Событие 2024 - Эдгар Грант

скрытый на башне Кремля снайпер метким выстрелом вывел из строя автономный генератор, питавший аппаратуру сцены. Про снайперов было известно давно. На спутниковой картинке были хорошо видны некоторые их позиции по периметру акции. Даже на крыше «Балчуга» разместились две пары. То, с какой легкостью было применено летальное оружие, настораживало, хотя происходящее еще никак не подходило под категорию фактора, способного провалить акцию. К тому же Дзержинка все еще стояла в Балашихе, а ОМОН, кроме ограниченного использования водометов и слезоточивого газа по особо активным протестующим, ничего не предпринимал. Поэтому, несмотря на предостережение от координатора, в Лэнгли приняли решение продолжать развертывание операции.

И вот появилась первая очевидная публичная жертва, если не считать нескольких человек, растоптанных толпой во время неудачного прорыва на Красную площадь. Жертва яркая, красивая, способная дать повод для начала второго этапа госпереворота.

– Ну что? – цэрэушник отвернулся от окна и еще раз посмотрел на застывшую на экране телевизора картинку с лежащим в луже крови Игорьком. – Думаю, это хороший повод для народного гнева на силовиков, который сейчас и озвучит наш новый российский президент.

– Я бы пока сказал не президент, а претендент, – скептически хмыкнул Хобс. – Не нравится мне все это. Я чувствую, русские что-то замышляют.

– Вы в госдепе слишком осторожны. Неужели ты до сих пор не понял? Все… Мечи вышли из ножен. Теперь Вашингтон пойдет до конца, каким бы драматичным он не был, потому что только серьезный конфликт может спасти их жирные задницы от надвигающейся экономической и политической катастрофы. Им нужна ошеломляющая своей грандиозностью победа над равным по силе противником. Россию назначили виновной за все неудачи Белого дома, внутренние и внешние. Теперь наши боссы не успокоятся, пока не поставят ее на колени либо не загонят в могилу. При этом, насколько я понимаю, будут использованы все средства вплоть до прямого силового воздействия.

– Есть и третий вариант, – многозначительно проговорил Хобс, тоже отошел от окна и уселся в кресло. – Что, если русские ответят на наше силовое воздействие?

– Такая возможность существует, – не стал отрицать цэрэушник. – Я не охрененный аналитик. Мое дело – работа в поле. Но в Лэнгли считают, вероятность симметричного ответа Москвы на применение нами силы очень мала, а потенциальный ущерб можно игнорировать. В то же время выгоды от прямого воздействия будут моментальными и очень значительными.

– За советы ваших и наших аналитиков я бы не дал и ломаного цента, – скептически хмыкнул дипломат. – Сейчас в Вашингтоне нет ни одного стоящего спеца, разбирающегося в России хотя бы на уровне тактического прогнозирования. Остались одни конъюнктурщики, поющие лживые песенки под дудку русофобов. Пару командировок в посольство или под прикрытием, водки попить с либеротой, местных шлюх потрахать, газетки-журнальчики почитать, блогеров всяких оппозиционных – и все, ты уже спец по России. Вот что я тебе скажу… Я здесь проработал с самого развала Советов и так нихрена не понял, что толкает эту страну вперед. Одно знаю, нас ждет масса сюрпризов. Так что я бы на аналитиков сейчас не очень рассчитывал.

– Тем не менее они утверждают, что у военных должен сработать выработанный годами рефлекс на выполнение приказа Верховного главнокомандующего. А сейчас это премьер, который полностью под нашим контролем. Он отдаст прямой приказ: не оказывать нам противодействия в случае ограниченной, точечной силовой операции. Потому что она будет проводиться по его просьбе от лица российского народа, борющегося с тиранией силовиков. В этом можешь не сомневаться. Еще очень важно, что большинство старших офицеров на командных позициях в ключевых родах войск, вроде стратегических сил, ВКС, ПРО, согласились на сделку с нами. Они взяли деньги от врага, коллега. А это значит, совершили госизмену и теперь у нас на крючке. Конечно, некоторые главнокомандующие и руководство ФСБ пока лояльны бывшему президенту. А вот их замы – дело другое. Мы рассчитываем на то, что в нужный момент они не отдадут приказ на ответный удар или применение ПРО.

– Речь идет об ударе по России? – удивился дипломат. – Может, стоит эвакуироваться из Москвы, пока не поздно.

– Ну… Это крайний случай. Думаю, до этого не дойдет. Все станет ясно в ближайшие час-два. Сейчас премьер выступит с обращением и обвинит ОМОН в неподчинении приказу, объявит об отстранении от должности командующего Росгвардией, министра внутренних дел и министра обороны и прикажет силовикам снять оцепление с Васильевского Спуска. Если те не подчинятся, а такая вероятность есть, то он призовет на улицы вторую волну протестующих. Здесь будет задействован наш, так сказать, резерв. Он менее малочисленный, чем то пухлощекое хомячье с холеными бородками, что собралось сейчас у Кремля, но зато гораздо более подготовленный и мотивированный. Они будут блокировать районные управления внутренних дел, административные здания, мэрию, Министерство обороны. Некоторые важные чиновники московских округов на нашей стороне. Они тоже окажут давление на полицию. Думаю, это возымеет нужный эффект и на сторону премьера будут переходить все больше и больше подразделений силовиков. Или они хотя бы будут соблюдать нейтралитет по отношению к протестующим. К вечеру мы будем знать расклад сил. Завтра соберется Дума и Совет Федерации. Там тоже значительная часть голосов под контролем. Они не самоубийцы. Хотят сохранить свои виллы-яхты и понимают, что теперь без своей основной опоры, без президента могут потерять все нажитое непосильным трудом, если будут неправильно себя вести. Потому депутаты подтвердят конституционные права премьера и проголосуют за назначения новых глав силовых ведомств. И все. С этого момента начнется третья фаза.

– Как план звучит красиво. Но я что-то не помню, чтобы операции такого масштаба шли по плану. Что, если полиция и Росгвардия не станут подчиняться?

– Тогда и. о. объявит о попытке госпереворота, о военном путче. Народ очень сильно возмутится и перейдет к активным действиям против силовиков. Вступят в дело наши боевые ячейки. Москва полыхнет ярким пламенем. По сути, в городе начнется локальная гражданская война со всеми ее прелестями: трупами, пожарами, погромами, мародерством. Видя, что творится в столице, одна из национальных республик объявит о выходе из Федерации и попросит защиты у НАТО. Те, конечно, ее окажут и пошлют транспортники с войсками. Если их собьют – война с Европой. Если не собьют – новое государство в центре России и опять-таки война, но уже гражданская. Оба варианта нам подходят. Но будем надеяться, что до этого не дойдет. Все должно закончиться мирно, и завтра после заседания парламента новый российский президент въедет в Кремль под восторженные крики толпы. Секунду… – цэрэушник отставил кружку с кофе и вынул из кармана сатфон. Он