Эпизоды любви - Сергей Яковлев

Лера водрузила по-прежнему завернутую картину на мольберт, ловко застелила стол темно-зеленой скатертью и полезла в сервант за тарелками.

– Дедуля, не стой на ходу, садись, посиди.

Владимир Викторович, тяжело опираясь на трость, направился к высокому мягкому креслу, чтобы не мешать активным приготовлениям.

– У нас уж с ней традиция, – обратился он к Юрию. – Как что напишет, несет мне на просмотр. Только сразу не показывает. Говорит, сначала нужно посидеть за столом, подкрепиться и поговорить о чем-то отвлеченном, чтобы, значит, всю суету от себя откинуть, ну а уж потом разворачивает. И мы смотрим и чай пьем и опять говорим.

Юрий кивнул, выкладывая, между тем, на стол содержимое пакетов.

– Вот это картина ее, – Владимир Викторович указал тростью на висевшую на стене картину с изображением старого города. – И вот эта с цветами…

– Ну все, садимся, – прервала Лера импровизированную экскурсию, – все готово. Она подала всем пример и присела на лакированный деревянный стул, который при этом жалобно скрипнул.

Юрий открыл бутылку сухого красного вина и разлил по бокалам.

– Ну, за тебя, внучка, – Владимир Викторович поднял бокал и чуть пригубил его содержимое, – за твое дело. За твою удачу.

– И за тебя, Дедуля. Спасибо, что ты у меня есть.

– Это тебе спасибо, – возразил Дед. – Может благодаря тебе и живу до сих пор. А для кого мне еще жить? – обратился он к Юрию. – Одна она у меня, отрада.

– Дедуля!

– Все, все.

Дальше ели молча.

Затем Лера унесла грязную посуду и приготовила все к чаю. Все ждали главного действия – показа картины. Владимир Викторович откинулся на спинку стула и указал рукой как-бы подталкивая внучку, по направлению к мольберту, – Давай, не томи уже.

Лера подошла к картине, чтобы развернуть холст и словно спохватившись, порывисто обернулась, – Дедуля, ты только не волнуйся. Хорошо?

– Давай, давай. Чай не впервой, – подбодрил ее Владимир Викторович нетерпеливым жестом. – Разворачивай.

Пока Лера разворачивала картину, Юрий наблюдал за дедушкой. Тот тоже старался до срока не смотреть на творение внучки, собирая со стола крошки, и переставляя с места на место чайную чашку.

– Вот, смотрите, – Лера шагнула в сторону, открывая взорам свое произведение.

Несколько секунд Владимир Викторович взирал на портрет просто вбирая в себя общие впечатления: цвет, позу, выразительность силуэта, композицию, не особенно задумываясь, кто изображен на портрете. Но когда он взглянул в голубые, чуть с грустинкой, глаза своей дочери, он сначала подался вперед, пытаясь привстать, а затем вновь откинулся на спинку стула. Его старческая рука вытянулась по направлению к портрету, словно желая прикоснуться к таким знакомым, таким дорогим чертам, но затем тяжелая ладонь прикрыла глаза, и Юрий увидел, как из-под нее выкатилась блестящая слеза.

– Дедуля, тебе плохо? – Лера отбросила скомканную в комок белую ткань, которой была укрыта картина, и которую она до сих пор теребила в руках, и бросилась к старику.

Тот отрицательно покачал головой, не отнимая ладони от лица. Затем он нашел в себе силы и вновь взглянул на портрет.

– Как же так? Откуда? Как ты смогла? – Владимир Викторович, забыв про трость, поднялся со стула и опершись на локоть внучки, тяжело ступая, направился к картине.

Сашенька. Моя Сашенька. Он нежно провел двумя пальцами по щеке дочери. Затем поднес пальцы к своим губам, и, поцеловав, приложил к губам дочери.

– Дедуля, тебе правда хорошо?

Тот, не отрывая взгляда от портрета, кивнул, но затем устремил заплаканные глаза к Саше, – Но как? Как такое возможно? Ведь столько лет…

Саша кивнула Юрию, и они вдвоем усадили Владимира Викторовича в кресло.

Затем она села рядом с креслом прямо на пол и прижалась к ногам деда, а тот машинально гладил ее по голове, не сводя взгляда от лица давно ушедшей дочери.

– Это Юрию спасибо нужно сказать. Юра, что же ты сидишь, доставай фотографии.

Юрий рванулся к пакету и достал из него пачку снимков, которые они скопировали специально для этого случая.

Владимир Викторович брал каждую фотографию в руки, внимательно рассматривал, а затем аккуратно клал ее вниз стопки.

– Этих я знаю, – он показал пальцем на знакомые лица, –это Антон, а это Юлия. Они работали вместе с Сашенькой.

Он переложил просмотренную фотографию вниз и взял следующую.

– А это начальник ее, Андрей Владимирович. –Владимир Викторович как-то особенно внимательно разглядывал данное фото, а затем, перекладывая его вниз, добавил, – любила она его.

– Дедуля, ты ничего не путаешь? –встревоженно вскинулась Валерия. Ребята переглянулись.

Глава XXIV. Бесконечность

– Нет, ты только это себе представь, БЕСКОНЕЧНОСТЬ! Это же просто невозможно себе представить.

– Ну вот поэтому я и не пытаюсь, – Юрий прикрыл глаза и попытался откинуться на спинку самолетного кресла, но Валерия не дала ему этого сделать.

– Не спи.

– Почему?

– Поговори со мной.

– О чем?

– Ну давай о бесконечности вселенной поговорим.

– Не хочу

– Почему?

– Потому что ты сама говоришь, что это невозможно представить. Чего же тогда об этом говорить?

Лера несколько минут смотрела в иллюминатор, за которым под серебристым крылом самолета причудливо извивалась полоса морского берега. Они возвращались из мягкой бесснежной зимы Европы в морозы и метели средней полосы России. Плюс восемь в середине февраля это одно, а минус двадцать пять, совсем другое. Представив, как они будут сходить по обледенелому трапу, Лера поежилась.

– Замерзла? – поинтересовался Юрий.

– Нет, представила себе, как мы из самолета будем выходить.

– Да, приятного мало. Но зато настоящая зима. Со снегом, с санками, с русской банькой, – Юрий вновь попытался закрыть глаза.

– Не спи, – опять толкнула его в бок Валерия.

– Да что такое?

– Ты как считаешь, переговоры удачно прошли?

– Нормально прошли.

– А я считаю, что удачно.

Вот уже несколько лет Юрий с Валерией развивали свою фирму «Просто праздник», и по роду своей деятельности частенько мотались по заграницам.

То договаривались о поставках цветов, которыми они снабжали добрую половину города, то ездили на пиротехническую фабрику, то выбирали маскарадные костюмы, или отсматривали развлекательные программы. Теперь они возвращались из Венеции, где насквозь пропитались духом карнавала, а также провели деловые переговоры с производителями кукол, карнавальных масок и костюмов.

– Представляешь, если вселенная действительно бесконечная, то где-то живут точно такие же люди, как мы с тобой, – Валерия совершенно неожиданно для Юрия вернулась к первоначальной теме.

– Насколько такие же? – уточнил Юрий.

– Совсем такие же. И думают также как мы, и летят сейчас в таком же самолете.

– Куда летят? – Не понял Юрий.

– Куда мы летим, туда и они летят.

Юрий на секунду задумался, – Не может такого быть.

– Почему?

– Вероятность практически нулевая. Это все равно, что обезьяна случайно на