Запретные желания - Дайанна Кастелл

— Обед готов. Налетайте.

Присси передала бумажные тарелки Бейб и Бри, и каждая занялась своим куском пиццы, наслаждаясь моментом.

— Разве существует на свете что-нибудь лучше пиццы? — вопросила с набитым ртом Бейб, подхватив кончиком языка расплавленный сыр.

— Я чувствую только вкус дыма, — призналась Присси. — У меня волосы до сих пор дымом пахнут, даже после пятикратного мытья. Еще немного, и меня станут называть «Мисс Саванна Соломенная Шевелюра».

Шарлотта поправила на голове тюрбан из полотенца.

— Я испытываю майонезную маску. Майонез должен отбить запах. Правда, я наберу лишних пять фунтов из-за впитавшегося жира.

Присси проглотила кусочек гриба.

— Хорошо, что пожар не принес особого ущерба зданию, просто сгорело то, что валялось в углу. Пепел по всему дому, но это мелочи.

Шарлотта налила в бокалы вино из пакета.

— Вам не обязательно оставаться на ночь со мной. Я прекрасно себя чувствую и могу сама о себе позаботиться.

Бейб взяла из коробки свалившийся с пиццы кусочек острой колбаски.

— Ни за что. Поскольку ты покинула бережные, однако не вполне искренние объятия мистера Пэриша, мы останемся с тобой, покуда не выяснится, кто запер вас с Присси в морге.

Присси сказала:

— Когда мы уезжали из морга, я видела Рея Кливленда на тротуаре. Он просто стоял и смотрел на пожарных и на всю эту суету. Что он делал в этой части города? Форсайт-парк — не его вотчина.

Бри сказала:

— Знаете, оказывается, это он собирался купить колье. Когда же оно пропало, его женушка уехала, прихватив с собой дочь. Бью сказал, что она сбежала с каким-то колумбийским наркобароном. Так что с моргом у Рея связаны неприятные воспоминания.

— Тем более если он убийца, — добавила Бейб. — Может, он попытался завладеть колье, но что-то пошло не так. Понятно, что у Рея Кливленда рыльце в пушку, и, возможно, он боялся, что пожарные найдутто, чего им находить не следует.

Бейб потянулась за очередным кусочком колбаски, но Шарлотта добралась до него первой.

— А откуда вдруг взялся Бью? — обратилась она к Бри. — Кстати, как продвигаются частные уроки по технике поцелуев? Не хочешь с нами поделиться?

— Ну что же, если вам так уж интересно, у меня на Бью свои планы. — Бри налила себе еще вина. — Только я вам их пока открывать не стану. Сначала я сама кое-чему должна научиться. Например, управлять катером. Что касается Бью и Рея, — поспешила заявить она, пока никто не вмещался и не задал вопрос о катере, — то Бью родился от женщины, с которой Рей пытался забыть свою прежнюю любовь. Он целиком взял на себя заботу о ребенке. Рей человек не простой, и если даже люди не лгут и он действительно проворачивает какие-то темные дела, то убийцей он быть не может. Я в этом уверена. Он очень приятный человек. И Бью говорит, что он отличный отец. Мне он нравится.

— Сладкая моя, — сказала Бейб, — убийцей может стать любой из нас, самый обычный человек, надо лишь его как следует разозлить и дать в руки оружие. Я знаю, о чем говорю. Сама видела.

Присси возмущенно вскочила:

— Ладно, хватит. С меня довольно дурных новостей. Неужели нельзя поговорить о чем-то более приятном? Все это начинает слишком напоминать сериал «Клан Сопрано». — Присси повела плечами. — Надо посмотреть что-нибудь веселое. Даже легкомысленное. Я сбегаю в монастырь и возьму…

— И что ты там возьмешь? «Лесси»? Или «Оставь это Бобру»? — съехидничала Шарлотта.

— Вообще-то я подумала о моих любимых сериях «Секса в большом городе». Я сама купила диск сестрам… Достаточно нескольких эпизодов, чтобы целомудренные сестры визжали от восторга.

Шарлотта забрала со стола коробки из-под пиццы.

— Я тебя провожу. Заодно выброшу коробки в контейнер. И Бейб права — какое-то время нам надо держаться поближе друг к другу.

Шарлотта постояла, глядя вслед машине Присси, повернула к дому и тут же столкнулась с каким-то человеком.

— Грифф, Господи, ты меняло смерти напугал.

— Что это с твоими волосами? Решила переквалифицироваться в гадалки?

— Чего ты хочешь?

— Хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Шарлотта взмахнула руками, и широкие рукава ее махрового халата упали вниз, как крылья бабочки.

— Видишь? Я в порядке. Так что звоните.

Грифф сунул руки в карманы джинсов, свет от фонаря падал на его волосы. Сейчас он был особенно красив. — А ты возьмешь трубку?

— Нет. — Шарлотта сделала глубокий вздох, пытаясь набраться сил, чтобы противостоять обаянию Гриффа. — Я иду в дом.

— Подожди. — Он схватил ее за руку и повернул к себе, напомнив о том, что они почти обрели… почти обрели друг друга.

— Документы составлял не я, а Камилла. Это она вела дела с юристами. Я уволил Холла и его дружков.

— А уволить Камиллу ты не мог?

— Матери упрямы. Она делала это для меня, Шарлотта. Так же как Эр-Эл держал тебя в неведении все эти годы, пытаясь уберечь от возможной беды. Нам часто не нравится то, что делают наши родители, но, наверное, надо самим стать родителями, чтобы их понять. Ради своих детей родители пойдут на все. Я имею в виду хороших родителей. Это не оправдание, это всего лишь объяснение.

Грифф провел рукой по волосам. Выглядел он подавленным.

— Я должен был заподозрить, что она попытается подложить тебе свинью. — Грифф вздохнул и погладил Шарлотту по щеке, и все внутри у нее растаяло, превратившись в текучий мед. — Я не хочу, чтобы между нами все было кончено, Шарлотта. Я хочу, чтобы у нас все только начиналось.

Она поцеловала его, потому что испьпывала в этом потребность — еще один только раз, и все.

— Пока у нас есть «Магнолия-Хаус», мы не можем быть парой, Грифф. Что-то обязательно встанет между нами. Будь то проблема по имени Камилла, или твое желание устроить мартини-бар против моего желания обустроить апартаменты-люкс для молодоженов, или мое желание выкрасить холл в красно-коричневый цвет против твоего желания видеть холл светло-зеленым. Это твой отель. Вы с Отисом спасли его и сделали тем, чем он сейчас является, вложив душу в каждый кирпичик, в каждую ступеньку, в каждую досточку. И именно так ты всегда будешь смотреть на этот отель. А я вижу в «Магнолия-Хаус» то единственное, что осталось у меня от родителей, и я тоже хочу иметь право голоса в том, что касается этого отеля. Мы можем заниматься бизнесом, мы можем заниматься любовью, но мы должны выбрать только что-то одно. И мне кажется, мы оба это знаем.

Теперь уже Грифф поцеловал ее. Губы его медлили, словно он тоже понимал, что это конец.

— Я не знаю, что делать, Шарлотта. Не знаю, что сказать.