Вторая Академия (СИ) - Ольга Дмитриевна Силаева

пальцы Рэя расстегнули верхние три пуговицы на форменной рубашке, обнажив верх груди. Я уже открыла рот, чтобы его остановить, но его пальцы скользнули по шее, массируя ключицы, и по телу начала растекаться такая приятная истома, что я не сказала ничего.

Я писала быстро, пока руки Рэя разминали мне плечи, и мало-помалу начала чувствовать, что успокаиваюсь, привыкаю к его близости. И, зная Рэя, я подозревала, что ему что-то от меня нужно.

— Мы не строим вместе планов, — негромко сказал он. — Ты на своей стороне, и ты хочешь сблизиться с отцом, чтобы сделать между нами выбор. Я больше не рассказываю тебе о своих операциях. Но это не мешает мне помогать тебе иным образом.

— Каким образом?

Вместо ответа Рэй наклонился, проглядывая мой доклад:

— Хм. Ты перестала вырываться после того, как татуировщик пригрозил испортить тебе спину кривой татуировкой с неизвестным откатом?

Я отвела взгляд. О своём позоре я писать не хотела: это было слишком унизительно. Но я была агентом, и умалчивать о важных деталях в рапорте было недопустимо.

— Да.

— К твоему сведению, он никак не мог этого сделать, — с лёгкой насмешкой в голосе произнёс Рэй. — Искажённый энергетический поток ударил бы по нему самому, если бы он замкнул кривой контур. Это базовые сведения, которые тебе стоило бы знать.

— На лекциях нам ещё не преподава… — начала я.

— Когда тебя захватят в плен в следующий раз, ты тоже будешь махать перед похитителями учебным планом?

Я молчала. Тут Рэй приложил меня более чем заслуженно.

— Возьми в библиотеке нужные книги и подготовься. У тебя три дня.

Он распекал меня уверенно и безапелляционно, хотя вчера со мной могли сделать что угодно. Я сжала кулаки. Рэй не мог знать, что дело ограничится татуировкой, не мог знать, что меня вовремя вызволит лорд-хранитель! Меня могли отравить, прихлопнуть, убить, он лишился бы ценнейшей союзницы! Он что, вообще понятия не имел, что Сильвейна может на меня напасть?

Я моргнула. Стоп.

Лорд-хранитель понял, что на меня нападут. Умница Рэй, наверняка узнавший о разрыве помолвки и об отлучении Ксара от рода одновременно с имперской канцелярией, мог понять это куда раньше. Ещё до нашего занятия.

Рэй понял. Рэй знал, что я буду беззащитна. И он…

Я резко повернулась к нему, и наши взгляды встретились. Я открыла рот, чтобы задать вопрос…

И Рэй едва заметно покачал головой.

Мы оба поняли, что мы хотели сказать друг другу. Что я не должна спрашивать, был ли Рэй в той спальне. Не должна узнавать, присматривал ли он за мной.

Лорд-хранитель отнюдь не зря спрашивал, было ли это подстроено. Он тоже подозревал. Как и я.

Вот только я ничего не спрошу. Ни-че-го. Возможно, Рэй когда-нибудь скажет мне. Возможно, я не узнаю никогда. Но только мы выбираем, во что нам верить, правда?

В следующее мгновение Рэй как ни в чём не бывало кивнул на лист:

— Всё на месте. Подпиши.

— Ты же не собирался его читать, — пробормотала я, подписывая.

— Не собирался, — невозмутимо произнёс Рэй. — Совершенно.

— Врёшь.

— Да. И никакой разницы в интонациях ты не замечаешь, потому что её нет. — Рэй отобрал у меня листок с рапортом. — Для первого раза неплохо. Даже не буду заставлять тебя переписывать, тем более что формальностями мы не увлекаемся: дата, место, имя, нужные метки — и этого довольно.

Он кошачьим шагом пересёк комнату, а я не отрывала от него взгляда. Мне безумно хотелось спросить, что Рэй чувствовал, когда я была во власти татуировщика. Когда мне лили в горло ройсовую настойку. Ведь он был рядом в эту минуту, правда?

Но каждый из нас вёл свою игру, и мы не могли обсуждать действия друг друга. Даже если лорд-хранитель решит, что Рэй замешан, он знает, что я ни при чём. Пусть это так и останется.

— Ты бы меня спас? — вдруг произнесла я. — Если бы я оказалась в смертельной опасности, но спасти меня значило бы поставить под угрозу всю операцию?

— Допустим, я знаю ответ на этот вопрос.

— И?

— Не скажу, разумеется. Но я бы на твоём месте не стал рассчитывать, что я увлекусь игрой в благородного героя.

Рэй отошёл к своему столу, наклеивая на мой рапорт жёлтую кайму. Лицо его было невозмутимо, но в глазах блестели знакомые искры.

— Спасибо, — всё-таки тихо сказала я.

— Было бы за что. — Рэй вздохнул. — Ты всё ещё в опасности, и я бы сказал, в нешуточной. Было бы проще, если бы твоих четырёх девиц можно было засунуть в камеру вслед за нашим татуировщиком, закрыть дверь и потерять ключ. Увы, с самыми завидными невестами Академии так не поступают.

— А как с ними поступят? — поинтересовалась я.

— Официально никто ничего не знает, разумеется, — в голосе Рэя проснулась ирония. — Что означает, что те, кому это нужно, знают всё. Алетта каким-то непостижимым образом докопалась до истины, видишь ли. Как я понимаю, она решила расспросить кого-то из девушек и по цепочке выяснила всю правду. И оказалась очень недовольна — не тем, что они на тебя напали, но тем, что попались.

— Не очень-то они таились, раз разболтали подругам, — пробормотала я.

— В разведку их бы определённо не взяли, — согласился Рэй, подхватывая толстую папку с чёрной каймой. — Огромная потеря для нас, я уверен.

— И… что с ними будет?

— Накажут, я полагаю. — Рэй странно посмотрел на меня. — Посмотрим, насколько Алетта на самом деле зла.

— Хочешь сказать, тебе интересно, на что она пойдёт, чтобы отомстить моим обидчицам? Думаешь… думаешь, она защищает меня?

Рэй ничего не ответил. Вместо этого он плюхнул папку мне на стол:

— Читай. Личное дело твоего нового визави, лорда-хранителя Академии. Всё, что касается его привычек, выпиши и вызубри наизусть.

— Зачем?

— Скорее всего, тебе никогда это не понадобится: если Маркус Рише занял тело лорда Нила, он выучил наизусть все «свои» привычки, когда был главой разведки, — невозмутимо сказал Рэй. — Но есть шанс, что рядом с тобой он расслабится и вспомнит оригинального себя. Твоя работа — сидеть в засаде у пропасти и ждать, пока его нога не соскользнёт.

— А если она никогда не соскользнёт? Если это не он? Если это всё-таки Алетта?

— Очень даже возможно, — кивнул Рэй. — Поэтому ты прочтёшь полное досье нашей охотницы за артефактами и тоже вызубришь все детали. А напоследок откроешь досье на Маркуса Рише, отметишь, что из этого похоже на твоего отца, а что не очень похоже, и запомнишь эти непохожести для себя.

Я тихо застонала:

— Наизусть? Серьёзно? Я же не