Северное сияние моего сердца (СИ) - Вуди Добковиц

Для Штатов Австрия показался слишком странным и скучным. Он был похож не на главу своих земель, а на дворецкого. Еще эти белые перчатки носит.

Гостиная, выполненная в викторианском стиле, достаточно сильно выделялась по сравнению с прочими комнатами пентхауса. Натуральные ценные породы дерева, дорогой текстиль, мрамор и другие виды драгоценных камней были использованы для отделки помещения. Мебель также была сделана из натурального красного дерева. Ничего лишнего, что могло бы испортить этот стиль, в гостиной не было. Камин, олицетворяющий покой и уют в доме, обеспечивая место для отдыха, также присутствовал в комнате. Если бы был еще плазменный телевизор — цены б этому месту не было.

Развалившись на диване, закинув ноги на журнальный столик, младшая сестра Германии, Лихтенштейн, уставившись в экран мобильного телефона, не реагировала ни на гостей, ни на прислугу. Громко закашляв, австриец пытался привлечь внимание девушки, но та лишь продолжила водить пальцем по мобильнику.

— Лихт, привет! — громко поздоровалась Россия, надеясь, что все-таки лихтенштейнка оторвется от своего занятия.

Однако Facebook или Twitter для нее видимо был намного важнее сейчас. Тогда Австрия, не ругаясь, не крича, спокойно подошел к сестре и, желая привлечь внимание, дотронулся до ее плеча.

— Was ist notwendig!* — рыкнула Лихтенштейн, думая, что ее опять попросят перейти в другую комнату.

Но увидев лица гостей, девушка, убрав светлую прядь волос за ухо, достала беспроводной наушник. Вот и причина ее игнорирования. Хотя по недовольному виду лихтенштейнки, можно было с уверенностью сказать, она бы и без наушников делала вид, словно здесь и нет никого.

— Здравствуй, Лихтенштейн! — вновь сказала русская, улыбнувшись младшей сестре немца.

— А. Здрасте.

У этой девушки, сколько ее помнила россиянка, всегда был тяжелый характер. Лихтенштейнку можно было завести только одним словом. А как она красиво затыкала людей. Несмотря на ее низкий рост, она умудрялась закрывать рот высоченным амбалам. Однако даже с раздражительностью и вспыльчивостью, Лихтенштейн всегда стояла горой за братьев. Могло даже показаться, что это она самая старшая в семье.

— Лихт. Прояви хоть каплю уважения, и поздоровайся с гостями, как положено. — Сделал ей замечание австриец, строго посмотрев на сестру.

Бросив телефон на диван, девушка поднялась со своего места и, поправив юбку, притворно улыбнулась всей четверке.

— Доброго дня дорогие гости! Надеюсь, вы долетели сюда с комфортом и по пути у вас не возникли непредвиденные ситуации. Думаю, вы устали после длительного перелета. Наши слуги проведут вас к спальням, где вы, дорогие гости, сможете принять душ и отдохнуть. Этого достаточно? — съязвила лихтенштейнка, забирая обратно мобильник.

И лишь, когда Австрия согласно кивнул, она, бурча себе под нос, двинулась к выходу из гостиной. Время идет, а семья Германии не меняется.

Как же все-таки России повезло с комнатой. Огромные окна ее спальни демонстрировали прекрасный вид на гору Каленберг, дополняя ощущениями роскоши и качества жизни. Комната, выполненная в стиле модерн, была просторной и светлой. Пастельные обои с цветовым акцентом, шторы из узорчатых и однотонных полотен, классическая хрустальная люстра, шкаф-купе, туалетный столик и множество пуфиков. В центре торжественно красовалась огромная двуспальная кровать, опять же из красного дерева, украшенная коваными элементами из темной бронзы. Минимализм, видимо, был любимым стилем австрийца.

Больше русской радовался лишь США. Ему не только выделили комнату рядом с возлюбленной, но и чертов очкарик больше не беспокоил их. За ужином были лишь он и россиянка. Австрия все время дергал своего младшего брата по государственным делам, и тот, с огромной досадой на лице, плелся за старшим, словно на каторгу.

Вечером Штаты решил еще раз перепроверить свои проект и презентацию. Перебирая страницу за страницей, он тщательно вчитывался в текст, стараясь не пропустить ни одной ошибки. После, встав со стула, американец, громко репетируя свою речь, ходил из угла в угол, держа в одной руке свой доклад, другой — яро жестикулируя в воздухе. И лишь ближе к часу ночи, он сложил все в свой черный кожаный портфель. Осталось только подготовить костюм и можно ложиться спать. Однако волнение, что внезапно охватило его, не дало США спокойно уснуть. Впервые в жизни он так беспокоился. Куда же подевались его уверенность и полное безразличие? Проворочавшись в постели, Штатам все же удалось заснуть ближе к утру.

Проснувшись от стука в дверь, он к своему удивлению, отметил, что его сонливость как рукой сняло, а бодрость позволила американцу быстро подойти и открыть незваному гостю. Им оказалась служанка, с указом от австрийца спуститься к завтраку. Пунктуальный до чертиков.

В столовой его уже ждала вся компания, даже Лихтенштейн соизволила присоединиться к трапезе, переписываясь с кем-то в Twitter.

— Доброго утра, США. — Поздоровалась с ним Россия, еле заметно улыбнувшись.

Ее голос — любимая песня для его ушей. Штатам хватает только взгляда русской, чтобы улететь в царство счастья и радости. Ему хотелось остаться лишь с ней, и ни с кем более. Правда, препятствие в виде очкарика младшего, охраняющий россиянку, словно верный пес, не позволяет американцу заполучить ту, которую он желает. И сейчас этот немец, грозно посмотрев на своего соперника, старался отвлечь Россию от США.

— Morning, everyone.*

— США. Мы тебя слишком долго ждали. — Сделал ему замечание Австрия. — Впредь вставай пораньше. Сегодня важный день.

Как же раздражает этот парень. Штатам уже давно никто не указывает. А тут нашелся слишком умный. Хуже Великобритании.

Мысленно бросаясь матами направо и налево, он сел за стол, возле лихтенштейнки, стараясь не демонстрировать свое недовольство напоказ. Вот вошли и слуги с подносами. На каждом из них стояла супница, чашка с горячим чаем и маленькая свежеиспеченная булочка. Для русской это были самыми любимыми блюдами, ведь в детстве отец часто готовил такое. Проснешься рано утром, а на столе уже стояла большая тарелка молочного супа и кусок белого хлеба. Приятная ностальгия.

А вот американца передернуло только лишь от его вида. Он до сих пор помнил, как россиянка вылила на него это нечто. Ощущения, что макароны, будто черви, сползающие с головы на колени и футболку, появились также внезапно, как и отвращение к этому блюду. Пришлось довольствоваться лишь булкой.

Чтобы стать участником и представить свой проект, необходимо пройти регистрацию во дворце Хофбург — зимней резиденции австрийских Габсбургов* и основное местопребывание императорского двора в Вене. Некоторые из помещений должны были использоваться как официальная резиденция Австрии, однако он предпочел более скромное жилье. Все сто девяносто три страны уже прибыли на землю австрийца с целью принять участие в голосовании или представлять свою