Событие 2024 - Эдгар Грант

огонек, вынуть штекер штатного блока управления огнем и наведения на цель зенитных ракет. К этому гнезду подключить свой блок управления. Соединить его со спутниковым модулем. Полминуты на скачивание нового пакета программ индивидуального наведения на цель, маршрута подлета и алгоритма маневрирования для каждой из находящихся в контейнерах ракет. Затем проверка загрузки данных. Командир быстро глянул на таймер на часах. Есть запас по времени. Дальше… Полминуты на скачивание в мозги ракет данных временного закриптованного спутникового канала, по которому можно изменить цель или параметры подлета к ней в случае, если после пуска они будут скорректированы оператором. Последняя проверка спутникового канала связи. Все. Батарея готова к залпу.

В этот момент на сатфон пришло сообщение «Настройки завершены успешно» и сразу за ним «+3 минуты». Старший выругался и передал группе:

– Это белка-мама. У нас +3 минуты. Всем внимание. Я остаюсь на точке до активации. Белкам подтвердить статус целей.

– Статус прежний. На позиции тишина, босс, – отчитались по очереди снайперы.

– Ждем, – коротко отозвался старший и, достав из кармана разгрузки похожий на банку пива цилиндр термобарического заряда, аккуратно положил его на главный пульт управления огнем.

Дополнительные три минуты, отведенные куратором операции, тянулись невыносимо долго. Так всегда бывает, когда все готово к действию и вдруг наступает непредвиденная задержка. Командир расслабился в кресле оператора, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи. Теперь, когда калибровка ракет завершена, он не боялся за срыв операции, даже если вдруг кто-то из военных поднимет тревогу. Всю вырубку уверенно простреливали два снайпера, засевшие на опорах ЛЭП, идущей в полукилометре от позиций. К тому же два бойца, укрывшиеся у командной машины, снимут любого, кто попытается подойти. Но все же опытному оперативнику не хотелось забирать жизни охранявших батарею молодых парней, которые оказались на пути чьей-то злой воли.

Наконец в кармане разгрузки завибрировал сатфон. Старший достал его и глянул на дисплей, на котором высветилось долгожданное сообщение «Вперед». Набрав пусковой код, он активировал установленный им блок управления огнем, затем завел таймер отсроченной детонации на термобарическом заряде, аккуратно вынул чеку и выскочил на улицу.

– Всем внимание! У нас обратный отсчет минус сто110, – скомандовал он и, спрыгнув с лестницы в мокрый снег, исчез среди деревьев вместе с контролировавшими периметр бойцами.

Они отбежали в глубь леса метров на пятьдесят и укрылись за соснами. Через полторы минуты по периметру вырубки один за другим начали срабатывать расставленные при подходе дымовые шашки и с оглушительным грохотом взрываться пиропатроны. Одновременно с этим на пусковых установках завыли сирены и включились желтые мигалки, означающие, что они приводятся в боевое состояние. В подтверждение этому несущие контейнеры начали медленно подниматься в пусковое вертикальное положение.

На позициях началась паника. Полуголые офицеры с криками «Тревога!» «Это москальский налет!» вывалили из кунга и попрятались в вырытых рядом окопах. Начальник караула, застегивая на ходу бушлат, уже бежал навстречу своим бойцам, рассыпавшимся по опушке, чтобы занять обозначенные боевым расписанием позиции на огневых точках. Часовые у пусковых установок тоже нырнули в заранее выкопанные укрытия, в недоумении наблюдая за тем, как комплексы самостоятельно, без обычной суеты экипажей изготавливаются к стрельбе.

Через минуту, когда разрывы пиропатронов стихли и у офицеров схлынула первая волна паники, сквозь дым шашек они смогли разобраться, что никакой реальной опасности нет. Один из инструкторов высунул голову из окопа и, быстро осмотревшись, бросился к командной машине с невероятной для бухавшего всю ночь человека прытью. Он резво взбежал по ступенькам, быстро набрал на замке цифровой код и несколько раз с силой дернул дверь.

– Снять? – старший услышал в наушнике вопрос снайпера.

– Нет. Дверь заблокирована. Теперь ее можно открыть только мастер-ключом, – спокойно ответил он.

Тем временем пусковые контейнеры встали в вертикальное положение и желтые мигалки сменились красными.

– Тикайте! – заорал с лестницы инструктор укрывшимся рядом с пусковыми установками караульным. – Щас пальне…

Последний слог его предупреждения поглотил гул ракетных пусков. Установки срабатывали попарно, через две секунды выплевывая высоко в воздух свое смертоносное содержимое. Ракеты выбрасывались из контейнеров толчковым зарядом метров на двадцать вверх, затем он отстреливался. Секунду работали свечки носовых корректоров ориентации, придающие снаряду нужное направление, потом, выбросив сноп пламени и клубы серого дыма, включался основной разгонный двигатель, и сигарообразное тело тут же исчезало в облаках.

– Петро! Срочно связь со штабом! Цэ не наши! Цэ крылатые ракеты! – заорал от командной машины инструктор, с удивлением глядя, как его батарея отстреливается «Томагавками», специально модифицированными под контейнеры «систем ПВО «Пэтриот».

– Дебил. Вали оттуда, – процедил сквозь зубы старший, наблюдая, как офицер продолжает дергать ручку прочно запертой двери.

– Петро! – снова заорал инструктор.

В этот момент последняя пара ракет вышла из контейнеров. Еще через секунду командная машина содрогнулась от сдетонировавшего внутри заряда. Бронированный корпус выдержал давление, но дверь сорвалась петель и стоящего перед ней на небольшом порожке офицера поглотил горизонтальный столб адского огня, словно изрыгаемый из чрева злобного дракона.

– Эвак111! Эвак! – отдал команду старший и, нажав на сатфоне кнопку подтверждения, что задание выполнено успешно, вместе с бойцами легким бегом затрусил к квадроциклам, оставленным для него в километре от позиций батареи.

Когда они добрались до техники, высоко в небе послышался приглушенный гул, идущий над лесом с запада на восток, словно работала мощная газовая горелка. Командир на секунду прислушался, затем, выругавшись, запустил мотор. Он не знал, что происходит в воздухе, но ничего хорошего это явно не сулило. Через двадцать минут на трасе их, предварительно сбросивших оружие и камуфляж в условном месте, подобрал неприметный микроавтобус, в котором уже сидели два снайпера и был загружен оставленный в коттедже легкий багаж. Еще минут через сорок вся группа, как ни в чем не бывало, проходила регистрацию в аэропорту Борисполь на рейс, идущий в Вену.

Однако добраться до самолета оперативникам так и не удалось. За полчаса до вылета русские объявили над Украиной бесполетную зону. Одновременно с этим пропала мобильная связь и геолокация. По аэропорту забегали служащие. Многие из них, получив какое-то сообщение по рации, бросали рабочие места и, расталкивая ничего не понимающих пассажиров, бежали на служебную парковку к своим машинам. На выезде из аэропорта почти сразу же образовался затор, потому что дорогу перекрыл откуда-то взявшийся БТР военной охраны.

Еще через десять минут здание аэропорта содрогнулось от мощной ударной волны. Это на взлетные полосы и рулевочные дорожки упали первые бетонобойные заряды из сброшенных русскими ракетами кассет. В трехстах метрах восточнее основного здания, там, где располагался военный аэродром 15-й бригады транспортной авиации, вообще царил ад.