Цена слова - Елизавета Шумская

Но путь – это еще и многое другое. Она научилась дружить. Раньше у нее был только Хонька. Теперь же… «Где вы, мои родные? Вы мне так нужны… Не для дела или чего-то, а просто нужны…» Дружить тоже надо уметь. Дружба – не просто случайность: вместе сели за один стол или друг у друга на лекции стали списывать, а нечто большее. Уважение, понимание, принятие всех странностей и особенностей другого, забота наконец деликатность… не трогать друга, когда ему нужно побыть наедине с собой, – много всего. Можно написать сотни книг о таком феномене, как дружба, но настоящие друзья понимают эти сложности инстинктивно.

Молодость щедро дарует нам друзей. Но не всегда они остаются на всю жизнь. И в этом тоже есть свой смысл. Хорошо, когда первый друг становится самым лучшим до конца дней, но так ли часто это случается? Разрыв часто чреват болью или просто сожалением, что вы с другом больше не общаетесь, но порой это тоже необходимо. Чтобы спустя годы по-настоящему оценить того, кто займет место бывшего друга, чтобы не допустить прежних ошибок. Правда, однажды придется оставить прошлое за спиной. Чтобы прошлая боль не мешала новому счастью.

Но не только это Ива вынесла из своего пути. Она стала по-другому смотреть и на себя. Теперь она уже не винила себя в том, что с ней случались неудачи. Да, было, ну и что? Это нормально. Перестала упрекать себя и в плохих поступках, и в ошибках. Она вообще оставила все сожаления.

И еще начала понемногу, но исправлять свое отношение к себе же самой. Как часто ей казалось, будто она недостаточно умна, красива, добра, умела или удачлива. То, что она называла трезвой оценкой, фактически являлось собранием в одну кучу всех негативных обстоятельств и чувства вины перед всеми и собой. Детство щедро на подобные чувства. То, что творит ребенок или подросток, порой возвращается к нему сожалениями и уверенностью в том, что он плохой. И подчас нашептывает, что впереди не будет ничего лучшего. И это мучает и затормаживает развитие юной души. Сковывает страхом, неуверенностью. Требуется большое мужество, чтобы сказать всему негативу «нет». Но в этом и заключается настоящее взросление.

Сейчас Ива вспоминала маленькую девочку, которой когда-то была, ту юную девушку, которая начала свой путь к лучшему менее года назад. Хорошая же была девчушка. И ничего плохого в ней не было. Этакий котенок, которого более взрослым хочется усадить на колени и прошептать что-то ласковое. Так чего ей стыдиться, зачем мучиться виной и страхом?

С какой-то странной и радостной обреченностью она поняла, что многое уже в прошлом – и эта девочка, и эта девушка в том числе. А сама она уже другая. Достаточно давно. Пусть этому «давно» был счет в несколько месяцев, но время не всегда объективно. Теперь ей, знахарке Иве из Восточных Лесов и студентке Стонхэрмского Магического Университета, нет пути назад. Она может вернуться на родину, да, но это уже ничего не изменит: теперь она другая. Детства не вернешь. Да не всегда и хочется.

Там осталось столько страхов, идеалов, надежд, но настоящее дарит куда больше – какое-то очень хорошее спокойствие, уверенность, что ты многое можешь, понимание самого себя. Да, силы твои еще ограничены, но теперь тебе не страшно. Отныне ты понимаешь, что все возможно. По-прежнему мечтаешь, но эти мечты уже сочетаются с планами, не только грезишь о жизни, но действительно живешь.

Множество мыслей роилось сейчас в голове травницы. Они больше были похожи на ощущения. Ива не задумывалась, что с ней происходит, просто шла вперед. Правда, эти думы почти заслонили ее взор, она, шагая, земли перед собой не видела. Так бывает, когда задумаешься. Странная магия танцевала вокруг нее, нашептывала что-то, осторожно проникала в ее сознание, что-то вытаскивала из него, что-то усиливала, но нежно, почти любовно, будто касалась, реставрировала прекрасное произведение искусства. Только тут ей нужно было не восстанавливать старое, а улучшать уже существующее, придать ему совершенную форму. В ее понимании правильного и нужного.

И когда вдруг Иве стало отчаянно стыдно и больно, перед ее мысленным взором всплыл домик в глухой деревне, строгое и одновременно доброе лицо тетушки, она почти наяву услышала слова злого старика из Хмурого Леса о том, чем ее тетушка пожертвовала, чтобы дать ей, Иве, жизнь: «Она отдала темным силам своего последнего нерожденного ребенка, лишь бы спасти тебя, лишь бы ты жила… Представляешь, каково ей было, когда умирало последнее родное ей существо, маленький комочек жизни, за который было отдано так много?..» Да и зачем травнице были его слова? Будто она сама не знала, не видела, сколько всего для нее сделала тетушка. Это же ничем не окупишь, никогда не расплатишься, а значит…

Но не успела девушка додумать эту мысль, как что-то перед ней стало меняться. Ива уже почти дошла до камня, к которому держала путь. И вот воздух около него начал дрожать, будто подул ветер-сквозняк, только не реальный, а магический. И стало вырисовываться то, чего тут никак быть не могло. Их маленький домик, тетушка в домашней одежде, наклонившаяся над столом с травами и что-то толкущая в ступке…

– Ива? – Женщина будто услышала какой-то звук или что-то почувствовала, поэтому подняла голову и увидела… свою племянницу.

– Т-тетушка? – Знахарка подумала, что рехнулась или у нее горячечный бред.

– Ива! – Старшая травница была поражена не меньше. – Я же не брежу… я тебя вижу. – Она взмахнула рукой. – Да, так и есть – «окно». Девочка моя!.. – Ее захлестнули чувства. Но слов, чтобы их передать, было так много, и одновременно они были так не нужны – все понятно и без них. – Как похорошела…

– Тетушка! – Ива рванулась к родственнице, но что-то ее не пустило.

Та покачала головой:

– Это высокая магия. Я чувствую это благодаря своему дару. Мы просто видим друг друга, но находимся все там же, где и были. Не обняться, – вдруг улыбнулась она. Казалось, что женщина плачет. – Это недолгая магия, скоро все прекратится. Я вижу, что ты справляешься. Вижу, что тебе хорошо, вижу, что жила ты это время в любви и достатке. Это так?

Чувство вины нахлынуло вновь.

– У меня все хорошо, – затараторила юная волшебница. – Я добралась до Университета, поступила, у меня друзья. Отличные, самые лучшие. И возлюбленный. Тоже очень хороший…

– Я знаю, – ухмыльнулась тетушка. – Неужели ты думаешь, что я не нашла бы способ узнать, как дела у моей девочки?

От этой улыбки и этой заботы слезы сами покатились из глаз. Сколько раз это происходило и раньше…

– Тетушка!.. Я… я знаю, что ты отдала, чтобы… спасти меня… тогда, когда я еще не родилась! – Слова быстро-быстро полились из чародейки. – Я знаю… мне рассказали, что ты… ты очень любила маму и пожертвовала своим нерожденным…