Джек и Джилл - Луиза Мэй Олкотт

дров. На сем их обязанности по дому были завершены, и каждый на полчаса засел за подготовку домашних заданий к учебному дню. Джек, хмурясь, сражался в углу дивана с алгеброй, а Фрэнк, опершись локтями на стол, а ногами обвив низенькую этажерку, полную книг, вел бой с Геродотом. [96]

Звонок к завтраку принес обоим облегчение. Оставив занятия, мальчики бросились со всех ног в столовую, где начали с волчьим аппетитом поглощать еду. Особенно отличился Джек, заглатывавший овсяную кашу и молоко так стремительно, что можно было подумать, будто у него, как у знаменитого тезки во время завтрака с великаном, под одеждой спрятан мешочек, куда и попадало все съеденное и выпитое им. [97]

— Мама, скажи ему, что есть надо медленнее. Он закидывает в себя еду, не жуя. Я даже не успеваю заметить, как она в нем исчезает, — с осуждением произнес Фрэнк, ибо сам, несмотря на изрядно разыгравшийся аппетит, держался в рамках приличий.

— Не лезь не в свои дела, старый зануда. Я так сейчас голоден, что могу слопать целую бочку всего. — И, осушив залпом полный стакан молока, которое оставило весьма заметный след на его верхней губе, Джек протянул тарелку за добавкой овсяной каши.

— Вообще-то, умеренность хороша во всем, — сказала, взглянув из-за кофейника на младшего сына, миссис Мино. — И в словах, и в еде, и в питье.

— Кстати, вдруг вспомнил, — всполошился ни с того ни с сего Фрэнк. — Мы обещали подготовить на этой неделе новый номер «Наблюдателя». Сегодня ведь уже вторник, а я еще даже не приступал к нему, а ты?

— Признаться, тоже еще не думал о нем. Теперь вместо игры в футбол сегодня днем придется подбирать вырезки. Может, у Джилл, что-то найдется? Она обычно оставляет для меня все, что считает подходящим.

— У меня есть парочка неплохих заметок. Могу переписать из них для вас основные тезисы. Но мне кажется, если уж вы взялись делать газету, нужно не пожалеть сил и времени, чтобы она действительно получилась хорошей, — сказала миссис Мино.

В отличие от сыновей, ходивших на каждое заседание Общества воздержания, она по причине занятости была там нечастой гостьей, зато еженедельно изготавливала для их собраний информационный листок.

— Наверное, ты права, — кивнул ей Джек. — Вот только в последнее время я несколько подостыл к этой затее. Чтобы нам снова стало интересно, хорошо бы в Обществе увеличилось число его участников. Пока же обстоятельства не в нашу пользу, — вздохнул он с тоской, в очередной раз подумав о том, что большинство горожан и вправду проявляли к Обществу воздержания полное равнодушие и что держалось оно лишь силами крохотной группы преданных делу единомышленников.

— Помню, было время, когда в Хармони-Виллидж существовала Армия холодной воды, — начала рассказывать миссис Мино. — Какие же мы устраивали тогда замечательные процессии, с красочными плакатами, оркестрами. Участники шествий проходили по всему городу, а завершалось все пикниками в роще или каком-нибудь зале, где мы пели и выступали с речами. Почти все жители города принимали в этом участие, и взрослые, и дети. Как это было прекрасно!

— Но толку-то — чуть. От алкоголя люди не отказались. У нас до сих пор нет ни одной приличной гостиницы, где не подавали бы выпивку, — проворчал Фрэнк.

Миссис Мино с мечтательным видом глядела куда-то вдаль, по всей вероятности предаваясь греющим ее душу воспоминаниям, в которых и стар и млад сливались в едином порыве в ожидании скорейшего наступления тех времен, когда в семьях настанет мир и спокойствие, а на улицах — порядок и безопасность.

— Ты ошибаешься, дорогой, — ответила она сыну. — Многие из тогдашних детей до сих пор верны данной в ту пору клятве. Про одну девочку могу сказать тебе это точно. И вот теперь два ее уже почти взрослых мальчика продолжают борьбу за преобразования, которые она поддерживала всю свою жизнь. И городок наш стал несравненно лучше, чем в те далекие дни. Если все честно и с полной отдачей возьмутся за исполнение своей роли, изменения эти продолжатся. Каждый присоединившийся к нам мальчик и каждая девочка — наша заслуга. Живой пример, в том числе и ваш с Джеком, убеждает в необходимости воздержания лучше, чем множество лекций. Стойко держитесь вместе, весело вам это в данный момент или нет. Достаточно и того, что это правильно.

Миссис Мино говорила с жаром, искренностью и верой, что ее мальчики никогда не нарушат данного обещания изо всех сил противостоять злу, особенно пагубному для юных сердец, легко подпадающих под влияние соблазна. Ее сыновья тоже еще очень юны, и все же у них достало ума прочувствовать важность того, за что они борются, и гордиться своей причастностью к этой борьбе, которая в их сознании постепенно перерастала в личный нравственный принцип.

— Так и будет, — заверил ее Фрэнк. — И уж если зашел такой разговор, думаю, что могу сообщить вам сейчас один секрет, который должен раскрыться только на сегодняшнем собрании. Вообще-то, он не только мой, и, по идее, мне тоже нужно молчать, но… Только, пожалуйста, больше пока никому. Мы с Эдом встречались в воскресенье с Бобом, и он сказал нам, что готов вступить в общество, если его возьмут. Поэтому вечером я собираюсь предложить его кандидатуру на рассмотрение.

— Великолепно! Теперь он наш! — вскричал Джек, а миссис Мино встретила новость аплодисментами. Сбывалось то, о чем она только что говорила.

— Считайте, что он уже с нами. Уверен: никто возражать не станет, — продолжил Фрэнк. — Ничего лучше и придумать нельзя для него. Он нам так и сказал: «Мне обязательно нужно где-нибудь состоять». Наши дела и собрания ему наверняка понравятся. А мы со своей стороны будем приглядывать за ним. Адмирал так обрадовался этой новости. А Эд… Видели бы вы его лицо, когда он услышал от Боба: «Если возьмете, то я, конечно, готов».

Фрэнк победно улыбался. Джек, забыв о еде, внимал каждому слову брата. А миссис Мино, отложив салфетку и взяв в руки газету, сказала:

— Новость и правда прекрасная. Вот и давайте отпразднуем ее достойным выпуском «Наблюдателя». Возвращайтесь домой к полудню, и я помогу вам с его подготовкой.

— Я-то к полудню вернусь, но, если тебе нужен и Фрэнк, предупреди его, чтобы он не болтал по полчаса, а то и больше с Аннет возле ее калитки, — не удержался Джек от колкости, брошенной в адрес солидного старшего брата, который именно так обычно и поступал, провожая нравившуюся ему девочку домой.

— По-моему, кое-кто нарывается, чтобы его дернули за нос, — угрожающе произнес Фрэнк, не