ещё не зажившие шрамы. Через мгновение Чёрная Роза уже контролировала ситуацию — она резко отстранилась от него, переводя дыхание.

— Ты… — она не находила слов, — Да кто ты такой?! Что ты делаешь со мной? Почему? — растерянно пробормотала она.

— Маргарита, вспомни, кто я, кто мы. Постарайся. Ведь ты не забыла — ты же всё помнишь. Помнишь. Мы это уже пережили один раз — любовь нельзя забыть. Ты меня совсем не узнаёшь? Скажи мне — ты уже его жена или ещё любовница? И это при живом — то муже! — он старался в этих глазах разглядеть причину такого её пугающего состояния, — Твои глаза не солгут — ты во власти чар. Рита, посмотри на меня — я хочу видеть твои глаза! Я пока ещё жив! Против кого ты сражаешься? Ты это делаешь не по своей воле. Почему ты не послушала меня и не осталась в безопасности? Что он с тобой сделал? Я убью его! — парень попытался встать, но потерял сознание от болевого шока.

Тем временем, напрасно ожидающим Джона, Джеку с Даниэллой надоело бездействовать:

— Я замёрзла, — поёжилась девушка, глядя на тёмные очертания высоких шпилей на фоне серого вечернего неба, и молодой хирург накинул ей на плечи свой плащ, — Скажи, чего же мы ждём? — нетерпеливо спросила она, — Его нет уже слишком долго.

— Мне это всё тоже не по душе, но нам остаётся пока что только ожидать.

Их разговор был прерван заметным оживлением в лагере врага, которое они могли наблюдать из своего укрытия.

— Что они кричат? Я не могу разобрать, — девушка пыталась вслушаться в речь, отдалённые звуки которой до них доносились.

— Кажется, они засекли кого-то, кто пробрался в замок, — пояснил Джек, — Чёрт, похоже, Джон крупно вляпался.

— Что нам делать? — испуганно посмотрела на него Даниэлла.

— Мы тоже попытаемся проникнуть туда — на мне форма охранника, а ты надвинь подальше на лицо капюшон и помалкивай. Если что — будешь простушку-крестьянку, с которой я, типа, решил поразвлечься.

— Ну, и мысли у вас, доктор, — игриво поморщилась девушка, — Ладно, наглость, как говорится, второе счастье — найдём Джона, а там уже по ситуации сообразим.

Переполох, вызванный присутствием Джона, позволил Джеку и Даниэлле, не выдав себя, проникнуть в замок.

А потом они увидели, что их друг, раненый, ввалился в одну из комнат, а через некоторое время туда уже ломился отряд стражников. Потом раздались крики, и стражники покинули комнату. Этот голос показался на удивление знакомым — он принадлежал Маргарите. Когда же, следом вылетели ещё двое в униформе, то Джек и Даниэлла не замедлили этим воспользоваться, и, на входе так и замерли в изумлении:

— Марго?! — одновременно воскликнули они.

— Вы, чего, с ума все посходили сегодня?! — девушка яростно развернулась на каблуках и отошла в другой конец комнаты, — Кто из вас врач? — бросила она, не оборачиваясь.

— Я врач, а это — моя ассистентка, — не растерялся с ответом молодой хирург, указывая на стоящую рядом Даниэллу.

— Припадочный там, на кровати. Делайте своё дело и убирайтесь! — девушка сделала неопределённый жест, всё ещё стоя у окна.

— И у тебя ещё хватает наглости приказывать? И делает вид, что не узнаёт! — возмущенно поднял брови Джек.

Дэни подошла и взяла Маргариту за руку:

— Ты, что, серьёзно, нас не помнишь?

Маргарита одёрнула руку:

— Не трогай меня! С какой это радости я обязана помнить вас? Я вас первый раз вижу! И кто такая, чёрт возьми, эта Маргарита?

— Ты только посмотри, что они с Джоном сделали! — выругался Джек, изучая состояние товарища.

Даниэлла кинулась к кровати:

— Как ты не понимаешь — ты же моя подруга, почти сестра, — она уже не знала, какие подобрать слова, чтобы достучаться до неё.

— Что-то не припомню, чтобы у меня была подруга: смазливая блондинка. У меня вообще нет подруг! — последовал грубый ответ.

— Позволь помочь тебе, — голубые глаза Даниэллы терзали Маргарите душу, — Вспомни тех, кто любит тебя. Кого любишь ты.

— Жан… Дэни… Джек… Нет!!! — девушка опять схватилась за голову — Не смей так смотреть на меня! Как больно! Ты ответишь за это! Ты почувствуешь боль, сильнейшую во сто крат! — новая волна вызывающих страдание отголосков памяти, ещё более сильная, чем предыдущая, накрыла её:

— Чёрт бы вас всех забрал! Прекратите! Я не могу больше! Больно! — закричала она.

— Так, значит, ты помнишь? — пристально посмотрела на неё Даниэлла.

— Да кто ты такая? Зачем мучаешь меня? — девушка вся сжалась в комок под тяжестью осколков прошлого, вдавив лоб в колени, — Я вас даже не знаю! Что я вам сделала?