Клятва рыцаря - Ханна Хауэлл

— Ты выглядишь слишком серьезной, дорогая, — сказал Кормак, когда она подошла к нему.

— Свадьба — серьезное дело, — сухо ответила Элспет и, взглянув на отца, добавила: — Однако одной из сторон так и не дали возможности высказаться.

Балфур, сцепив руки за спиной и глядя в потолок, вздохнул с некоторым раздражением:

— Теперь поздно говорить об этом.

— Если бы за последние три дня я могла бы хоть немного побыть наедине с женихом и поговорить с ним, мне не пришлось бы доводить дело до последнего момента.

Строго посмотрев на обеспокоенного священника, Балфур приказал:

— Начинайте.

— Но… — священник откашлялся, — обе стороны должны изъявить желание венчаться.

Когда отец и Кормак вопросительно взглянули на Элспет, она опустила голову и начала мямлить что-то неопределенное. Хотя у нее было явное намерение продолжать это неясное бормотание, она тем не менее замолчала, услышав, как мужчины зачертыхались, мать и тетушки издали стоны удивления и отчаяния, а за спиной ее кузины давились от смеха. Элспет было интересно, как теперь отец и Кормак выйдут из создавшегося положения.

— Это не смешно, дорогая, — резко сказал Балфур. — Ты должна делать то, что положено. — Когда его дочь забормотала что-то чуть громче, Балфур выругался и запустил пальцы в свои волосы с проседью. — Ты упряма, как твоя мать.

Элспет перестала бубнить и тихо сказала:

— Спасибо.

— Это вовсе не комплимент.

— Балфур, — предостерегла его Молди и, оставив тетушек Элспет, Бети и Гизелу, подошла к мужу: — Ты затеял опасную игру.

— А ты не хочешь мне помочь?

— Это твоя проблема. Ты заварил эту кашу, вот и расхлебывай ее теперь.

Кормак с тревогой оглядывался по сторонам. Он заметил, что родственники, после того как прошло первое потрясение, явно забавлялись, и даже в глазах Балфура промелькнули веселые искорки, что свидетельствовало о его одобрении поведения дочери. Однако Кормак не растерялся. Он знал, как убедить Элспет. После страстного поцелуя она обычно теряла голову, и тогда, если даже утверждать, что луна зеленого цвета, она не станет возражать. По крайней мере надо попробовать сейчас воспользоваться этим. Немного поколебавшись, Кормак решил, что если ею поцелуи уже не оказывают на нее такого влияния, то, может быть, и не стоит жениться. Для него будет адской мукой быть связанным с Элспет, если она больше не испытывает к нему прежней страсти.

— Сэр Балфур, позвольте мне?.. — обратился Кормак, слегка поклонившись.

— Думаешь, ты сможешь урезонить ее?

Кормак надеялся заставить Элспет потерять всякую способность здраво мыслить, пока они не обвенчаются, но он не мог сказать этого, стремясь застать ее врасплох.

— Во всяком случае, хочу попытаться.

— Что ж, попробуй.

— И попробую, — медленно произнес Кормак и заключил Элспет в объятия.

Бормотание Элспет прервалось, и послышался легкий вскрик, когда Кормак прильнул к ее губам. До него донеслись возгласы одобрения со стороны мужчин и испуганные крики женщин, однако все его внимание было сосредоточено на хрупкой фигурке, которую он держал в своих объятиях. Тело Элспет было напряжено, а губы плотно сжаты, и Кормак испугался, что убил в ней всякую страсть. Но вот она со вздохом расслабилась, и он задрожал, почувствовав ответную страстную ласку, когда ее язык погрузился в его рот. Поцелуй длился бесконечно долго, и Кормак оторвался от нее, только когда у обоих не стало хватать воздуха и легких. Затем он поцеловал ее еще раз.

После второго поцелуя Кормак посмотрел на Элспет Ее губы были мягкими и влажными, щеки горели, а когда она открыла спои чудесные глаза, он едва не застонал. Он так соскучился по ней и так возбудился, что почти забыл, где находится. Он снова поцеловал Элспет, на этот раз в ложбинку возле уха, и слегка укусил за мочку.

— Скажи «да», ангел мой, — прошептал Кормак, услышав, что священник, которого Балфур слегка подтолкнул, снова спросил, согласна ли Элспет выйти замуж.

— Кому сказать, Кормак? — спросила она, теснее прижимаясь к нему.

— Священнику. Скажи ему «да», любовь моя. — И он провел языком по ее уху.

— О да, — произнесла Элспет и удивилась, услышав смех.

Вновь побуждаемый легким толчком Балфура, священник начал свою торжественную речь. Кормак, не отпуская Элспет, убедил ее встать на колени рядом с ним. Каждый раз, когда он чувствовал, что Элспет может опомниться, Кормак касался ее уха или откровенно целовал ее. Когда же священник наконец объявил их мужем и женой, Кормак быстро вскочил на ноги и поднял Элспет. Он снова крепко поцеловал ее и улыбнулся. Затем они вместе отпили из свадебной чаши, которую Джиллиана поднесла им.

— О, миледи Армстронг, ни у одного мужчины нет такой прекрасной жены, как у меня, — сказал Кормак, ожидая с некоторым напряжением, когда до нее дойдет смысл свершившегося.

Элспет заморгала, затем огляделась вокруг, туманно представляя, где находится, потому что все еще ощущала губы Кормака на своих губах. Когда же туман в ее голове рассеялся, она с тихим стоном отшатнулась от Кормака.

— Это подло, Кормак, — сказала Элспет, сжав кулаки и глядя на него.

Она была вне себя от гнева. Он не только использовал ее страсть против нее же, но и сделал это на глазах родственников обоих семейств. Элспет была готова поколотить его, но ее удержало то, что он был так же возбужден, как и она. Она тоже чувствовала страстное желание, однако могла потерпеть, не испытывая таких неудобств, как он.

— Теперь, Элспет… — начал Кормак, увидев, что она прищурилась.

— Нет смысла обсуждать что-либо, когда дело сделано, — прервала она его.

Он нахмурился, не веря, что она так легко смирилась с его уловкой.

— Ты выглядишь просто великолепно.

— Благодарю, — ответила Элспет. — А теперь пора к столу. — Она слегка поцеловала Кормака и так мило улыбнулась ему, что он сразу просиял. — Нас ждет долгое свадебное пиршество. — Она взяла под руки своих кузин. — С таким количеством еды, напитков и запланированных развлечений оно продлится до зари.

Кормак, нахмурившись, наблюдал, как она зашагала прочь, а ее родственницы поспешили за ней. Никто из них не скрывал своего отличного настроения. Элспет нашла способ отплатить ему за его уловку. Он уже так изнывал от желания, что едва мог сдерживаться. Если она собирается мучить его до самой зари, он просто сойдет с ума.

Легкий хлопок по спине отвлек его от мрачных размышлений. Он повернулся и увидел улыбающегося сэра Балфура. Кормак заметил, что ни родственники Элспет, ни его родственники, собравшиеся вокруг, не проявляли никакого сочувствия к нему, хотя знали, что невеста обещала мучить его всю ночь ожиданием.