Дело маленьких дьяволов - Павел Олегович Марушкин

меня ещё на больничной койке, никуда не делось, напротив – оно нарастало с каждым днем. Я сделался нетерпеливым и раздражительным. Иногда приходилось сдерживаться, чтобы не сорвать дурное настроение на мальчишках, – уж они-то здесь точно были ни при чём…

Приключения начались на шестой день пути. Одуряющая влажная жара ближе к вечеру немного спала; но на смену ей пришли тучи мошкары. Вскоре меж деревьями наметился просвет. Что-то было там – некое пустое пространство; но лишь миновав последние заросли, мы поняли, насколько оно огромно.

– Ничего себе! – присвистнул Морфи, а Гас поинтересовался:

– Это и есть то, что мы искали, Ловкач?

Перед нами до самого горизонта расстилалась покрытая невысокими кочками и купами чахлого тростника равнина. Я был уверен, что большая её часть представляет собой непроходимую трясину. То тут, то там поблёскивали тёмные оконца воды. На всём обозримом пространстве не росло ни одного дерева – тонкий слой мхов просто не выдержал бы их тяжести. Да, это было древнее озеро – огромное, заболоченное и хранящее в своём сердце тайну – древний город линиров…

– Похоже, что так, – признал я.

– А что это там торчит? – поинтересовался остроглазый Морфи.

Я вгляделся. За дальними купами тростника виднелась знакомая решётчатая конструкция – передвижная энергетическая вышка вроде тех, что я видел в порту.

– А вон ещё одна… – Гас вдруг скривился, не закончив фразы. – Ох, что-то мне хреново…

– И мне! – хрипло откликнулся Морфи. – Прям наизнанку выворачивает…

Я хотел было съязвить насчет их кулинарных способностей, но тут накрыло и меня… Да как накрыло! Хляби и небеса поменялись местами. В глазах потемнело, желудок подступил к самому горлу, все мышцы скрутило до хруста костей. Я рухнул навзничь, хватая ртом воздух, не в силах издать ни звука. Перед глазами плясали разноцветные круги. Как глупо сдохнуть в этой глуши…

Самым скверным было то, что я не вырубился полностью, но впал в какое-то сумеречное состояние… Сродни дурному сну, в котором невозможно пошевелить ни рукой, ни ногой – лишь вновь и вновь переживать накатывающее душными волнами, непередаваемо мерзкое ощущение… Не знаю, сколько это продолжалось, кажется – целую вечность. Словно сквозь вату, я слышал жужжание динамического двигателя и лёгкий удар борта о борт; перед глазами мелькнула камуфляжная форма. Чьи-то руки бесцеремонно переворачивали и обыскивали нас, скорчившихся на дне лодки, грубые голоса переговарись над нами – а потом нас куда-то потащили. В этот момент сознание наконец покинуло моё многострадальное тело, избавив от боли и страданий.

* * *

– Хотите верьте, хотите нет, деньги ваши мне не нужны, – лениво процедил Маринад. – И жизни тоже. Как уже было сказано, на Кроста я больше не работаю…

– Почему это мы должны тебе верить?! – гневно вскинулась Олури.

– Да мне плевать. Выбора у вас всё равно нет. Речники так же охотятся за вами, как и за мной. Останетесь здесь – рано или поздно они придут, не сомневайтесь. Поэтому, если кто-то из вас подумывает меня сдать, лучше забудьте.

– Ещё раз спрашиваю: что тебе надо? – уже спокойнее спросил Папа Ориджаба.

– Девчонка. Она сама или её родня. Поможете их найти – деньги ваши.

– Ага. И ты вот так запросто их нам отдашь! – криво ухмыльнулся Роффл.

Маринад пошарил в кармане – и швырнул на пол ворох мятых купюр.

– Жест доброй воли. Забирай. Остальное получите, когда я получу своё.

Роффл, исподлобья глядя на убийцу, осторожно потянулся к деньгам. Маринад перевел взгляд на Папу.

– Ну что, мистер Ориджаба, будем считать, мы договорились?

– Не так быстро, ублюдок, – Папа осторожно погладил повязку, закрывавшую пустую глазницу. – Половину вперёд, ясно? Принесёшь сюда. Тогда и посмотрим.

– А если нет? – из рукава Маринада, будто невзначай, вновь выглянул крюк; но Папа лишь презрительно сплюнул.

– Не нравится – так и уматывай. Я тебя не боюсь, понял?

Убийца помолчал, явно что-то прикидывая.

– Хорошо, – наконец буркнул он. – Я вернусь через час. И чтобы без глупостей, ясно? Ты, бойкая, – он ткнул пальцем в Олури. – Сгоняй пока в аптеку и купи там бинтов. Ещё нужны антибиотики, йод, кривая игла и хирургическая нить. Раны шить умеешь?

– Чего?!

– Значит, научишься. Меня надо будет малость подлатать.

– А больше ты ничего не хочешь, скотина?! – Олури сделала неприличный жест.

– Считай это своим вкладом в партнёрство, – бросил через плечо Маринад.

Дверь захлопнулась.

– Эй! Вы же не собираетесь, в самом деле… – Олури переводила взгляд с Роффла на Папу. – Он же нас обманет! И Пиксина наверняка он сам прикончил, чего бы там ни болтал! Он же подонок, он…

– Мне можешь не рассказывать, дочка, – Папа вновь погладил повязку. – Но кое в чём он прав. За нами тут охотятся, а без денег всем крышка. Пусть притащит половину…

– А потом что?!

– А потом мы договоримся. И будем делать то, что он скажет, – лицо Папы исказила коварная ухмылка.

– И ты, дочка, сходишь в аптеку и купишь всё, что нужно для перевязки… А ещё раздобудешь снотворное – самое сильное, какое только у них найдется; и припрячешь его хорошенько. Однажды наш новый друг заснёт очень-очень глубоко! А когда проснётся, мы начнём задавать вопросы… И будьте уверены, отмолчаться у него не выйдет! Мы своё возьмём…

– Отличный план! – с энтузиазмом воскликнул Роффл.

– Заткнись… С-сынок. И кстати, гони-ка сюда наличность, – Папа требовательно протянул руку.

Роффл с неохотой отдал деньги.

– Это… Может, провернём всё прямо здесь? – буркнул он. – Зачем ещё тащиться куда-то!

– Не будь идиотом, – поморщился Папа. – Вокруг слишком много ушей; а орать он будет во всё горло, уж это я тебе обещаю… Кроме того, сейчас ублюдок настороже. Пускай хоть немного расслабится.

Глава 16

Потаённое королевство

Элин стояла неподвижно, кутаясь в плащ и закрыв глаза. В предрассветной мгле всё равно ничего нельзя было рассмотреть; а вот звуки могли сказать о многом. Из всего народа линиров лишь несколько мастеров умели скрывать шорох шагов так же хорошо, как и зрительный образ; остальные поневоле приучались двигаться бесшумно… Но об этом они уже позаботились.

Маленький островок на окраине Великих Болот сплошь зарос манграми; некоторым было не меньше сотни лет. Низкорослые, но чудовищно толстые стволы с переплетёнными корнями и ветками были прекрасным убежищем – если не обращать внимания на живность, в изобилии населявшую это место. Змеемоллюски стригулы, древесные пиявки, белёсые пауки в палец длиной, водяные клопы и болотные муравьи, что точат ходы в трухлявой древесине и жалят подобно раскалённым иглам, стоит их невзначай потревожить… Для новых союзников это настоящее испытание, подумала Элин. Таков уж он – девственный болотный мир, где по-настоящему дома чувствуют себя лишь ей подобные.

Гонец отправился в путь ещё вчера – тайный посланец, чьей единственной задачей было попасться стражам Города и выдать их местонахождение… Доброволец – как и любой из её воинов. Он вызвался сам, хотя и представлял, что его ждёт. Церемониться с изгнанником фроги Терлики Колючий