«Если», 2004 № 08 - Журнал «Если»

Норман СПИНРАД

Перевела с английского Людмила ЩЁКОТОВА

СТАТИСТИКА

Открыт сезон темпоральных путешествий!

Как вы, наверное, догадались, очередной опрос на сервере «Русская фантастика» редакция провела не по собственной инициативе, а по настоятельной просьбе некоей весьма серьезной и очень засекреченной организации. Что ж, читателям (а всего в опросе приняли участие 1017 человек) удалось удивить и кураторов из этой организации, и редакцию журнала. Разобраться в ситуации вызвался «наш человек» в Департаменте темпоральной безопасности (вот мы и проговорились!), а по совместительству — писатель-фантаст и профессиональный историк.

Если бы вам выпал случай воспользоваться машиной времени, куда бы вы отправились, дабы внести коррективы?

Неолит — 2 %

Месопотамия — 0 %

Месоамерика — 2 %

Древняя Греция — 2 %

Древний Рим — 3 %

Средневековье — 6 %

Эпоха Реформации — 1 %

Времена конкисты — 1 %

XIX век — 10%

Канун Февральской революции в России — 18 %

Начало перестройки в СССР — 13 %

Куда-нибудь, но никакого вмешательства! — 36%

Кому: Директору Департамента темпоральной безопасности От: Начальника Отдела отслеживания угроз Статус: конфиденциально, весьма срочно

После досадного инцидента, в результате которого две машины времени (далее — МВ), следовавшие встречным курсом, столкнулись 30 июня 1908 года в районе Подкаменной Тунгуски, одна из МВ оказалась выброшена за пределы исторического континуума. Согласно расчетам, ее возвращение в континуум должно состояться в начале XXI столетия на территории, приблизительно совпадающей с границами Российской Федерации. Если действующий объект MB попадет в руки представителей этой эпохи, вероятность несанкционированного проникновения в прошлое и изменения хода истории возрастает до уровня «Оранжевая тревога».

Следует заметить, что наш Отдел не рассматривал возможность проникновения нелегальных путешественников во времени в будущее, полностью полагаясь на компетенцию коллег из Отдела глобального мониторинга. Впрочем, нам вполне хватает и прошлого. Традиционно маловероятной считается корректировка истории человечества до появления на сцене Homo Sapiens Sapiens (кроманьонцев), хотя нельзя сбрасывать со счетов различные экзотические сценарии, вроде создания режима наибольшего благоприятствования для неандертальцев с последующим закреплением за ними статуса доминирующей разумной расы. В любом случае в зоне нашего внимания оказывается пятьдесят тысяч лет, а это совсем немало. Сложнее всего локализовать наиболее уязвимые точки исторического континуума. При выполнении этой задачи мы исходили из того, что, хотя разобраться в принципе управления MB может любой человек со средним образованием, поверить в ее существование способен только любитель научной фантастики. Именно поэтому в качестве прикрытия для работы команды экспертов-аналитиков нашего Отдела был выбран наиболее авторитетный в рассматриваемую эпоху НФ-журнал «Если». Под видом ежемесячного опроса мы провели скрытую проверку «группы риска». Главной нашей целью было определить, КУДА отправится человек, в руки которого попадет МВ. Результаты оказались достаточно неожиданными.

Начнем, пожалуй, с конца, то есть с тех эпох и цивилизаций, которые не представляют большого интереса для потенциальных обладателей МВ и, соответственно, вряд ли станут головной болью для сотрудников Департамента темпоральной безопасности. Абсолютным аутсайдером здесь стала Месопотамия — туда не захотел отправиться ни один из опрошенных. Одной из причин столь малой популярности Двуречья, как нам представляется, стала нарочитая размытость вопроса. Первые цивилизации возникли в Месопотамии не позднее четвертого тысячелетия до нашей эры и сменяли друг друга вплоть до завоеваний Александра Македонского, после чего говорить о Месопотамии как о самостоятельном культурном локусе уже не приходится. Таким образом, голосующим приходилось выбирать из доброй полудюжины цивилизаций (шумеры, аккадцы, вавилоняне, ассирийцы, митаннийцы и т. д.), большая часть которых довольно слабо известна широкой публике. Если прибавить к этому традиционно непривлекательный образ древневосточной деспотии, то нежелание респондентов отправиться в Месопотамию становится вполне понятным.

По 1 % голосов набрали такие важные (и уязвимые, с точки зрения темпорального вмешательства) исторические периоды, как эпоха Реформации и времена конкисты. Если с Реформацией все более или менее понятно — современный любитель НФ, как правило, далек от религиозных споров и Тезисы Лютера вряд ли способны разжечь его воображение, — то за эпоху конкисты, честно говоря, немного обидно. Наш Отдел привык считать период конца XV — середины XVI в. классической приманкой для любителей подкорректировать историю. Казалось бы, что может быть увлекательней для безответственных путешественников во времени, чем снабдить индейских воинов огнестрельным оружием и обучить их технике боя, способной повергнуть стальные когорты испанских конкистадоров? Однако читатели журнала «Если» проигнорировали эту возможность. Скорее всего, проблемы взаимодействия коренных обитателей Америки и европейских пришельцев представляются им чем-то экзотическим. Что ж, меньше хлопот нашему Отделу: при таком слабом интересе к временам конкисты отпадает необходимость в отправке туда специалистов по наружному наблюдению.

По 2 % получили эпоха неолита, Месоамерика и Древняя Греция. Это немного, хотя выследить нарушителей в длившуюся много тысячелетий эпоху неолита кажется совсем непростой задачей. Неолит, кстати, представляется идеальным полигоном для проверки различных теорий темпорального вмешательства — именно тогда были сделаны многие изобретения, определившие пути развития человечества. Следовательно, любая новаторская технология, внедренная в этот период, способна оказать длительное — и, возможно, увеличивающееся с годами — воздействие на историю цивилизации. Что касается Месоамерики, то нам не совсем понятно, какая из многочисленных цивилизаций этого региона заинтересовала опрошенных. Возможно, это древние майя — таинственный и весьма одаренный народ, достигший высот в математике и астрономии. Не совсем понятно, правда, какого рода коррективы собираются внести в историю майя наши интервьюируемые. Майя не слишком страдали от отсутствия у них высоких технологий: скажем, колесо они знали (в погребениях найдены глиняные игрушки на колесиках), но не использовали ни для перевозки грузов, ни в гончарном деле. Сомнительно, что такая консервативная культура легко поддастся чужому влиянию, пусть даже благотворному… Древняя Греция, скорее всего, представляется опрошенным неким оазисом культуры и науки, корректировать историю которого попросту излишне. Ничем иным мы не можем объяснить столь низкий уровень интереса к истории Эллады. Древний Рим несколько обошел конкурентку — туда хотели бы отправиться 3 % опрошенных. Мы связываем это с влиянием хорошо известного любителям фантастики романа Спрэга де Кампа «Да не опустится тьма!», впервые опубликованного на русском языке на страницах журнала «Если». Описанная там методика воздействия на древнеримскую цивилизацию времен упадка империи достаточно проста и доступна для среднестатистического пользователя МВ.

Средневековье (вообще говоря, это весьма условный термин, но мы предполагали, что опрошенные по умолчанию будут рассматривать европейское Средневековье со всеми его классическими атрибутами: замками, рыцарями, турнирами, охотой на ведьм и т. д.) привлекло внимание 6 % опрошенных. Эксперты нашей группы считают, что это, в основном, поклонники жанра фэнтези и ролевых игр. Раз так, то серьезных причин для беспокойства мы не видим: их представления о Средневековье, как правило, не имеют ничего общего с одним из наименее комфортных для путешественника во времени историческим периодом. Поэтому, рекомендуя установить в ключевых темпоральных узлах Средневековья автоматические камеры слежения, мы все-таки полагаем, что культурный шок при столкновении с реальностью этого периода вынудит большую часть любителей фэнтези отправиться на поиски приключений в другое время.

Значительно больший интерес участники опроса проявили к XIX столетию — туда хотели бы отправиться 10 % опрошенных. По сравнению с менее популярными эпохами, это время куда ближе к «родному» для респондентов, и возможностей для корректировки здесь довольно много. Необходимо учитывать и привлекательный в целом образ девятнадцатого столетия, созданный классиками русской литературы.

Впереди у нас — тройка лидеров. И здесь нас ждут настоящие сюрпризы.