Вторая Академия (СИ) - Ольга Дмитриевна Силаева

— Твоё счастье, — серьёзно произнёс Рэй. — Но от работы тебя это не освобождает.

Я машинально открыла первую папку на середине и застонала от разочарования. Чуть ли не четверть строк была намертво скрыта чёрным артефактом-маркером. Все имена, все места, все названия операций…

— Да тут половина вымарана! — вырвалось у меня.

— А чем, думаешь, я всю ночь занимался?

Я невольно рассмеялась. Подняла голову от папки — и Рэй едва заметно усмехнулся мне в ответ. А потом кивнул, посерьёзнев:

— Читай. Мне нужно, чтобы ты устала и измоталась как следует.

Я подняла бровь:

— Это почему?

Рэй помолчал, глядя куда-то вдаль.

— Этой ночью тебе придётся принять самое важное решение в своей жизни, и я не хочу, чтобы ты рассуждала ясно, — отрешённо произнёс он. — Потому что я уже принял его за тебя.

глава 28

Когда Рэй подвёл меня к телепорту Второго Архивариата, мне уже было всё равно, куда мы переместимся. Голова гудела от мелких деталей и незначительных фактов, и я с мрачной обречённостью знала, что мне придётся возвращаться к папкам, запертым в сейфе Рэя, снова и снова.

— Проклятье, — пробормотала я.

Рэй обернулся от панели с управляющими рунами.

— Что, настолько всё плохо?

— Ну, теперь я знаю, что леди Алетта в ярости сожгла салон портного своей соперницы, когда та обошла её на балу, — вздохнула я. — И что лорд Нил с большим тщанием подходит к выбору чаёв для своих собеседников, так что незваным гостям и нежеланным визитёрам лучше держать ухо востро. Хорошо ещё, вчера вечером я этого не знала.

— Но тебе понравился чай? — очень серьёзно спросил Рэй, глядя мне в глаза.

Я помолчала.

— Несладкий. Но уютный и… вкусный, наверное. Да. Понравился.

— Вот и отлично, — с неожиданной силой произнёс Рэй, глядя на золотистую дымку телепорта. — Значит, я делаю это не зря.

— Делаешь — что?

Вместо ответа Рэй подтолкнул меня к телепорту. И я провалилась в ничто.

Открытая площадка под звёздами. Решётчатый металл под ногами — и ни души вокруг. Вдалеке, ухнув, пролетела ночная птица, и я вдруг ощутила неожиданное тепло и покой. Словно где-то здесь был мой забытый дом.

— Обернись, — негромко произнёс Рэй.

Но я уже заметила золотое свечение на полу и почувствовала источник света сзади. Настолько огромный, что я ощущала его всем телом.

— Колодец, — прошептала я, поворачиваясь.

Он был огромен. Круг золотого света размером с Академию поднимался из земли на многие сотни метров вверх, рассеиваясь уже у самых облаков, подсвеченных золотом в ночном небе.

На дальней стороне я увидела каменные дома и стены небольшого гарнизона. Разумеется, каждый энергетический колодец охранялся маленькой армией.

Вот только что здесь делали мы?

Я повернулась к Рэю:

— Мы же сейчас не работаем вместе. Я не участвую в твоих операциях. Тогда зачем я здесь?

— Не работаем, и не участвуешь, — рассеянно подтвердил Рэй, глядя на колодец. Его лицо выглядело неожиданно расслабленным, словно он тоже впитывал излучение всем телом и оно дарило ему уют и покой. Как и мне. — Но когда студентке Академии ставят первую руну, её отец, опекун или наставник должен присутствовать. Вряд ли ты хотела бы увидеть рядом в эту минуту свою мачеху или лорда Джавуса.

Меня передёрнуло. Вот уж нет.

А потом до меня дошли его слова.

— Первую… руну? Мне?

— Угу. И я её уже выбрал.

Я заморгала:

— Погоди… какую? Ты даже меня не спросил!

— Вот-вот спрошу, но, думаю, для этого разговора нам стоит убраться с видного места, — отмахнулся Рэй, подавая мне руку. — Идём.

Я резко покачала головой, спрятав руку за спину:

— Шагу вперёд не сделаю, пока ты не объяснишь мне, что происходит.

Рэй вздохнул, убирая руку:

— Объясню. Но не здесь. Иди за мной.

Я оглядела площадку. Дымка над телепортом клубилась спокойно, но вот-вот сюда могли пожаловать другие гости… и, пожалуй, Рэй был прав: в их присутствии я настолько личные вещи обсуждать не хотела.

Я кивнула и молча последовала за Рэем.

Мы поднялись на небольшой холм. По пути к нам приблизился подтянутый военный с эскортом из двух вооружённых девушек в плащах сиддов. После короткого обмена бумагами с Рэем он отдал честь и молча отошёл.

— Он знает, кто ты? — негромко спросила я.

— Аристократ с императорским разрешением и немного — бывший принц, — пожал плечами Рэй. — Я здесь как твой наставник, а не как таинственный незнакомец.

Он уселся на траве лицом к колодцу и жестом предложил мне сесть рядом.

— Ты получил императорское разрешение, — произнесла я. — Для меня.

— Ага.

— Зачем?

— Если ты думаешь, что получила бы эту татуировку без разрешения императора, ты жестоко ошибаешься. Ты дочь правящего — это во-первых. Сама татуировка стоит больше, чем всё ваше оставшееся имущество и твоё приданое на десерт — это во-вторых. И… — Рэй помедлил, — император не очень-то её любит.

— И ты всё ещё не сообщил мне, что это за татуировка.

— Нет.

— Откуда у нас вообще такие деньги?

— Я бы достал их из фондов разведки, — проронил Рэй. — К счастью, твой отец об этом позаботился. Ты знала, что он оставил для вас с сестрой средства для того, чтобы вы могли выбрать руны?

— Конечно.

— Забавный факт: тебе он оставил в десять раз больше.

Я поперхнулась.

— Так что этого хватит на любую первую руну, — невозмутимо произнёс Рэй. — Вторая… боюсь, тут выбор будет поменьше. Но поскольку я настаиваю на этой руне сейчас, я даю тебе обещание, что оплачу любую вторую татуировку, если тебе не хватит средств.

Я долгим взглядом посмотрела на его бок, где под очередным щегольским костюмом и тонкой рубашкой была вытатуирована руна сумрака.

— Ты знаешь, какую татуировку я хочу, — негромко сказала я. — Твою.

Рэй покачал головой:

— Она запрещена императорским указом. Ещё мои предки упразднили эту татуировку для всех, кроме членов императорской семьи. Никто из них не хотел своими руками создать себе убийцу.

Разочарование было острым и колким, как горсть злого снега в лицо.

— О, — только и сказала я.

— А ещё, — гораздо тише добавил Рэй, помолчав, — её откат — это не то, чего я хотел бы для тебя.

— Какой откат? — тихо спросила я. — Что тебя заставили принять, когда поставили руну?

Но Рэй лишь покачал головой:

— После. Когда-нибудь. Кроме того, Берген, придворный татуировщик, был единственным известным мне мастером, который знал, как заряжать руну сумрака. И он погиб в ночь переворота. Подозреваю, его успели убить по заранее отданному приказу отца, когда верные ему люди поняли, что дело проиграно. Других мастеров,