Изгой Проклятого Клана - Владимир Пламенев

class="p1">И ещё кучу других вещей, необходимых для ритуала изгнания.

Водитель странно посматривал на меня через зеркало. А Ратибор сидел внешне невозмутимо, как изваяние. Хотя именно за его счёт и на его имя это всё оплачивалось.

Ардамун внимательно слушал. И вообще вёл себя подозрительно тихо.

Обещали доставить всё к утру. Но после пары резких вопросов в духе: «надо сегодня, или вы не уважаете клан Яровых?» и «ребята из соседнего магазина управятся побыстрее?» они обещали поднапрячься и доставить всё до полуночи.

За быструю доставку с доплатой, конечно.

А когда мы домчались до усадьбы, то увидели на её месте…

Огромный чёрный купол. Он накрывал собой всю усадьбу с прилегающей территорией.

На фоне последних лучей заходящего солнца он выглядел зловеще.

От него и исходили помехи, блокируя связь на несколько километров вокруг. Поэтому даже прилежащие КПП не могли с нами связаться и предупредить.

И вид этого чёрного купола привёл Ярослава в настоящее бешенство. Он в ярости бросился к куполу, сыпя во все стороны проклятиями.

Гвардейцы и члены других родов даже смотреть на Ярослава боялись. Только Ратибор был сосредоточен на куполе. Он хмуро осматривал его сначала глазами, а затем с помощью своих окуляров.

Ярослав в это время выпустил в купол огненную волну. Но тот не дрогнул. Тьма лишь чуть отступила, а затем восстановила целостность барьера.

Тогда он вызвал на себя пламенный покров и пошёл на прорыв, игнорируя призыв Ратибора не рисковать.

Но барьер лишь чуть-чуть продавился под пылающим Ярославом. А затем уже привычным образом выдавил его обратно.

Из-за чего Ярослав злился только сильнее.

— Северский! Мне надо внутрь! Готовь «Северный Ход» и за мной! — и принялся обходить купол с юга.

Но тут на его пути встал Ратибор, со словами:

— Брат, это может быть опасно. Внутри может происходить что угодно. Просто переноситься туда — неразумно.

— Я не позволю чему-то или кому-то вешать эту дрянь над МОЕЙ ЗЕМЛЁЙ! — Ярослав в ярости ударил по тёмному барьеру пламенным кулаком. Тьма рассеялась под его ударом, но потом сразу же восстановила купол. — Чем бы оно НИ БЫЛО! Даже если это ОН!

И речь была явно не про Мстислава. Он бы не воспроизвёл технику такой силы. Тут уровень не меньше Подмастерья, а то и выше.

Вот только эта техника была не боевой, а защитной. Обычный стихийный барьер. Просто плотный. Если внутри и есть что-то, способное навредить, то это явно не сам барьер.

А вот вскрыть его снаружи может быть проблематично. Судя по всему, энергии в него вбухали предостаточно. Тут нужно или перенапрячь его мощным энергетическим импульсом, или нарушить структуру.

Вот только проще всего и то, и другое будет сделать изнутри.

Я подошёл к оживлённо спорящим Ярославу и Ратибору и сказал:

— В одиночку мне будет проще провести разведку и вернуться сюда с докладом. Если там враг — я моментально вернусь. Если врага нет, то мы отложим спешку и вскроем этот барьер без риска для тех, кто может быть внутри.

— Разумно, — сразу поддержал Ратибор.

— Разумно… — Ярослав сжал челюсти, он всё ещё злился и очень тяжело дышал. А потом процедил: — Да, разумно, — он резко подшагнул ко мне вплотную, дико смотря в глаза. — Если ты увидишь там нечто… непонятное тебе… то выволочи его наружу, прямо в мои руки, — он поднял руки и сжал напряжённые пальцы, будто давил ими что-то.

Его голос становился всё более низким:

— Тогда тебя награжу, Северский. Только вытащи эту мразь! Но не смей её убивать, это моё дело! Всё, иди, — и он отвернулся. Его руки потрясывались от злости.

Я удержался от хмыканья.

Ярослав потерял контроль над одной из самых важных вещей — домом. Своей крепостью. Своим убежищем. И вотчиной, где его власть практически безгранична.

Такой удар по авторитету и, что самое главное, по собственному эго — это нелегко. Даже для обычного аристократа. А для такого как Ярослав — резкого, привыкшего, что всё и всегда ему подчинено — это удар в несколько раз сильнее.

Но больше всего его бесила собственная беспомощность.

Скольких таких я видел… стоит дать человеку власть, а потом резко забрать её, и из него вылезет очень много интересного.

Я выпил пару зелий восстановления маны. После схватки с геотерасом она ещё далеко не восстановилась.

Спустя пару минут приступил к делу.

Ратибор порывался пойти следом. Но я попросил его остаться, чтобы, если что, успокоить Ярослава. Потому что никто больше не рискнул бы это сделать.

Но у него я позаимствовал окуляры для просмотра маны. Через них взгляну на барьер изнутри.

Ардамуна я отправил наблюдать сверху.

Я обошёл купол с южной стороны. Заранее разогнал ману по телу и приготовился во всему. Даже к моментальному телепорту из-под купола.

Что там может быть?

Да что угодно…

Купол не пропускал ни свет, ни звуки, ни запахи. Полная изоляция.

И если там будут враги — это не худшее. Гораздо хуже, если помогать там уже некому.

«Северный Ход».

Момент.

Закатный свет сменился на темноту… но не тьму!

Впереди сияли огни усадьбы. Снаружи всё оставалось таким же, как и было. Просто выглядело, как глубокая ночь без звёзд и луны.

Я поспешил внутрь.

И зрением мантикоры увидел затаившиеся на моём пути силуэты. На меня поднялись их автоматы. А потом посветили десятки фонарей.

— Стоять! Не двигайся! — приказным тоном раздался знакомый голос. — Имя!

— Руслан Северский! — ответил я, спокойно поднимая руки.

Тут же из рядов гвардейцев вышел крепкий воин с обнажённым артефактным клинком в руках.

Тигран.

— Северский, — сказал он нейтрально. — Точно он. Опустить оружие! — и подошёл ближе. — Ты пришёл снаружи⁈ Что с Его Сиятельством?

— Все за барьером. Но об этом потом. Что с наследником?

Тигран отвёл свой единственный глаз в сторону.

— Это не твоё дело. Наследником займётся глава, — судя по его виду, смерть была явно не простой. Допытываться у него подробностей бессмысленно.

— Барьер откуда?

— Мы не знаем. Никто ничего не понимает, — раздражённо сказал он. — Он возник сам по себе, в тот же момент, когда мы нашли… первого наследника.

Значит это была ловушка, которая сработала при соблюдении определённого условия. Капкан, чтобы никого не впустить и никого не выпустить.

Нередкое применение для барьеров.

Я поднял взгляд наверх. Зрение мантикоры, позволяющее мне видеть в темноте и