Чужой дневник - Марина Канаева

И тихо шептала тебе: 'Прощай!'

Я услышала, как стихли его шаги, выждала для верности пару минут и вскочила, натягивая самый современный из моих нарядов, в котором смогу появиться в центре человеческого города. Хотела было снять кулончик в виде гранатового зёрнышка, но не смогла себя пересилить. Он был на мне, когда дверь покоев Эрика почти беззвучно захлопнулась за мной. Я уже пообещала себе, что больше туда не вернусь.

***

Не с первой попытки, но мне удалось-таки отыскать комнату Ланы. Я осторожно постучала и, услышав разрешение, вошла.

Лана сидела в высоком кресле и потягивала вино. Несколько мгновений мы молча смотрели в глаза друг другу.

— А ты выросла, — заметила она наконец задумчиво, — Очень выросла…

— Лана. Ты знаешь, зачем я пришла?

— Догадываюсь.

— Поможешь?

— И зачем мне это? Свой долг перед Кларисс я давно искупила…

— Её зовут Регина. Ту, кого все ищут. Эта информация стоит моей свободы?

— Да, — помолчав, отозвалась Лана, — Разумеется. Я открою тебе портал сейчас. Ты готова?

Я хотела было кивнуть, но тут вспомнила ещё об одном неоплаченном долге.

— Одну минутку, я быстро. Ты только всё тут приготовь.

— Поторопись, — кивнула Лана.

Я вышла в коридор и призвала служанку. Та материализовалась мгновенно.

— Рада видеть вас живой и здоровой, госпожа, — поклонилась она.

— Ты ведь была человеком когда-то? — спросила я быстро.

— Да, много тысяч лет назад, Госпожа.

У меня внутри словно загудела струна.

— Как тебя звали? Ты это помнишь?

— Тиша, Госпожа…

— Тиша, слушай внимательно: как только в этом мире появится девушка по имени Регина, прислуживай ей. Думаю, она тебя узнает. Не может не узнать. Ей ведь нужно искупить свои ошибки…

— А, Амэли? Я так и не нашла её в парке… Значит, она заслужила смерти? Она оставила меня и спокойно ушла за грань?

— Нет, Тиша. Придёт Регина и всё исправит. Попытается…

— Я буду её ждать…

— Клара!!! — рявкнула Лана, — В портал, быстро!

— Прощай, — шепнула я и рванула на зов. В чёрную воронку портала я нырнула, не оглядываясь. Всё уже было решено.

***

Эрик

В свои комнаты я вернулся поздно, предвкушая сладкий вечерок. За несколько шагов я почувствовал, что там никого нет. Видно, опять шастает по этажам, картины смотрит. Вздохнув, я вошёл в комнату и замер, увидев на столе исписанные листы. Ну, вот я наконец и узнаю, о чём она там пишет! Меня бесит, что она всё сжигает. Я всё же хотел бы знать, что у неё на уме…

Взяв листок со стола, я замер статуей, вглядываясь в строчки.

Нет, не бойся огорчений

На своём пути

Там нет места для сомнений —

Коль идёшь — иди.

Если всё давно забыто

Не смотри назад

Загляни в глаза открыто

Не скрывая взгляд.

Это небо, эта скорость —

Это всё твоё

Там, под тучами и громом

Город воду пьёт

Всё бывает в жизни этой

На любом пути.

Но не путайся в запретах:

Коль идёшь — иди!

О, чёрт! Я прикрыл глаза, прислушиваясь к отголоскам сил. Внутри всё заледенело — в Дите Клары явно не было. Но как?! Я ведь предупредил всех о том, что не стоит открывать ей портал без моего ведома!!! Кто посмел??!!

Меня захлестнула волна первобытного, звериного бешенства. Кажется, я догадываюсь…

Я метнулся смазанной тенью, не особо заботясь о том, как это будет выглядеть со стороны, и вошёл в её комнату без стука. Миледи Лана спокойно кивнула мне.

— Это ты её выпустила? — спросил я ласково. Она кивнула.

— Зачем, миледи? Вам так хочется умереть?

— Она приняла решение, Эрик. Вряд ли ты сумел бы остановить её. В сущности, тебе не в чем меня обвинять. Я только вернула долг женщине, которая меня некогда спасла, и помогла её наследнице.

— И что она пообещала тебе взамен?

— Ничего. Есть такое понятие — бескорыстность.

Я презрительно покривил губы. Признаюсь, если б она сказала мне, что Клара купила свою свободу за какие-то услуги, я б располосовал ей глотку. Но Лана помогла просто так, значит, Клара ей дорога. Это первая и единственная причина, по которой я её не трону. Просто не смогу.

Не оглядываясь и не прощаясь, я вышел из её покоев, хлопнув дверью.

Я вышел на площадку, с которой открывался потрясающий вид на город, и присел на перила. Дит, Дит… город проклятых, блеклая тень былой силы атлантов. Город тех, кто хватается за прошлое. Город полукровок. Город чокнутых тварей, к которому я навеки привязан по милости своего ублюдочного папаши. Клара… я б пошёл за ней уже сейчас, пошёл бы куда угодно, но не могу. Это одно из правил, которое я не в силах нарушить.

Дело в том, что, когда я узнал о судьбе матери, понял, что хочу вернуться к людям. Об этом я и сказал отцу. Что тут началось…

Да, я, как незаконнорожденный ребёнок, не имел права претендовать по здешним правилам ни на титул Князя, ни на его наследство, но я был одним из сильнейших. Разве имел я право стремиться вернуться к людям? По мнению жителей Дита — нет.

Меня поддержал только Эдгар, старший братец, но даже его влияния оказалось мало. Отец запретил мне и всем моим слугам какие-либо контакты с человеческим миром. Помнится, Клара злилась, что я не позволяю ей общаться с любимыми людьми. Прости, девочка. Если б я только мог…

Да, глядя правде в глаза, я знал, что она рано или поздно уйдёт. Я понимал, что не смогу удерживать её в этом проклятом мире, понимал, что не смогу пойти за ней, но не смел ей этого сказать. Наверно, просто не хватило… смелости? Да уж. И потом, где-то там, в глубине души, я надеялся на то, что она останется. Что она сама всё поймёт и останется…

— Грустишь?

Честно говоря, я даже не удивился, услышав этот бархатистый голос.

— Эдгар. Позлорадствовать пришёл?

— Вот уж нет. Просто почувствовал, как тебе паршиво, братец.

— Что есть, то есть, — спокойно согласился я.

— Не понимаю я тебя. Если уж любишь, то зачем отпустил? Ты ведь предполагал, что она попытается уйти?

— Да.

— Тогда…

— У всех есть выбор. Я ей его предоставил.

Братец фыркнул и насмешливо сощурил хищные глаза.

— Брат мой, женщинам выбор предоставлять нельзя: они начнут мучить тебя и себя вопросами, терзаться в нерешительности, потом сделают что-то назло тебе и себе, потом сами же будут рассказывать подругам, как им больно и какие мы сволочи. Потому, коль уж ты решил, что она принадлежит тебе, следи, чтоб её выбор касался только фасона платья, цвета волос и меню на ужин.

Я едва не расхохотался, представив себе рожицу Клары, услышь она подобное.

— Брось, Эдгар, что сделано, то сделано. Уйти, даже не попрощавшись — её право. Хорошо хоть кулон с собой взяла. На память.